Предложение - Л. Стил

Лиама нигде не видно, а его экономка, похоже, не слишком рада видеть меня на кухне. Я прошу у нее кофе, и она говорит, что накроет меня в зимнем саду, примыкающем к гостиной. Кажется, она торопится выпроводить меня из своей кухни, поэтому я ухожу и иду туда, куда она велела. На самом деле это прекрасное помещение, где солнце светит сквозь стеклянный потолок. Я выхожу во внутренний дворик за ним. Там находится лужайка с цветами, окаймляющая ее, которая, в свою очередь, ведет к пейзажному бассейну. За бассейном находится склон Примроуз-Хилл, откуда открывается вид на Лондон. Я смотрю на горизонт вдалеке, различая купол собора Святого Павла и высокий кусок белого металла, который является небоскребом Шард.

Экономка приносит мне кофе и завтрак на подносе. Прежде чем я успеваю вникнуть в суть, другой сотрудник, судя по всему, дворецкий — кстати, сколько сотрудников было у Лиама? — провожает Зару в комнату. Она есть в списке друзей и членов семьи, которым я поделилась с командой безопасности Лиама, чтобы они знали, кого можно впустить ее без предварительной проверки.

— Эй! — Она подходит, и я обнимаю ее. Наконец-то, кто-то, кого я знаю, и кто-то, кто не является одним из прислуги Лиама.

— Ты хочешь кофе? — спрашиваю я.

Она кивает.

Я поворачиваюсь к двери. Мне нужно сходить на кухню, попросить еще чашку или… — Зара подходит к кнопке, которая спрятана сбоку от дивана, и нажимает на нее.

— Ммм, что ты сделала?

Она поднимает вверх пять пальцев, затем четыре, затем три, два — в комнату входит экономка.

— Вы звонили, мадам? — спрашивает она меня.

— Она, не я. — Зара вздергивает подбородок.

— Можно мне чашечку для кофе, пожалуйста? — Она одаривает улыбкой женщину, которая отвешивает полупоклон.

— Хорошо, мадам. — Она поворачивается и уходит.

Я поднимаю свою челюсть с пола и поворачиваюсь к ней.

— Откуда ты узнала, что кнопка предназначена именно для этого?

— Это казалось наиболее вероятной причиной для того, чтобы спрятать ее. — Она приподнимает плечо.

— Где ты научилась изображать эту хозяйку поместья?

— Когда я была маленькой, я обычно практиковалась перед зеркалом. Раньше я притворялась, что у меня много денег и есть прислуга, которой я могу приказать выполнять мои приказы.

— Правда? — Я моргаю.

— Когда у тебя мало чего есть, это захватывающе — жить другой жизнью в своей голове.

— О. — Я не уверена, что сказать. За все время, что я ее знаю, она никогда не упоминала о своем происхождении.

— Я знаю, глядя на меня сейчас, ты бы так не подумала, но факт в том, что я начинала скромно. — Она указывает на себя жестом. Сегодня на ней идеально скроенный костюм-юбка, вероятно, от Шанель, дизайнерские туфли, которые, если я не ошибаюсь, принадлежат Маноло Бланику, и в руках ее сумочка от Биркин. Ее макияж безупречен. Она выглядит как точная копия женщины, сыгравшей главную роль во втором сезоне «Бриджертонов», с хипповой версией персонажа, которого Мэрил Стрип сыграла в «Дьявол носит Prada». Только Зара гораздо более жизнелюбива. Энергия потрескивает вокруг нее, как будто она спешит куда-то попасть.

— Не то чтобы мы были бедны. Мы никогда не голодали. И мои родители надрывались изо всех сил, чтобы дать мне и моему брату хорошее образование.

— У тебя есть брат?

— Он мой близнец.

— У тебя есть брат-близнец? — Одна Зара — это уже сила природы; мысль о том, что их двое, просто ошеломляет.

Она смеется.

— Он всего на несколько минут старше меня, но по тому, как он себя ведет, можно подумать, что он на много лет старше. Он очень заботился обо мне, когда мы были моложе. — Ее взгляд смягчается. — Раньше у меня были вьющиеся волосы, я носила подтяжки и очки. Тогда все остальные дети в школе дразнили меня. Он всегда вставал на мою защиту.

— Должно быть, это было так приятно, когда кто-то присматривал за тобой.

— Может быть, даже слишком много. Благодаря ему большинство мальчиков держались от меня подальше. То есть все, кроме одного.

В ее глазах появляется странное выражение. Чувство вины? Или, может быть, раскаяние? Затем это проходит, и она снова становится Зарой Чопра, суперженщиной.

— Вот почему мне пришлось изо всех сил бороться, чтобы быть услышанной. Может быть, именно поэтому я до сих пор так упорно борюсь за то, чтобы выделиться. Может быть, именно поэтому я постоянно испытываю налагаемые на меня ограничения.

Приходит экономка с чашкой кофе и ставит ее на стол рядом с едой.

— Спасибо вам… — Я моргаю. — Напомните, как вас зовут?

Она уставилась на меня так, словно я попросила ее отказаться от своего первенца.

— Ммм, вы в порядке?

Она быстрым движением мотает головой вверх-вниз.

— Да, мадам. Просто вы спросили, как меня зовут.

— И что? — Я хмурюсь.

— Он никогда не спрашивал, как меня зовут.

— Вы имеете в виду Лиама?

Она снова кивает.

Я обмениваюсь взглядами с Зарой, затем поворачиваюсь к экономке.

— И как давно вы здесь работаете?

— Два года, мадам.

— Два года, и он ни разу не спросил, как вас зовут?

— Н-нет, мадам. — Она переводит взгляд с меня на Зару, затем снова на меня. — Э-э, пожалуйста, не говори ему, что я это сказала.

— Конечно, нет. Это останется между нами, девочками. — Зара бросает на меня еще один косой взгляд. — Не так ли, Айла?

— Да, конечно… — я наклоняю голову.

— О, Мэлори, мадам. — Экономка приглаживает сзади свой пучок с серебристыми прожилками.

— Спасибо тебе, Мэлори. — Я одариваю ее улыбкой.

Мэлори чуть ли не расцветает от такого внимания.

— Благодарю вас, мадам. — Она приседает в полупоклоне передо мной.

— О, и, пожалуйста, зови меня Айла. И тебе не нужно, — я машу рукой в ее сторону. — Кланяться и все такое. Я не член королевской семьи.

Она моргает, затем снова опускает голову.

— Как пожелаете, мадам. — Она уходит.

— Боже, это было нереально или что? — бормочу я, подходя, чтобы присесть за кофейный столик. — Подумать только, я ведь не спрашивала, как ее зовут. Это первое, что я должна была сделать.

— Ты научишься. — Она делает глоток своего кофе.

— Надеюсь, что нет. Я не планирую задерживаться здесь надолго.

— Что? Почему? — Она ставит свою чашку на стол. — Разве медовый месяц не был таким, каким ты хотела его видеть? Я подумала, что это было слишком коротко, но решила, что он должен был вернуться на работу. Но, может быть, я неправильно подумала? Может быть, вы, ребята, вернулись, потому что поссорились?

— Ничего подобного. Совсем наоборот. Он такой, каким я его себе