Любовь на Рождество - Лесия Корнуолл

Он снова выглянул в окно, утомленный нескончаемым путешествием, и заметил вдалеке обнадеживающие огни постоялого двора. Предупреждая кучера, он постучал в потолок кареты.

– Тут мы и переночуем, – решил он.

– Но мы уже почти достигли Крейглита, милорд, – возразила Деворгилла. – Осталось всего несколько – часов езды. Нам наверняка предложат там горячий ужин и теплые постели, и вы сможете воссоединиться с – Аланой.

Но горячий ужин на постоялом дворе и глоток виски интересовали его куда больше, чем девчонка. Пусть подождет. Тем более что до замка Крейглит еще несколько часов езды. В сущности, он даже не помнил, как выглядит Алана Макнаб. Но это не имело значения. Как гласит пословица, ночью все кошки серы.

– Нет, лучше остановимся, – настоял на своем Мерридью. За ними в карете леди Марджори следовали леди Элеонора и младшая из сестер Макнаб, Сорча. Элеонора сама пожелала отправиться в Крейглит и прихватила с собой младшую племянницу. А может, девчонка сама не захотела остаться в Дандрум, услышав, что в Крейглите на Рождество будет свадьба. Уилфред не выносил детей, особенно девчонок. И в свою очередь настоял, чтобы Сорча ехала в другой карете, вместе с Элеонорой.

Он объявил о своем решении переночевать на постоялом дворе, и на лице Деворгиллы отразилось удивление. Очевидно, ей не терпелось увидеть дочь – в отличие от него. Под ее пронзительным и недоверчивым взглядом он невольно отвернулся.

– Снегопад начинается, – сварливо добавил он. – Какой смысл гнать во весь опор, чтобы застрять где-нибудь в снегу?

– А вы уверены, что хотите жениться на моей дочери, лорд Мерридью? – спросила Деворгилла, когда они уже сидели в отдельной комнате постоялого двора и давились тошнотворным ужином, про который угрюмый хозяин заявил, что это лучшее, что он может предложить. Отвергнув рагу, Мерридью осушил несколько стаканов виски.

Выслушав вопрос, он уставился на графиню. В сущности, он вообще не желал жениться. И не женился бы, если бы не долг. Ему хотелось заполучить приданое Аланы Макнаб и наследника, именно в таком порядке. Сама девушка мало что значила для него.

– Наши договоренности меня вполне устраивают, – заявил он.

– Какой у Аланы любимый цвет? – спросила леди Элеонора, и ее взгляд стал острым, как вязальные спицы. Девчонка… то есть Сорча наблюдала за маркизом из угла комнаты.

– Какого черта?.. – Он вспомнил, в каком обществе находится, и умолк. – Да какая разница?

– Возможно, вы захотите сделать Алане подарок на Рождество или на свадьбу. А вдруг он ей не понравится?

Маркиз горделиво задрал нос.

– Я дарю ей титул, миледи. Этого более чем достаточно.

– Милорд, а какого цвета глаза Аланы? – пискляво спросила девчонка.

– Если глаз у нее два и они смотрят в одну сторону, до остального мне нет дела, – в раздражении отрезал он.

– А волосы? – вмешалась Деворгилла.

– Она блондинка, – бросил Мерридью, потому что и Деворгилла была блондинкой.

Элеонора и Деворгилла переглянулись, сжав губы так же плотно, как стянуты завязки на кошельке скупердяя. Графиня поднялась.

– Идем, Сорча. Пора спать, – и они покинули комнату, даже не пожелав маркизу спокойной ночи.

Леди Элеонора тоже встала и, опираясь на свою трость, вгляделась в лицо жениха.

– У моей племянницы глаза орехового цвета, с серебристыми и нежно-коричневыми крапинками, милорд. А волосы рыжевато-каштановые. Ее любимый цвет – красный, как розы, которые цветут здесь, в горах Шотландии, летом. Она любит книги, и в целом у нее романтичная натура.

Ну и к чему все эти объяснения? Уилфред недоумевал. Элеонора Фрейзер вышла, не добавив ни слова, а он заказал еще виски, просто чтобы развеять промозглый холод, наполняющий комнату.

Глава 44

Ветер усиливался, быстро темнело. Иан шел по – слабым отпечаткам подошв Аланы в снегу и молился, чтобы снегопад начался лишь после того, как он разыщет ее.

По-видимому, Алана была наделена талантом выбирать самое неожиданное направление для долгих прогулок. В той стороне, куда она двигалась, не было ни ферм, ни постоялых дворов, ни оживленных дорог – лишь пустоши и холмы на много миль, до самого Глен-Дориана. А оттуда оставалось всего десять миль до Дандрум, но в хорошую погоду и при попутном ветре.

А не по глубокому снегу.

Он устремил взгляд вдаль, в сторону горизонта, на-деясь заметить красный плащ. В здешних местах так легко сбиться с пути, упасть в овраг, как в предыдущий раз, и тогда…

Страх стиснул сердце Иана. Если она по-прежнему хочет выйти за своего маркиза, он это как-нибудь переживет. Если вернется домой в Гленлорн и останется там, с этим тоже можно смириться. Но представить себе мир без Аланы Иан не мог.

Он любит ее. Потому и отказался жениться на Пенелопе или на ком-нибудь еще, к кому не испытывает никаких чувств. За несколько кратких недель он привык к тому, что у него перехватывает дыхание и сердце пропускает положенный удар всякий раз, когда в комнату входит Алана.

Благодаря ей изменился даже замок Крейглит – наполнился улыбками, радостью и смехом в трудное время, когда полагалось бы лить слезы. После пожара Алана сделала все возможное, чтобы подарить людям надежду. В том числе и ему, Иану: он уже научился без страха представлять себя английским графом. Он знал: если рядом с ним будет Алана – его жена, его графиня, – его ничто не остановит. Она сумеет очаровать всю Англию.

Как только он найдет ее, первым же делом попытается образумить. А потом сделает предложение. На этот раз ему не терпелось произнести заветные слова, хоть он даже предположить не мог, какой ответ услышит.

Пони всхрапнул, Иан поднял голову. И вздохнул с облегчением, увидев впереди трепещущий на ветру красный плащ. Хрупкое тело Аланы сгибалось под порывами ветра. Иан нахмурился.

Если она собиралась достичь Дандрум, то почему-то шла в противоположную сторону.

Как раз впереди начиналось глубокое ущелье, и Алана направлялась прямиком к нему. Иан ударил пони пятками по бокам и бросился вдогонку.

Глава 45

Она заблудилась.

Алана прикрывала щеки краями капюшона, спасаясь от колкого ветра. Она же шотландка, она родилась и выросла среди точно таких же холмов. Пожалуй, ей следовало проводить на воздухе больше времени, гуляя с Меган, вместо того чтобы читать книги одну за – другой.

Алана оглядела заснеженные пустоши. Наверное, в этот раз она заблудилась по-настоящему, так что даже Иан не сумеет найти и спасти ее. Страх сковал ее тело, такой же ледяной, как ветер. Вместе с ним ее терзало раскаяние. Ведь она могла бы повести себя совсем иначе, проявить смелость. Могла отказаться, когда мать настаивала, чтобы она вышла за лорда Мерридью вместо Меган. Мерридью выбрал именно Меган – разве не так? Алана сжала замерзшие губы. Вот и она хочет выбрать кого-нибудь другого. А ее брак с Мерридью обречен еще до того, как его успели заключить.