Любимый с твоими глазами (СИ) - Тес Ария

Сначала ко мне подходит какой-то парнишка и передает небольшой букетик красных роз. Потом еще один. И еще. Еще. Еще. В какой-то момент они оттесняют всех вокруг, а я стою, как в коридоре. Везде розы — их будто миллион! — улыбки, пахнет так вкусно, я вся красная до кончиков пальцев... Но это что еще? На последнем куплете они начинают ему подпевать. Жильцы дома выглядывают из окон, кто-то снимает на телефон, а я… Закрываю руками рот, глаза на выкате — вид у меня, спорю на что угодно, просто безумный! Сердце исходит на бег, кожа вся в мурашках, а глаза на мокром месте…

Боже мой…

Нет, не так.

БОЖЕ МОЙ!

Вот так верно.

Олег тем временем заканчивает выступление, спрыгивает со сцены и направляется ко мне. Я как приклеенная. Не знаю, чего хочу: броситься на шею? Или сбежать? Мне так вдруг страшно становится… а поздно что-то делать: он останавливается напротив.

- Я знаю, что сделал много плохого в прошлом, Алис, но я люблю тебя. Прости, что поздно это осознал. Неправильно было просить тебя вернуться назад в прошлое, я сам туда возвращаться не хочу. Хочу строить новое будущее с тобой рядом, и я обещаю, что если ты дашь мне шанс, я каждый день буду доказывать тебе, что стою того, чтобы потратить его на меня.

Молчу. Я не знаю, что мне сказать, поэтому молчу, а из толпы слышу:

- Ты что, еще думать будешь?!

Это мама одного из друзей Давида. В ее голосе стоят слезы, да что в ее? У меня у самой они бегут по щекам, и так неловко все это…

Олег понимает. Он будто не хочет на меня давить, берет за руку и уводит в сторону, пока на сцену поднимается аниматор. Он здесь, скорее всего, чтобы отвлечь на себя внимание, только получается с трудом. На нас все равно все пялятся…

Ох, боже…

- Я не хочу на тебя давить.

- Спасибо…

Смущаюсь так, как в первый раз. Убираю прядь за ухо, глаза прячу…Черт, я как будто снова откатилась назад, когда только-только его увидела, и это так волнительно…

Очень хочется сменить вектор разговора, поэтому я невзначай смотрю бегло обратно, смеюсь коротко и нервно.

- А цветы куда?

- Твоя мама со всем разберется.

Теперь я обращаю все свое внимание на площадку. Мама во всю руководит перемещением цветов, бросает на меня взгляд, улыбается и жмет плечами.

- Они знали, да?

- Я попросил помочь.

Олег улыбается. Я вся в его власти, в глаза смотрю и тихо цыкаю.

- Ты решил превратить мою квартиру в филиал Ботанического сада?

- Догоняю за шесть лет.

- Это очень широкий жест…

- Я не пытаюсь тебя купить цветами и песнями.

- Знаю, - уверенно говорю, но взгляд его выдержать не могу дольше пары мгновений.

Снова заливаюсь краской и прячу его в пол — он улыбается мягко.

- Ты такая красивая…

Ох боже, ну прекрати…

Касаюсь горящих щек ладонями, жмурюсь — он смеется.

- А теперь еще краше.

- Пожалуйста, перестань…

- Алис, я без тебя не хочу больше быть и прошу всего об одном шансе, но…

- Но?

- Я понимаю и принимаю все, что ты сказала. Заслужил. Поэтому…

Олег достает из-за пазухи белый конверт и протягивает его мне.

Не хочется почему-то касаться. Я хмурюсь, смотрю долго, потом на него.

- Что там?

- Правда.

Какая правда? Безмолвно спрашиваю, теперь его очередь прятать глаза. Ему правда стыдно?.. да, совершенно точно да…

- Обо всем, что я сделал. Я не хочу, чтобы ты читала это письмо, потому что там нет ничего приятного, тебе снова будет больно... Тебе слишком часто было больно рядом со мной, я ведь в прошлом сделал много того, чем гордиться не могу и всю жизнь буду себя ненавидеть.

- Зачем тогда делаешь это?

- Потому что честно будет так. Я правда не хотел, чтобы ты видела во мне того мудака, кем я был, но по факту ты имеешь право на правду. Она в этом конверте. Абсолютно все...

- Ты не боишься, что после прочтения я никогда не захочу тебя больше видеть? - шепчу, он вздыхает и кивает.

- Боюсь, больше смерти, но я больше не хочу тебе врать.

- Спасибо…

- Поблагодаришь меня, когда я сделаю тебя счастливой.

Усмехаюсь, он уводит взгляд — теперь самому неловко. Да, Олег не тот, кто любит долгие разговоры под Луной… но он такой милый в этой своей угловатой попытке…

- Я… тогда поеду?

Хорошо — так надо было ответить, но маленькая-Алиса перехватывает управление и вдруг выпаливает:

- Мы едем в Петергоф посмотреть на фонтаны. Может, ты хочешь?

Боже… нет, я точно та самая дурочка из прошлого, которая пыталась заставить обратить на себя внимание мужчину не менее угловатыми просьбами «натаскать-в-парковке». Точно… два сапога пара, блин.

Олег выгибает брови, я прикусываю губу и себя проклинаю… Вот ты дура…

- Если ты на самом деле не против…

- Папуля!

Давид отвечает за меня. Он потерял терпение окончательно, а теперь несется, как ракета с точным наведением на цель. Счастливый… Конечно! Теперь все друзья будут видеть, какой у него папа! А он вон какой! Большой и еще умный! А еще сюрприз маме сделал (о котором трепаться будут до морковкина заговенья…)

И это действительно так. Когда Олег подхватывает сына на руки, тот аж от гордости лопается и косится все в сторону своих приятелей — это так забавно. Я улыбаюсь и киваю Олегу:

- Поехали. Я не против.

Тем самым дарую Давиду то, чего он так долго был лишен: возможности царственно пройти мимо своих друзей у папы на руках.

Олег; утром

«Дорогая моя, любимая Алиса.

Я знаю, что, наверно, ты хотела бы услышать все это лично от меня, но, боюсь, мне не хватит смелости разрушить свою жизнь, глядя тебе в глаза, поэтому я пишу. Так ведь проще. Я причинил тебе так много боли и помню каждый твой взгляд, наполненный слезами или горьким разочарованием, и, боюсь, еще одного просто не выдержу.

Прости мне мое малодушие.

Там, в Туле, ты сказала вещи, которые я старался игнорировать. Думал, что это просто будет: мы же любим друг друга… Но я ошибался. Ты нет. Ты всегда была права, и вот теперь я пишу тебе это письмо, а скорее, просто хочу исповедаться.

Правда в том, что я молюсь — ты никогда его не прочитаешь. В последний момент я передумаю, скрою от тебя, не скажу всего того, что должен, но знаю: я так не поступлю. Наверно, Олег, которого ты знала, именно так и сделал бы, но я больше не он. Поэтому мы здесь. На странице номерного блокнота с правдой, которая страшнее самолета со змеями.

Когда мы познакомились, я, признаюсь, сразу отметил твою красоту. Это ведь нереально скрыть или не заметить, ты это знаешь, но я запретил себе на тебя реагировать. У меня была девушка, а я никогда не изменяю — это мой принцип. Был им. Когда-то… Но судьба распорядилась иначе.

Когда ты попросила меня помочь тебе с парковкой, я догадывался, что это обычная уловка — я тебе понравился. Это было видно сразу, прости, малыш, ты не умеешь ничего скрывать. Мне польстило твое внимание, но дальше этой лести я заходить не собирался. Твой отец да. Думаю, что он хотел убедиться в правильности своих догадок, поэтому позвал меня на ваш семейный ужин, и я был очень счастлив. Я до этого никогда не ужинал в такой семье, как ваша, даже у Алены дома. Там больше по-домашнему, а у вас это целый ритуал, и он мне тоже понравился и польстил. Для кого-то вроде меня, оказаться в доме мэра? Нет, точно сказка! И я был доволен собой, пока на следующий день Степан Андреевич не показал мне видео, где мой брат готовится к «налету». Так и произошло то, что произошло. Он выдвинул условия, и, возможно, я мог бы бороться, но испугался. В этом только моя вина, и в том, что было дальше, тоже.

Я помню тот вечер и тот спектакль. Ты была очень красивой, но я на это не обращал внимания: злился. Ты меня раздражала, потому что меня заставили быть в этом месте и не учли моих желаний. Я тебя не слушал. Ты говорила-говорила-говорила, но я все пропускал мимо ушей и молился, чтобы спектакль побыстрее закончился, как и весь этот сюр.