Королевский Совет - Ричард Швартц

который вступало всё больше участвующих. Один из фарлендцев швырнул свою кружку через всю комнату, что-то прорычал, а затем демонстративно ушёл.

― Что происходит? ― тихо спросил я.

― Тот, кто только что ушёл, был обвинителем. Теперь, когда выяснилось, что обвинение было ложным, ему придётся сойтись с Ангусом. Мужчина рассердился и говорит, что не мог знать, что я жив. Но тот старый воин заметил, что и о том, что я мёртв, он тоже не мог знать. Так что сейчас мы снова увидим Ангуса. ― Он поморщился. ― Проблема в том, что обвинитель ― сын борона, который выступает здесь от имени короля, и пользуется хорошей репутацией. Теперь они совсем не рады тому, что я жив.

― Человек, который недавно приветствовал тебя рогом с пивом?

― Да, ― мрачно ответил Рагнар. ― С этого момент нам больше не следует пить то, что не попробовала, по крайней мере, собака.

Мы с Серафиной обменялись взглядами. Самое позднее сейчас я бы поверил, что он сын короля. Так думать можно научиться, очевидно, только при дворе.

Обвинитель вернулся обнажённый, не считая набедренной повязки. Он встал перед нами в круг зала и бросил ненавидящий взгляд в сторону Рагнара. Затем двое мужчин помогли войти третьему, в котором я едва узнал Ангуса.

― Боги, ― воскликнул я. Рагнар негромко выругался, даже Серафина издала сдавленный крик.

Бороду Ангусу сбрили, и он был избит так, что всё его тело покрылось синяками, кроме того, он был таким грязным, что было трудно определить, где кончаются кровавые струпья и начинается грязь. Его опухшие глаза были сощурены, как будто тусклый свет в зале сиял ярче солнца.

Я посмотрел на Рагнара, по лицу которого не было заметно, что он потрясён, но то, как он сузил глаза, было мне знакомо.

Старый воин встал, в его руках было два коротких меча, и громко обратился ко всем в зале. Затем шагнул к Ангусу и заговорил с ним, указывая на Рагнара.

С трудом подняв глаза, Ангус моргнул. Затем его губы медленно скривились в широкой ухмылке, обнажив раздробленные зубы.

― Клянусь всеми кругами ада! ― крикнул он. ― Что ты сделал, Хавальд? Ты воскресил Рагнара из мёртвых?

Поднялся гул голосов, но Рагнар поспешно вскочил на ноги.

― Нет, друг мой, он нашёл меня там, где я живу, ― крикнул он и добавил: ― Что с твоей бородой?

― Меня обвинили в том, что я жив, в то время как ты умер, принц, ― отозвался Ангус. ― Это просто чудо ― видеть тебя!

― Такое же, как видеть тебя, ― согласился Рагнар и залез под накидку. ― Но если ты ещё раз явишься мне на глаза вот без этого, я разозлюсь.

Золотой браслет пролетел по воздуху, и, несмотря на своё состояние, Ангусу не составило труда поймать его. Один момент он держал его с благоговением, затем надел.

― Признаёшь ли ты в этом человеке своего принца? ― спросил старый воин у пленника на ломаном имперском языке, вероятно, чтобы включить в разговор нас.

― Да, и как не признать. Ни у кого другого нет такого топора.

― А если он лжёт, чтобы спасти свою шкуру? ― заговорил другой, его обвинитель. Теперь мужчина указал на меня. ― Он и этот человек знакомы друг с другом, это мы знаем. Может это просто обман, чтобы уберечь Ангуса от его судьбы.

― Очень может быть, ― согласился старый воин, поднимая мечи, которые принёс. ― Давайте выясним.

Сказав это, он швырнул на землю оба клинка и поспешно отступил назад, в то время как обвинитель Ангуса бросился к ним. Он оказался быстрее Ангуса, который всё ещё выглядел оглушённым, и схватил оба меча.

― Да, Ангус, Волчий Брат, сейчас мы увидим! ― насмешливо сказал он, поднимая клинки для атаки, которая чуть не стала гибелью Ангуса. Он с трудом избежал зияющей раны в боку, но его улыбка стала шире, а потом он даже громко рассмеялся.

Когда его противник снова атаковал, Ангус не стал уклоняться, а шагнул ему навстречу, один меч ударил и пронзил его, другой рассёк левое плечо, но Ангус достиг своей цели: он схватил своего противника за шею. С рычанием он голой рукой выдрал ему глотку. И пока тот стоял ещё мгновение, а затем рухнул, истекая кровью, Ангус уже встал на колени перед Рагнаром.

― Принц, ― крикнул он. ― Я никогда не был так счастлив! ― Затем он повалился на бок.

Рагнар медленно встал, отставил в сторону рог и спустился на две ступеньки, чтобы схватить Ангуса одной рукой и перекинуть через плечо.

― Идёмте! ― прошептал он нам и пошёл вперёд, прямо на тех, кто был перед ним. Они уступили ему дорогу, но по выражению их лиц было ясно, что они не рады. Мне показалось, что у покойника было здесь больше друзей, чем у принца.

Мы с Серафиной поспешили за Рагнаром, который не останавливался, продолжая спокойно и размеренно идти дальше, как будто ничего особенного не было в том, чтобы вот так нести истекающего кровью товарища, прямо из общинного дома к воротам.

За нами следили только взгляды.

― Он ещё жив? ― спросила Серафина, когда мы завернули за угол, и фарлендское посольство скрылось из виду.

― Я не знаю, ― ответил Рагнар. ― Если и жив, то долго не протянет. Он крепкий орешек, но был слишком сильно ранен. Его нужно отнести к целителю.

― К Орикесу, ― сказал я. ― Я слышал, что штаб-полковник лучший медик в городе, он сможет помочь.

― Он в цитадели, верно? ― осведомился Рагнар. Я лишь кивнул.

Рагнар оглянулся ― нас никто не преследовал.

― До туда не так уж и близко, но если этот человек лучший врач… ― Он посмотрел на меня и усмехнулся. ― Надеюсь, ты снова хорошо держишься на ногах, старик! ― крикнул он и пустился бежать.

― Значит вы Рагнар сын Хральдира, ― поинтересовался Орикес, выходя из комнаты с окровавленными руками, где Ангус лежал на холодной каменной плите.

Орикес подошёл к раковине и жестом попросил меня накачать ему воды.

― Да, ― ответил Рагнар, бросив на штаб-полковника непроницаемый взгляд. ― Это я.

― Хм, ― хмыкнул Орикес, снимая с себя окровавленный халат и бросая на пол, а затем тщательно моя руки. ― Рагнар, который исчез вместе со своим кораблём пятнадцать лет назад?