И малые звезды могут светить ярко - Римма Петровна Гашицкая

автобусе. Трудились на совесть, но хозяйка была не последовательной. Умная, могла добиваться чего задумает, но удерживать завоеванное не получалось. Из Москвы из какого научного института привезла порошок Амилокс при добавлении которого хлеб не черствел и не крошился. За нашим хлебом всегда выстраивались очереди. Но через пару лет пекарню стало трясти, ближайший завод стал часто отключать элекроэнергию наезжали какие-то вымогатели не на что было приобретать муку. Я на свои сбережения приобрела тонну муки, а компенсировать было просто нечем. Нашлись какие то крышеватели, для которых было в стране одно министерство Мин рубль. Они под свой контроль взяли весь процесс. С утра выгребали из кассы все деньги. Наши документы выбросили в прихожую. Я их конечно собрала. Увезла домой. потом коллектив судился с хозяйкой и мне часто звонили чтоб я нашла приказы по которым были приняты на работу главный инженер и еще один сотрудник. Меня кстати не включили в состав бригады по восстановлению печей, на мое возмущение сказали не переживай когда получим деньги, то скинемся тебе. Но когда выплатили определенную сумму, то она практически покрыла только мои расходы на муку. Я числилась директором, а получила как наш разнорабочий. Когда все получили деньги, то забыли, что мне обещались сброситься хотя бы за муку.

Интересно трудовая на руках, инженерный стаж известен, но без справки ты никто. Вся жизнь коту под хвост, сердце сжималось от какого то бессилья. Встала на учет в миграционную службу. Вроде все обещали. Инвалидов ставили в льготную очередь. Когда я была у врача мне сказали, что отсутствие почки не является причиной для инвалидности. Педагоги тоже были льготники, но у меня справка с дополнительного образования, а они не подходили под эту категорию. Хотя в центре в очереди одна женщина сказала, что за пятьсот рублей какую угодно справку дадут, а у меня и этих денег не было. Когда приехала ко мне дочь с детьми ее на учет не поставили на день не успела до какого то срока. Говорят что сейчас узаконили в правах всех преподавателей, но увы у меня почему то все поздно приходит, все после меня, все вопреки. После одиннадцати лет стояния в очереди в миграционной службе мне отказали в помощи. Отказывали многим, люди выходили с совещания в слезах. Когда ведущая юрист оскорбила меня я уже от двери вернулась, поставила сумку на стол и высказала им все что хотела. Потом решила пожаловаться начальнику открыла дверь, а в это время какие то золотозубые буквально мимо меня прошли в кабинет. Директор попросил меня немного подождать я в растерянности стояла у двери, не зная сколько ж мне ждать. В это время в приемную зашла моя обидчица-юрист и сразу: «что вы подслушиваете. Выйдите вон отсюда». Я сказала не выйду. У нас здесь факс стоит, а вы что хотите сказать, что я шпион какой-то. Села и дождалась выхода тех смеющихся золотозубых с лицами кавказской национальности. Директор выслушал и сказал мы лишили ее премии. Так у вас еще и премии есть! Потом меня пригласил в кабинет один сотрудник извинился и сказал что в Чечне выборы и Кадырову деньги нужны, нам сократили фонд. Когда потом сына Кадырова спросили откуда у него деньги на постройку огромной мечети он сказал- аллах помогает. Я стала себя считать частицей аллаха, ведь и мои деньги там оказались. Написала об этом в Москву Потом пришел с администрации товарищ, очень видимо порядочный, увидел у меня на стенах картины вышитые бисером и сказал, что у него мама тоже хорошая рукодельница. Поговорили по душам, сказал что может порекомендовать хорошего юриста, но честно говоря с миграционной службой это ничего не даст. Зато ответ из Москвы был потрясающим. Был представитель провел беседу. Хотела им написать, что я ему обещала не начинать больше войну не в Таджикистане, ни в Чечне. Опять в сердце засела заноза ржавым гвоздем. Такие были времена! Получается, что после одиннадцатилетнего стояния я получила только беседу. с чиновником.

Как то во время сильного гололеда по дороге на работу, я помогла одной женщине преодолеть небольшой подъем, подала ей руку, потом она говорит: «женщина вы мне не дадите деньги на булку хлеба». У меня было на две булки. Я ей отдала, она была хорошо одета видимо с Советских времен, очень интеллигентная. Солдатики просили деньги на сигареты или булочку. Некоторые люди открыто копались в мусорных ящиках. Выживали кто как мог.

Как то от безысходности пошла в церковь, обошла все помещение, смотрела на все иконы, как на картины и только перед одной Ростовской богоматерью у меня непроизвольно покатились слезы. Ей я поставила свечку в надежде, что наконец что – то изменится в моей жизни.

А сколько было всяких липовых организации типа МММ, а какую аферу провернули с ваучерами поверили Чубайсу начались многолетние перекладывания их из одних организаций в другие, пока не попали в знаменитую Московскую конфетную фабрику, которую выкупил бежавший со своей сворой охотничьих собак глава Аджарии. Регулярно писали мне, чтоб я голосовали за какой-то вновь избранный состав руководства, сообщали о накопившихся мизерных процентах. Наконец я вложила в конверт один рубль и написала: «сволки, вы сволки вот вам рубль на развитие производства, чтоб вы разбогатели и наконец – то выплатили положенные мне деньги». На этом переписка наша закончилась. Как то увидела объявление о том, что организован банк для самых осторожных, не доверчивых вкладчиков, положила какую-то небольшую сумму с расчетом. что каждый месяц буду снимать проценты, чтоб хватало на проезд в трамваях. При мне за столом пересчитывал пачки денег еще один какой-то не доверчивый армянин. Пришла через месяц, а их уже и след простыл.

У нас в Ростове, несколько лет по телевидению, велась агитация в кредитный кооператив «ГАРАНТИЯ» организаторам которых было присвоено имя почетных граждан города. Конечно им люди поверили, а в остались в результате общипанными и обсчитанными, в общей сложности на 614 млн рублей. Арестовали Власенко С. Н., его имущество было машина, барсетка и авторучка отсидел какой то срок. Второй Семечкин Е,Е. у которого должны были быть деньги вроде скончался. Какую заразу он подхватил в изоляторе, что высокопоставленные родственники хоронили его в закрытом гробу. На наши деньги было организовано около тридцати фирм, фамилии суду были известны, но никто этим не занимался.

Несколько раз приходилось обращаться в отдел социальной защиты района. Его перенесли в рабочий городок. на место бывшего дет сада. Зима, страшный гололед. Прием два раза в неделю до определенного часа, поэтому были