Козырь Рейха. Дилогия (СИ) - Романов Герман Иванович

– Я согласен с вами, мой кайзер.

– Но перед этим нужно сокрушить Францию, чтоб полностью развязать себе руки. Это возможно, пока англичане не развернули на континенте свою армию, а сделают они это быстро – лорд Китченер очень энергичен. Я думаю, у вас есть свои соображения по этому поводу.

– Я моряк, ваше величество, а тут…

– Отставьте, Альфред – вы очень умны, и я выслушаю ваше мнение со всем вниманием.

– Мы должны немедленно начать производство этих самых танков, хотя по мне панцеркампфваген звучит лучше. Мы их сможем сделать в большом количестве и проломить французскую оборону. Ведь эти боевые машины похожи на закованного в латы рыцаря, и если их применить в большом числе, неожиданно, то Франция будет сокрушена. Это выход из «позиционного тупика», о чем идут сообщения – фронт покрывается траншеями, опутывается колючей проволокой, везде ставят пулеметы. Вообще нужно воспользоваться всеми новинками, особенно аэропланами. Действия последних в бою 8 декабря приятно удивили – вражеские корабли можно уничтожать с воздуха, бомбя и торпедируя. Если мы будем господствовать в воздухе, то это сильно ослабит Ройял Нэви.

– Вы правы, адмирал, я сам склоняюсь к этому решению. И не только над морем, Альфред. Мне понравилась сама идея блицкрига и ее воплощение в этой…

Лицо кайзера исказила недовольная гримаса, будто он принялся жевать кислейший лимон. Тирпиц сочувствующе наклонил голову – еще бы, воссоздание Польши за счет истинно германских земель взбесило морского министра не меньше чем кайзера. Нагло отнять Данциг, который сотни лет в составе рейха?! Да это то же самое, если сейчас Англия потребует у САСШ признать себя полностью ее колонией.

– Авиация… Нет, нам стоит сразу создавать люфтваффе, что проложит дорогу танкам, и мы сокрушим Францию. А там займемся и Россией, без союзников мой милый и недалекий брат Ники станет вменяемым. В первую очередь нужно взять Париж и добиться капитуляции галлов. А там решать вопрос с Англией и САСШ, у них ведь не будет плацдарма на западе, а с востоком мы как-нибудь договоримся. Выбор у Ники невелик – либо сепаратный мир, либо… революция!

– Вы правы, мой кайзер. У нас есть год, лучше полтора, чтобы хорошо подготовится к одному мощному удару. Сокрушающему для всех наших врагов на континенте! Я сделаю все, чтобы «Фатерланд», этот наш главный козырь и надежда, поскорее добрался до наших портов!

– Этим делом и займитесь, господин гросс-адмирал! И еще одно – эскадра Шпее должна оставаться на Фолклендах! Адмиралтейство взбесится, когда узнает о разгроме. С удовольствием бы посмотрел на старого злословца Фишера – ведь «Инвинсибл» его главная задумка! А тут потеря сразу двух его «гончих». Смрад будет на весь Лондон. Подумайте, Альфред, что мы можем отправить туда, и как можно быстрее. Чувствую, что эти острова сыграют свою роль в будущем рейха!

Олха. 2018–2019 год. Продолжение следует – «Джокер рейха»

Джокер Рейха 

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ «ВРЕМЯ СОБИРАТЬ КАМНИ» Глава первая «Затерянная эскадра» 30–31 декабря 1914 года

Глава первая. «Затерянная эскадра»

30–31 декабря 1914 года

Командующий Крейсерской Эскадрой

адмирал рейхсграф фон Шпее

Фолкленды

– Мы должны были погибнуть, моя любимая Маргарет… Но живы… Я и наши сыновья…

Пожилой мужчина с седой аккуратно подстриженной бородкой побарабанил пальцами по чистой столешнице из мореного дуба. И хоть видавший бури адмирал – уже не единственный в старинном юнкерском роду (есть продолжатели новой военно‑морской традиции – два сына лейтенанты кайзерлихмарине), чьим историческим призванием было служение в прусской армии – привык к качающейся под ногами корабельной палубе, но приятно чувствовать себя на берегу. Тем более, у камина с весело трещащими в пламени поленьями (столь редкими даже в захваченном губернаторском доме), но англичане всегда и везде стремятся к необходимому комфорту. И тем острее ощущение, что весь этот уютный мирок отвоеван, согласно доброй традиции Священной Римской империи германской нации, острым рыцарским мечом, фигурально выражаясь.

Максимилиан рейхсграф фон Шпее с нескрываемой нежностью (которая могла проявиться именно в такую минуту) посмотрел на портрет любимой жены, урожденной баронессы Остен‑Сакен, что всегда был с ним – и не важно, в адмиральской каюте флагманского «Шарнхорста», или в резиденции британского губернатора в Порт‑Стенли. В ноябре адмирал мысленно простился с любимой супругой. В чилийском порту Вальпараисо, сразу после блестящей победы над английской эскадрой у Коронеля, ему преподнесли на пристани роскошный букет цветов. Глядя на пышные тона южной весны, с комком в горле, он смог только негромко произнести, не скрывая горечи – «это венок на нашу могилу!»

И в таком исходе тогда старый моряк, давно перешагнувший за пятидесятилетний рубеж, был полностью уверен. Артиллерийские погреба броненосных крейсеров «Шарнхорст» и «Гнейзенау» после победного боя под Коронелем, значительно опустели, так как потопление «Гуд Хоупа» и «Монмута» потребовало чуть ли не половины снарядов. С того момента новая встреча с британской эскадрой, пусть и равной по силам, не сулила затерянному в океанских просторах германскому отряду ничего доброго.

«Владычица морей», а так привыкли называть в мире Британию, привлекла союзные ей французские, японские и русские корабли, и легко снарядила на поиски десятки отрядов, гораздо более сильных, чем его пять крейсеров, к тому же изрядно потрепанных многомесячным походом и с разболтанными паровыми машинами. Так что уйти от врага немцы уже не могли, им оставалось только погибнуть с честью, что и произошло бы, как он узнал позднее, 8 декабря 1914 года, ровно три недели тому назад.

Вернее, могло произойти, если бы не ЧУДО!

И оно свершилось!

– Ты стал настоящим адмиралом, дорогой Ганс! Я тебя никогда не смогу назвать больше «мой милый мальчик», как своих сыновей, что благодаря судьбе остались живы, как и сотни моих офицеров и матросов. Твоим морякам признателен, многие из которых еще не родились в этом мире. Да и не родятся теперь. Но более всего этому удивительному гросс‑крейсеру, что был построен и назван в мою память…

Адмирал непроизвольно тряхнул головою – события, что произошли в последние шесть недель, совершенно не укладывались в привычные рамки жизни, и походили на вмешательство Всевышнего. А как иначе назвать появление броненосца, носящего имя «Адмирал граф Шпее», в сопровождении быстроходного танкера и совершенной подводной лодки, «провалившихся» (иного термина тут никак не подберешь) во времени, прямиком из будущего. Причем, отрядом командовал друг его сыновей Отто и Генриха, но повзрослевший на четверть века граф Ганс фон Лангсдорф, ставший заслуженным контр‑адмиралом и одержавший удивительные победы над теми же англичанами в «своем» времени в здешних водах.

В новой войне, которую назвали там «Второй мировой», и что стала неизбежной после чудовищного поражения Германии в «этой», совсем недавно начавшейся. И страшно представить, что она будет еще идти почти четыре долгих года, в страданиях народа и реках пролитой крови, до «черного» для германской нации ноября 1918 года. Впору горячо молить само Провидение, чтобы смилостивилось над всеми немцами, и родной фатерланд избежит той страшной участи, что уже подготовили ему злейшие враги, служащие только одному «золотому тельцу», вознесенному на пьедестал кумиру, давно не имеющие ни чести, ни совести!

– Даже с ума можно было сойти, – пробормотал адмирал, зацепив пальцами рюмку рубинового коньяка с яблочным запахом. Отличный немецкий шнапс на кораблях давно закончился. Но у «потомков» оказалось в избытке трофейного французского «мартеля» с американским виски, отличных кубинских сигар, которыми они щедро поделились со своими волшебным образом обретенными «предками».