Сердце изнанки. Книга – 4 - Олег Валентинович Ковальчук

Луиза, а следом Лисин вдруг упал на колени и схватился за горло. Из его глаз потекли кровавые слезы, Луиза повернула голову набок, глядя за тем, как умирает её враг. Тот, кто погубил её семью. Тот, кто сломал ей жизнь и лишил будущего. — И казнь состоялась, — произнесла Луиза. Затем перевела взгляд на меня. — Теперь я должна заняться тобой, Костя. Ты уж прости. Ничего личного, — и тут Луиза бросилась вперед.

Глава 26

Старая подруга

Луиза, так и не смогла до меня добраться, потому что перед ней встал Злобин с мечем на изготовку, а следом подоспел и Сигимир.

Медведев тоже бросился к нам, будто почуяв что мне грозит опасность.

Как ни странно, Белка, спавшая под полой пиджака тоже оживилась и высунула любопытный носик из своего укрытия.

— А ну стоять! — велел Злобин, преградив путь Луиз. — Ты не должна подчиняться бездне. Ты Луиза Викентьева. Ты не культистка. Ты не убийца. Ты последняя наследница баронского рода. Отступись!

Но Луиза не думала останавливаться. Она выбросила руки вперед. И по защитной ауре Злобина побежали темные росчерки. Его защита стала трещать, но Злобин не отступал. Он размахнулся, будто пытался дать девушке пощечину. И с его рук слетела яркая искорка, которая тут же устремилась в Луизу.

— Нет, — произнесла она и искорку Злобина смело, будто муху порывом ветра.

Следом присоединился Сигимир. Он явно не собирался миндальничать. В его руках появился полуторный тяжелый меч, которым он опустил на девушку со спины. Но щит её удержал эту атаку.

Медведев удивительно быстро оказался рядом со мной, пытаясь прикрыть своим телом, но я не позволил.

— Прочь! — произнесла Луиза, и от её вигурки в разные стороны ударили тёмные копья, пытаясь расшвырять окруживших врагов. Следом она воздела вверх левую руку, а в следующий миг, позади неё, в метрах в ста, вдруг появилось зеркало. Во всяком случае, больше всего, эта субстанция напоминала именно зеркальную амальгаму.

Из зеркала вдруг повалили твари. Артиллерия тут же начала перенастройку на цели оказавшиеся почти вплотную.

— Это заклинание портала, — проревел Сигимир. — Виктор! Скорее! Помоги сдержать их. Мы должны убить культистку. Выиграйте нам время столько, сколько сможете, даже ценой своей жизни.

Откуда ни возьмись появился и Дима, как он-то здесь появился?

Медведев лишь грозно зыркнул на братца, но от меня не отступил.

Тем временем Линдерман руководил обороной против тварей:

— Не важно кто сейчас господин. Бейте тварей. Бейте так как можете из всех орудий.

Однако, Виктор Сычёв не спешил вступать в бой с тварями. Он назвал пять фамилий, и к нему подошли очень сильные одаренные. Судя по их аурам, они все были красного уровня.

— Селезнев, — он указал на одного из них, — ты командуешь обороной. Вы четверо, помогите создать кокон неприятия. Нужно отсечь её от связи с изнанкой, — командовал он, указывая на Луизу. — Ну же, давайте!

Виктор подоспел со своими людьми и принялся руководить ритуалом. Луиза пыталась вырваться из хватки Злобина и Златоустова. Её кокон защиты, стал для неё и спасением и ловушкой.

Злобин оплёл её защитный купол какой-то магией, и не завал девушке даже сдвинуться с места.

— Отличная идея! — крикнул Златоустов, поддержав Сычёва. Инквизитор по-прежнему пытался пробить защиту культистки.

Злобин же продолжал противодействие с Луизой, пытаясь пробиться к её рассудку.

— Отринь изнанку! Отринь эту тьму! Тебе не нужна она. Ты можешь жить, как человек. Ты не тварь изнанки. Ты девушка. Ты наследница рода. Ты должна жить!

— Прочь, — продолжала повторять одно и то же Луиза. Она сопротивлялась Злобину, но она даже не смотрела на него. Ёе взгляд был обращен на меня, а по щекам её текли слезы.

Паладины действовали очень быстро и организованно.

Они образовали вокруг девушки круг.

Защитный купол, который образовался вокруг Луизы, медленно уходил в землю под давлением чудовищной мощи графа Злобина.

Викентьева уже по колено была в земле. А в следующий миг пятеро паладинов во главе с Сычевым, замкунув кольцо, стали произносить слова обряда, внутри их сцепленных рук появилось поле. И это поле стало сужаться, все плотнее и плотнее, вжимаясь в защиту Луизы. А затем и вовсе оплели её кокон вторым слоем. Девушка вдруг обессилено опала. По её щекам уже струями текли слезы. И она захныкала совсем, как маленькая девочка.

— Прочь, — снова произнесла он. — Прочь.

— Не отпускать её, — скомандовал Златоустов. — Держитесь, мы скоро прорвем её защиту.

Злобин же ослабил хватку.

— Может не надо убивать? Вы ведь понимаете, что она очень ценна и полезна, к тому же она последняя из Викентьевых.

Златоустов, не слушая Злобина, лупил мечом по её защите, будто пытаясь вскрыть скорлупу яйца.

— Что вы несете? Вы видите, насколько она сильна? Дай её волю, она может снести весь Братск. Одна. Вы видели, каких тварей она призывает?

— Но она может служить и ордену, — грустно произнес Злобин.

Тем временем паладины оставленные для обороны вместе с Линдерманом и другими гвардейцами, столкнулись с тварями в ближнем бою, которые пытались пробиться к нам и освободить свою хозяйку из пут паладинов.

Можно было бы отправиться на подмогу, но я остался рядом. Отчего-то не хотелось оставлять Луизу одну. Да и Злобина тоже. Почему-то мне казалось, что я должен находиться именно здесь.

К тому же Дима стоял рядом, обеспокоенно глядя то на меня то на Луизу, то на меня. Он явно не понимал, почему бывшая горничная Пылаевых, подозреваемая в том что она ассасин, теперь ещё и повелительница культистов.

Ну ничего, пусть поломает голову. Главное, что он под присмотром и не лезет в бой.

Тем временем, там развернулась жаркая битва, и наши явно побеждали. Я несколько раз замечал Линдермана, который, как ни удивительно, был вне себя от счастья. Он был в гуще великого боя, в котором имел шанс одержать победу.

— А ты чего не идешь? — спросил я Степана Медведева.

— Я с вами побуду. Там серьёзная битва, но думаю, что здесь намечается, что-то куда более важное, — ответил он. — Не хотелось бы пропустить. Да и вас одного оставлять не дело.

Я лишь кивнул ему.

Так мы и стояли вокруг защитного кокона, внутри которого находилась Луиза. Она вдруг впилась пальцами в землю под ногами, вырвала кусок земли, смяв