Разыскивается живым или мертвым. Том 2 - Геннадий Борчанинов

— Где твой босс? — спросил я. — И где все остальные?

— Не твоё дело, гринго, — вдруг осмелел он.

— Их дожидаешься, не так ли? — фыркнул я. — Как думаешь, что мне мешает сейчас тебя пристрелить, и подождать их тут вместо тебя?

— Твой значок, — криво улыбнулся он. — Законники так не поступают.

— Шляпу сними, — приказал я.

— Чего? — не понял он.

— Шляпу сними, говорю. Положи на землю, — повторил я. — И пончо тоже.

Он сделал то, что я приказал. А я взвёл курок и выстрелил ему в голову. Мексиканец рухнул на спину, под ним начала растекаться большая лужа крови, тут же впитывающаяся в камни и песок. Я взял его за ноги и оттащил вглубь шахты, так, чтобы снаружи его не было видно, а затем вернулся к костру.

— Не поступают… Ха, — буркнул я, закидывая песком лужу крови, оставшуюся бурым пятном на земле.

Минус один ублюдок, планета стала чище. Я поднял его сомбреро, повертел в руках, испытывая некоторую брезгливость. Ладно, надеюсь, оно того стоит. Я забросил свои новую шляпу и пиджак в ближайшие кусты, а вместо них напялил цветастое пончо и сомбреро, которое ещё хранило стойкий запах кислого пота.

Сел возле костра, положил винчестер рядом. Переломил поля шляпы так, чтобы они скрывали моё лицо, а затем принялся ждать гостей. Вспомнил про лошадей, про Бродягу, сбегал за ними. Привязывать лошадей не стал, на случай, если придётся быстро уезжать, просто накинул поводья на продольную жердину.

— Десять негритят отправились обедать… Один поперхнулся, и их осталось девять… — бормотал я, поглядывая на дорогу.

В костёр старался не смотреть, чтобы не слепить себя. Я понимал, что позиция у меня так себе, на открытом месте, но я намеревался застать негодяев врасплох. Они наверняка подъедут верхом, и гораздо больше подозрений у них возникнет, если вход никем не будет охраняться. Застрелю главаря, а если что-то пойдёт не так, засяду в шахте.

Ждать пришлось почти до темноты.

Я трижды подкидывал в костёр припасённый неподалёку валежник, прежде, чем на дороге послышались голоса.

Бандиты ехали, не скрываясь, радостно переговариваясь между собой на испанском. Я пододвинул винчестер поближе и приготовился.

— Эй, Давид! — воскликнул один из них, выезжая из-за кустов. — Ты не поверишь!

— Чьи это лошади? — вдруг крикнул другой.

— Это не Давид! Засада! — заорал третий.

Пришлось вскинуть винчестер и пальнуть, почти не целясь, после чего тут же уходить внутрь шахты. В темноту. Не знаю, попал я по кому-то или нет, слишком глазастый мекс испортил мне всю задумку, а ведь как элегантно должно было получиться.

Тут же загремели выстрелы, пули защёлкали по каменным сводам. Я практически нырнул внутрь, улёгся рядом с покойным Давидом, начиная выцеливать мексов снаружи. У меня имелось преимущество, я видел, что происходит снаружи, а они меня видеть не могли.

И если они вернулись в шахту, если её оставляли под охраной, то в ней наверняка припрятано что-то ценное. То, ради чего они будут сражаться. А я и не против, пускай лезут под пули.

Перед входом в шахту мелькнула фигура одного из бандитов, я немедленно потянул за спуск. Винчестер толкнулся отдачей, а мексиканец рухнул, как подкошенный, прямо напротив костра. Внутрь шахты вдруг влетело что-то горящее, не то факел, не то просто головёшка.

— Твою мать, — буркнул я, пытаясь пятиться назад.

Зажжённый факел упал в паре метров от меня, но этого хватало, чтобы осветить коридор шахты и прицелиться по мне. Чем немедленно воспользовались бандиты.

Я успел только спрятаться за трупом Давида, не смея высунуть головы. Чёртов факел ещё и ослепил меня, перед глазами плясали зайчики, и я не мог ответить на выстрелы. Только пальнуть, не глядя, прямо из укрытия, как я и поступил, пытаясь отогнать наседающих мексиканцев.

— Кто ты такой, чёрт подери⁈ — крикнули снаружи.

Отвечать я не торопился. Притих, медленно отползая вглубь шахты. Коридор, вырубленный в толще скалы, казался тесным и низким, хотя на самом деле по нему спокойно могла пройти телега.

Но телегами здесь не возили, пользовались вагонетками, о чём свидетельствовали остатки шпал на каменном неровном полу. И рельсы, и всё остальное давно вывезли, а вот шпалы остались. Жаль, можно было бы укрыться за вагонеткой и толкать её вперёд, как Индиана Джонс.

Я вновь устроился на самой границе видимости, понимая, что сам себя загоняю в ловушку, в тупик. Рано или поздно шахта закончится. Но я надеялся, что враги закончатся раньше.

Мексиканцы, несмотря на горячий нрав, на рожон не лезли, им хватило одного убитого, чтобы понять — стреляю я метко, и мне ничего не стоит этот выстрел повторить. Я не мог понять, сколько их всего. Не меньше четырёх, это точно. А ещё я так и не понял, здесь Мартинес или же нет. Давид, конечно, был из его банды, но в жизни случается всякое. Хотелось взглянуть Хорхе Мартинесу в его бесстыжие глаза, прежде чем пуля из моего «Миротворца» оборвёт его жизненный путь.

— Эй, ублюдок, тебе конец, ты понял? — крикнул кто-то из мексов. — Ты уже труп!

Однако никто из них не спешил выйти в коридор напротив меня и попытаться сделать меня трупом. Всё надеялись друг на дружку, как это обычно бывает в толпе. Никто не хочет брать на себя ответственность.

Я ждал, пока кто-нибудь из них появится в коридоре. В шахту вёл только один вход, он же служил выходом, а я как раз стоял на пути между мексиканцами и их логовом. Возможно, ещё и их награбленные богатства тоже были припрятаны здесь. Не пещера Али-Бабы, конечно, но тут наверняка есть чем поживиться.

— Мистер! Эй, гринго! — крикнули снова.

На этот раз я узнал голос. Шрам на голове вновь начал зудеть.

— Можешь сидеть там хоть до скончания веков, слышишь? Мы подождём! — крикнул он. — Когда у тебя закончится вода, приходи, обсудим варианты!

Чёрт побери. Об этом я снова не подумал. Кажется, операция по уничтожению банды мексиканцев не задалась с самого начала, а теперь всё летело наперекосяк. Я даже и помыслить не мог, что они так легко откажутся от идеи меня преследовать.

Полагаю, спровоцировать Мартинеса тоже не получится, ни отборной руганью, ни как-то ещё. Хитрый лис на такую детскую уловку не поведётся, даже если