На скалах и долинах Дагестана. Герои и фанатики - Фёдор Фёдорович Тютчев

за что не хотели сдаваться и защищались с исступлением; женщины и дети с каменьями или кинжалами в руках бросались на штыки или в отчаянии кидались в пропасть на верную смерть. Трудно изобразить все сцены этого ужасного, фанатического боя; матери своими собственными руками убивали детей, чтобы не доставались они русским, целые семейства погибали под развалинами саклей. Некоторые из мюридов, изнемогая от ран, и тут еще хотели дорого продать свою жизнь; отдавая уже оружие, они коварно наносили смерть тому, кто хотел принять его. Неимоверных трудов стоило выгнать неприятеля из пещер, находившихся в отвесном обрыве над берегом Койсу.

Приходилось спускать туда солдат на веревках. Не менее тягостно было для войск переносить смрад, наполнявший воздух от множества мертвых тел».

В тесном ущелье между Ахульго войска не могли оставаться без смены более нескольких часов. Насчитано было свыше 1000 неприятельских трупов; большое число их неслось по реке. В плен взято до 900 человек, большею частью женщин, детей и стариков, и те, несмотря на свое изнурение и раны, еще в плену покушались на самые отчаянные предприятия. Некоторые из них, собрав последние силы, выхватывали штыки у часовых и бросались на них, предпочитая смерть унизительному плену… Эти порывы исступления составляли резкую противоположность с стоическою твердостью некоторых других мюридов; плач и стон детей, страдания физические больных и раненых дополняли печальную картину.

Осада Ахульго, продолжавшаяся всего 80 дней, с 12 июля по 30 августа, стоила нам 500 человек убитых, 1722 раненых, 697 контуженых, причем контузии камнями были несравненно тяжелее многих ран, и еще раз доказала удивительную стойкость русских войск и их беззаветную готовность после отбитых несколько раз штурмов опять идти на явную смерть.

Что касается Шамиля, то обороной Ахульго, гениальным расположением укреплений, умением в самые критические моменты возбуждать упавшие духом войска, и даже не войска, а сброд свободолюбивых, малопослушных головорезов, он доказал, какой великий военный талант таился в этом полудиком горце. Не имея понятия о тактике и стратегии как о науках, он создавал замечательно стойкие укрепления и долго отсиживался в них с бандами дикарей от лучших по тогдашним временам регулярных войск, снабженных к тому же артиллериею, против которой он мог противопоставить ружья, кинжалы и шашки.

После падения Ахульго борьба продолжалась с прежним упорством.

Разбитый в одном месте, Шамиль быстро формировал новые шайки и с настойчивой энергией бросался навстречу русским войскам. После страшных поражений, когда, казалось, все было кончено и ему оставалось только сложить оружие, Шамиль вдруг переходил в наступление и даже, в свою очередь, наносил тяжелые погромы, как, например, в 1843–1844 годах, когда он взял целый ряд русских укреплений, в том числе многострадальный Гергебиль, и на некоторое время заставил русских очистить Дагестан. К тому времени он из ничего создал довольно сильную артиллерию, о которой так страстно и безнадежно мечтал при осаде Ахульго.

Принимая все это во внимание, можно с уверенностью сказать, что, если бы Шамиль получил соответствующее образование и широкое поле действия, из него вышел бы один из величайших полководцев XIX столетия.

В заключение интересно обратить внимание на тот факт, что Шамиль, в течение 25 лет ведший с нами беспощадную войну, проливший столько русской крови, сколько, по его выражению, не выпил за всю жизнь воды, страстный фанатик, глубоко ненавидевший русских[48], лишивших его в продолжительной кровавой борьбе стольких друзей и многих членов его семьи, умер искренним другом России, благословляя русского императора и на смертном одре своем завещая сыновьям своим служить русскому государю верой и правдой[49].

Беспримерное, безграничное великодушие императора Александра II укротило мятежную душу Кавказского льва, и что не сумели сделать пушки, то сделало ласковое царское слово.

Литературно-художественное издание

Выпускающий редактор В. И. Кичин

Художник Ю.М. Юров Корректор Б. С. Тумян

Дизайн обложки Д.В. Грушин

Верстка Н.В. Гришина

ООО «Издательство «Вече»

Адрес фактического местонахождения: 127566, г. Москва, Алтуфьевское шоссе, дом 48, корпус 1. Тел.: (499) 940-48-70 (факс: доп. 2213), (499) 940-48-71.

Почтовый адрес: 127566, г. Москва, а/я 63.

Юридический адрес: 129110, г. Москва, пер. Банный, дом 6, помещение 3, комната 1/1.

E-mail: [email protected] http://www.veche.ru

Подписано в печать 19.06.2023. Формат 84x108 1/32. Гарнитура «KudrashovC». Печать офсетная. Бумага газетная. Печ. л. 9. Тираж 2000 экз. Заказ С-1591.

Отпечатано в типографии филиала АО «ТАТМЕДИА» «ПИК «Идел-Пресс». 420066, Россия, г. Казань, ул. Декабристов, 2. e-mail: [email protected]

Примечания

1

Кавалер (фр).

2

Подробнее см.: Тютчев Ф. Перед грозою. М.: Вече, 2023. (Серия «Военные приключения») и Тютчев Ф. Среди врагов. М.: Вече, 2023. (Серия «Военные приключения»).

3

Через — кошель в виде пояса (здесь и далее — комментарии автора).

4

Все ваши болезни на мою голову.

5

Добрый вечер.

6

Спасибо.

7

Как поживаешь? Как поживает твое семейство?

8

Я чувствую себя прекрасно, семья тоже (заменяет русское аналогичное в этом случае «слава богу»).

9

Как лезгины, так и чеченцы делились на бесчисленные мелкие племена или роды, которым принадлежало от одного до нескольких аулов. Теперь эти роды давно исчезли, слившись в один народ, так называемых черкесов, столь памятных нам по последней турецкой кампании.

10

Пожалуйте, прошу.

11

Спасибо.

12

Да будет благословен пророк.

13

Добрый день.

14

Хмельной напиток.

15

Пшеничные галушки.

16

Мусульмане называют Христа «Исса» и считают его пророком, хотя, впрочем, второстепенным по своему значению и по сравнению с Магометом.

17

Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. Часть IV, стр. 90.

18

Пощади, пощади.

19

Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. Часть IV, книга 2, стр. 117.

20

Дезертир — беглый казак.

21

Особенно эта разница сказалась впоследствии, во второй период войны, когда у горцев появились винтовки и штуцера, бившие вдвое дальше и в десять