Рожденный в забвении - Мария Быстрова

11. Тайны Юлианы

Адель настойчиво толкала меня в бок. Голова раскалывалась, тело ныло, а мысли не желали собираться в кучу.

— Забери тебя демон! Кзар же еще не проснулся! Дай и мне поспать, — простонал я.

— Можешь дрыхнуть, сколько хочешь, но прежде скажи, что ты вчера узнал, — тихо шептала разведчица, прижимаясь ко мне всем телом.

На ощупь она такая теплая и мягкая, я притянул ее еще ближе и чуть не получил по морде тонким кожаным ремешком.

— Что, превратишь мне в жабу, как того несчастного? — поморщился я, выбираясь из-под пледа на холод.

Волшебница удивленно раскрыла рот.

— Откуда ты… — краснея, пролепетала она, но я лишь поморщился, посмотрев по сторонам.

Лихтор спокойно спал рядом с Фригом, разбойники похоже вообще не просыпались с вечера и, конечно, не заметили моего ночного путешествия. На миг мне показалось, что все это было лишь жутким кошмаром. Мои пальцы нащупали старые шрамы на груди, оставшиеся с детства. И почувствовал боль. Нет, это не воображение.

Адель коснулась пальцами моего плеча, и я вздрогнул.

— Что с тобой, Марк? — в синих глазах девушки светился вопрос. — Что случилось?

— Все в порядке, — соврал я, натянуто улыбнувшись.

Разведчица с сомнением покосилась в мою сторону, я почувствовал, что волшебница не отвяжется от меня, пока не вытрясет из меня всю правду.

— Зря ты думаешь, что я что-то важное выяснил, — тихо шепнул я. — Дубина вернулся. Второй призрак.

Адель испугано оглянулась по сторонам, вероятно опасаясь, что Дубина может подслушивать.

— Нет, нет, он опять свалил куда-то. Из подслушанного разговора я узнал, что Кзар ищет в Шхарме некого Мелитара по приказу некого Эвандэра. Вот и все.

Разведчица сложила руки на груди и задумчиво посмотрела в ту сторону, где спал чародей.

— То есть можно ждать появление еще одного такого уникума? — нахмурилась девушка.

— Вполне. Кзар сказал Дубине, чтобы без этого Эвандэра не возвращался…

Колдун пошевелился, перекатился с бока на бок и проснулся. Мы с Аделью смотрели, как маг резво поднимается на ноги, зажигает факел. Он осветил спящих Юлиану и Харма, взглянул в нашу сторону.

— Доброе утро, — широко улыбнулась Адель, нежно обняв меня за шею.

Кзар хмуро кивнул и прикоснулся двумя пальцами к виску Харма. Тот моментально открыл глаза.

— Почему не спите? — подозрительно поинтересовался маг у нас, подходя к Фригу и Лихтору.

Моя «женушка» выскользнула из-под пледа и отправилась собирать наши вещи.

— Холодно, — ответила она, проходя мимо со сложенным пледом.

Колдун проводил ее хмурым взглядом. Похоже, ночь не удалась не только у меня, кошмары его мучили что ли…

Рядом остановился Харм и начал пристраивать длинные ножны к поясу. Вот кто выглядел счастливее всех. Еще бы, ему позволили согреть любимую женщину. И хотя Юлиана наблюдала за воином с недовольством и настороженностью, он, разумеется, этого не замечал.

— Что ты такой уставший, Марк? Чем вы там с Аделью занимались всю ночь? А? — он противно хихикнул и подмигнул мне.

У меня не было никакого желания отвечать. Его предположения не смешили. Харм подозрительно поглядел на меня и догадался об этом.

— Эй, парень, да что произошло?

Между нами возникла Адель.

— Иди, буди мальчишку, все почти собрались.

Лихтор все еще спал на волчьей шкуре, подложив локоть под голову. Словно почувствовав мой взгляд или суету вокруг, медленно разлепил веки и повернул белую голову.

Глаза испускали свет… Я вздрогнул, отпрянув назад. Моргнул. И ничего. Глюк. Мальчишка был нормальным и никем не одержимым.

— Марк, — как-то странно протянула волшебница. — Ты себя хорошо чувствуешь?

Разозлившись, я резко вскочил на ноги, схватил саблю и направился вниз по лестнице, ощущая на себе удивленные взгляды разбойника и волшебницы.

Солнце еще не взошло, хотя ночная тьма уже уступала место предрассветному сумраку. Туман стелился между стройными деревьями. Небо заволокло серыми слоистыми облаками. Я замер на пороге, вспомнив последние слова предсказателя. Та ночь, когда я увижу звезды, станет для меня последней… В груди неприятно защемило. Пальцы подрагивали. Мне затошнило от презрения к самому себе. Я трясся от ужаса, а ведь мне удалось загнать всякий страх в глубины своего сознания. И ночью он вернулся. Смерть столько раз ходила со мной под руку, и вот она, наконец, распахнула передо мной объятья. В словах этого провидца не приходилось сомневаться.

Ворон дремал стоя, я похлопал его по спине, погладил по морде. Жеребец успокаивающе заржал.

— Скоро разойдемся, друг, — тихо шепнул я ему на ухо.

Он недовольно дернул им и грустно покосился на меня.

За спиной послышались голоса. Разбойники и Лихтор высыпали на опушку, следом выскочила Адель. Бросив на меня настороженный взгляд, она вовремя отпрянула от отверженного.

Мы покинули стойбище спустя четверть часа, когда снарядили всех лошадей. Путь пролегал в густом промозглом тумане. С хвойных веток капала вода, копыта вязли в болотистой жиже. Когда посветлело, мы подъехали к пологому подъему оврага, поросшего молодыми пожелтевшими березами. Пришлось спешиться и вести лошадей под уздцы. Юлиана дважды чуть не поскользнулась на скользкой грязи.

Разбойники весело переговаривались между собой. Судя по обрывкам фраз, Харм рассказывал, как хорошо он сегодня спал. Его предводительница ехала далеко впереди, поэтому он мог позволить себе подобную дерзость. Лихтор звонко смеялся. Ему всегда было весело. Адель, которую подобные беседы раздражали, иногда вставляла в их диалог едкие замечания. Что говорить, язык у моей жены был хорошо подвешен. Лишь наблюдая за ней, ее гордой осанкой, прекрасными белыми волосами, красивой мягкой кофточкой, эротично обтягивающей упругую грудь, я отвлекался от всплывающих в сознании воспоминаний.

Но отвлекайся не отвлекайся, а перед глазами стояли уже забытые мной сцены кошмара в Лабиринте. Кровь. Мерзкий страх. Боль. Запах мертвечены. Я нахмурился, пытаясь вспомнить, что произошло после того, как закончилась эта ужасная смертоносная галлюцинация. Что случилось потом? Как я дожил до утра? Ладони увлажнились. Не смотря на все попытки, я не помнил, что же там случилось. Но ощущение того, что нечто важное ускользнуло из памяти, неприятным молоточком стучало в сознании.

Предсказатель, окунувший меня в ад, говорил, что вспомнить это жизненно необходимо. Возможно, тогда мой рассудок успокоится и не будет больше сходить с ума от страха. Известно, чтобы победить страх, нужно испытать его целиком и полностью. И я вспоминал, но пока ничего конкретного.