Спускаясь к звездам - Оксана Велит

Несколько лет совместной жизни и регулярных безрезультатных разговоров о светлом будущем окончательно утвердили Зали во мнении, что, в конце концов, это её война, и ей самой придется принимать за всё отвечать, когда наступит решающий момент.

В первые секунды осознания этого факта её охватил ужас, какой может охватить существо, внезапно оказавшееся в абсолютной пустоте – без ориентиров и почвы под ногами. Но потом Зали с удивлением обнаружила, что, наконец, перестала метаться, и где-то внутри впервые за долгое время появилась твердая уверенность в своих силах. С потерей надежды на надежное мужское плечо, она потеряла и зависимость от Ное, а значит, обрела свободу самостоятельно принимать решения.

С новыми силами Зали углубилась в работу и даже начала получать от нее удовольствие. В разработке генератора наметилось уверенное развитие, и появилась призрачная возможность в обозримом будущем получить позитивные результаты. Убедившись в том, что её труд начинает приносить плоды, Зали поделилась своей радостью с Ное. В ответ она ожидала услышать одобрение, какой-нибудь очередной геройский и безумный план, включающий в себя использование возможностей генератора, или, в крайнем случае, вежливую прохладцу, с которой пожилые супруги нередко встречают успехи своих половин. Однако, реакция Ное её поразила.

– Ты должна уничтожить все разработки, – сказал он.

– Как ты себе это представляешь? – спросила Зали, улыбнувшись. Она всё еще надеялась, что это просто неудачная шутка.

– Элементарно. Приходишь в лабораторию и уничтожаешь все файлы. А главное, чип. Иначе Тейт сможет начать всё сначала.

– Ты с ума сошел, – только и смогла сказать Зали.

– А мне кажется, что это ты теряешь рассудок. У тебя в руках такая сила, такая власть, а ты продолжаешь работать на этого психа.

– Легко сказать «уничтожь файлы». Тебе не приходило в голову, скольких я этим поставлю под удар? Не сомневайся, и дня не пройдет, как все, кто на меня работает, включая уборщиков, пропадут без вести или будут казнены под каким-нибудь предлогом.

– Ты слишком много думаешь о других, – Ное начал всерьез заводиться. – Путь к великим целям всегда усеян костями жертв.

– Меня ты тоже готов принести в жертву? И не надо делать вид, будто не знаешь, что я первая окажусь под ударом.

– Я этого не допущу, – угрюмо сказал Ное.

– Ну конечно, ты не допустишь! И многого ты не допустил за время своей войны? Твои тайные отряды такие тайные, что за последние четыре года я не слышала ничего об их деятельности. Видать, хорошо скрываются.

Ное сжал кулаки и с ненавистью уставился в стену, но Зали этого не заметила. Она продолжала:

– И потом, даже если я все сделаю, как ты говоришь, принесу в жертву себя и своих ученых, что тебе это даст? Чего ты этим добьешься? Думаешь, Тейта это остановит? Как бы не так! Уверена, что у него в запасе найдутся и другие планы. Мы ведь даже не знаем, кто у него на крючке, и какие силы там замешаны. Пока нам это неизвестно, нечего и соваться. Ты со своими бойцами ему и в подметки не годишься! Заигрался в солдатиков, всё норовишь сделать чужими руками. – Зали была готова выложить всё, о чем долго молчала, не желая задеть Ное. – А сам? Если такой смелый, поднимай свою армию, веди на штурм. Что, кишка тонка? Конечно, сбежать в район отверженных и играться в аж-сула, прячась за железной дверью, проще, чем действительно что-то делать. Четырнадцать лет в глубоком подполье – подумать только!

– Ты хочешь сказать, что я трус? – Ное тяжело поднялся со стула и сделал шаг к Зали.

– Хуже. Ты трус, который прикидывается героем. Ты так долго борешься за то, чтобы тебя не сломили… На самом деле тебя давно, много лет назад, переломали через колено и выбросили. И ты сам себя доломал, стал никчемным и жалким.

В следующую секунду Зали услышала звонкий шлепок у самого уха, и её щека запылала огнем. Но сильнее, чем пощечина, её обжег взгляд Ное. В этом взгляде было столько клокочущей ненависти, что весь мир вокруг растворился, сжался до размеров его зрачков. Ное занес руку для второго удара, но в последний миг сдержался. Он отвел глаза и, смотря куда-то в стену, тихо и четко сказал:

– Вон отсюда.

Зали не могла пошевелиться. Она застыла на стуле и во все глаза смотрела на Ное, пытаясь понять, как они всего за несколько минут перешли от обычного спора к такой неудержимой злости друг на друга. И как вообще всё это могло случиться с ними.

Ное перевел на нее тяжелый взгляд и прошипел:

– Ты не расслышала? Я сказал, вон.

Зали поднялась и попятилась к выходу, испуганная и ошеломленная. Но где-то глубоко внутри неё плескалось мрачное ликование от заслуженного триумфа. Она уходила с легким сердцем, зная, что во всём была права. А также зная то, что теперь ей не захочется, как несколько лет назад, искать утешения в объятиях Ное, как только окружающий мир сменит улыбку на злобный оскал.

Зали больше ничего не ждала. Она удостоверилась в том, что может быть сильной и без Ное и теперь готова была идти дальше с гордо поднятой головой.

Но спустя несколько дней он сам постучался в её дверь и сыпал словами раскаянья. Зали благосклонно приняла его извинения и даже согласилась снова быть вместе. Однако, кое-что всё же изменилось. Теперь она наверняка знала, что Ное нуждается в ней. А это значит, что с настоящего момента и впредь он будет слушаться её.

Впрочем, Зали еще предстояло проверить, насколько покладистой марионеткой окажется Ное. И впереди её ждал неприятный сюрприз.

Глава 19

Усевшись на подоконник, Ное нервно закурил.

– Это уже пятая подряд, – со вздохом заметила Зали. – Ты себя убиваешь. К тому же, тут уже нечем дышать.

Желая придать вес своим словам, она выразительно замахала рукой, разгоняя дым. Затем подошла к Ное, взяла у него из рук едва початую сигарету и, затянувшись разок, выбросила её в окно. В иной день такая бесцеремонность с ее стороны могла бы стать поводом для скандала, но не сегодня. Вокруг происходили слишком важные события, и им обоим было не до выяснения отношений.

– Так ты говоришь, всё произойдет этой ночью? – в который раз спросил Ное.

– Если обстоятельства не поменяются, то да, – терпеливо отвечала Зали.

– А обстоятельства могут измениться?

Ное снова потянулся за сигаретой, но Зали решительно отодвинула пачку в сторону.

– Хватит, – сказала она. – Успокойся.

– Да, надо успокоиться, – согласился он. – Успокоиться и хорошенько запомнить каждую минуту этого дня, который войдет в историю. Надо будет надиктовать всё на диктофон, чтобы ученым потом было легче описывать события. Или нет, надо будет самим нанять пару киничийцев, чтобы они описали все эти события. Какое, говоришь, сегодня число?

– Двенадцатое августа две тысячи тридцать третьего года.

– Да, точно. Вроде бы неплохая дата. Ты как считаешь?

– Дата как дата, – пожала плечами Зали.

– Это пока что. Вскоре этот день будет признан всенародным праздником. Главное, чтобы все получилось.

Утром, за несколько часов до разговора с Ное Зали сообщила Тейту радостную новость – семилетние усилия ученых увенчались успехом, и генератор метаэнергии готов.

– Ну-ка, повтори, что ты сейчас сказала, – попросил Тейт, едва дыша.

– Генератор метаэнергии готов к испытаниям, – сказала Зали, чувствуя одновременно гордость за свою работу и страх перед тем, какие разрушения может повлечь за собой сам факт существования генератора.

Удостоверившись в том, что не ослышался, Тейт отложил все дела и немедленно примчался в лабораторию, чтобы своими глазами увидеть чудо.

Внутри здания стояла гулкая прохладная тишина – Зали отправила ученых по домам и последние этапы сборки заканчивала самостоятельно. Встретив Тейта у входа, она заметила за его спиной троих широкоплечих странников с маркировками камаштли на бронекостюмах.

Зали отошла в сторону, позволяя гостям пройти, но через порог переступил только Тейт. «Они подождут здесь. На всякий случай», – сказал он. Зали равнодушно пожала плечами, хотя внутри у нее шевельнулась тревога – выходит, Тейт ей не доверяет. Возможно даже, она уже давно у него на крючке, в живых он её держал только пока не закончатся разработки.

Стараясь отогнать от себя дурные мысли, которые Тейт если и не мог прочесть, то мог уловить их тревожные вибрации, Зали провела его в просторное подвальное помещение, в котором царил полумрак.

– Он здесь? – спросил Тейт. – Я ничего не вижу.

– Погоди, включу свет.

Зали нажала на выключатель на стене, и помещение озарилось ярким холодным светом, подобным освещению в операционных. Посреди подвала стояла серая металлическая коробка высотой около метра. На одном из квадратных боков располагалась приборная доска, оснащенная всего тремя тумблерами – для включения, выключения и выставления интенсивности излучения.

– Это он и есть? – Тейт с недоверием покосился на коробку.