Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ) - Токсик

и, ещё не вынырнув на поверхность, я непроизвольно вдохнула. Наступила темнота.

***

Яркий свет ослепил, я закашлялась — из носа и рта выплёскивалась вода. Грудь адски болела, словно меня били дубинками. Иорвет сделал ещё пару резких нажатий на грудину, и подсадил под спину. Мона кричала что-то эльфам-охранникам, и один из них уже бежал с невесть откуда взявшимся одеялом. Я сидела у колодца в луже воды. Мона принялась энергично растирать меня колючей тканью.

Чуть продышавшись и опомнившись, я схватилась за руку, где было кольцо предмета, найденного на дне. Неужели он свалился, пока меня вытаскивали?

Иорвет заметил мою панику и поднял с пола ажурную металлическую коробку с тонкими проволочными цветочными узорами на стенках и овальной ручкой-кольцом. Внутри нежно светился круглый голубой камень размером с апельсин.

— Победа? — прохрипела я.

— Думаю, да, — торжествующе ответил он, проведя пальцами по цветам на металлическом ящичке. — Маргаритки, как видишь. Enid an Gleanna* не озаботилась конспирацией.

*Маргаритка из Долин (Старшая Речь) — так эльфы зовут Францеску Финдабаир*

— Можешь встать? — Иорвет подхватил меня под руки, Мона подала одежду.

— Да, — я отстранилась от него, разогнулась, — спасибо.

***

Когда мы вернулись во дворец, меня начало колотить так, что не спасало даже одеяло, которое я намотала поверх одежды. Зубы выбивали дробь. Мона с Иорветом обменялись несколькими фразами.

— Пойдём, — Мона потянула меня за руку, — тебе нужно прогреться.

— А я нанесу визит их светлостям, — кивнул Иорвет. — Мы выполнили нашу часть договора.

В комнате дрожащими пальцами я достала из пояса пузырёк Ласточки — этот эликсир был чрезвычайно токсичным, но невероятно поднимал иммунитет. Добавила в Белый Мёд пару капель, выпила. Мона отыскала Илону, которая отвела меня в пустые бани. Я сидела на раскалённой мраморной скамье в хамаме, заполненном горячим паром, и меня трясло от холода. Только через некоторое время озноб, наконец, начал отпускать, а в тело потихоньку вернулась жизнь. Кожа покраснела, по венам снова побежала кровь, и я всеми силами надеялась, что не заболею.

У комнаты я застала Иорвета и Мону, которые, прислонившись к стене у моей двери, о чём-то тихо разговаривали. Эльфы обернулись ко мне.

— Я поговорил с Аланнэнном. Он вспомнил, что Францеска со свитой осматривали Малый Дворец… Нас проведут до тропы к мастеру рун, но пустят туда максимум двоих. Айонантаниэл не любит толпы.

Иорвет незаметно глянул на свою правую ладонь, сжал её в кулак.

— Стилет у меня. Выходим немедленно, жду тебя тут, — приказал он.

СИНИЕ ГОРЫ. Глава 25. Мастер рун

Тропа начиналась в глухой части дворцового сада, неподалеку от Малого Дворца. Иорвет поправил на бедре ножны с заколдованным стилетом и решительно зашагал вверх. Провожатые остались внизу.

Я шла за ним. Встряска от ледяного купания навела в сознании кристальную твёрдую ясность, буря запутанных чувств улеглась. Мыслила я отстранённо и чётко, явственно осознав, что моя внезапно разгоревшаяся любовь не имеет никакого будущего. Для эльфов, для Иорвета я всегда буду просто dh’oine. Может быть весьма полезным, но всё равно dh’oine.

К тому же гордость моя была уязвлена, и я больше не собиралась позволять тыкать меня носом в то, что я человек, как щенка в лужу. Я могу сражаться вместе с эльфами, могу дружить, как с Моной, но ничего больше. Я получила свою ночь, хоть и нечестным путём, и свой урок — эта история должна быть закончена. Решительно кивнув мыслям, я догнала Иорвета.

— Короли поверили тебе, что камень стал причиной бесплодия?

— Сначала не очень, хотя все улики на это указывали, — спокойно ответил он. — Но потом позвали одного из старых лекарей, который разбирается в камнях и немного в магии. И вот он подтвердил. Все, кто пили воду из источника, не могли зачать детей.

Мы молча пошли дальше, и тишину нарушал только хруст камешков под ногами. Я с облегчением выдохнула — мы тоже пили эту воду, а значит нежелательных последствий у случайной ночи не могло быть. Иорвет скосил на меня глаз, я кивнула ему. Возможно, он подумал о том же самом.

Тропа уходила всё выше между скал и местами раздваивалась, но я прислушивалась к ощущениям и чётко знала, куда идти на развилках — этим путём изредка пользовались. Мы поднимались, пока густые вечерние тени не накрыли тропу, а потом скалы расступились, и мы выбрались на площадку, с которой открывался вид на зелёный Ард Дол.

На плоском камне спиной к нам, обратившись лицом в долину, сидел высокий эльф в светлых одеждах из некрашеного льна и рассматривал длинный предмет, лежащий на коленях. Мы подошли.

Эльф молча указал на камень, мы, переглянувшись, так же молча уселись рядом, и поднял с колен предмет, оказавшийся полотном меча из удивительного почти чёрного, но блестящего металла. Поднёс к глазам, поймал гранями закатное солнце. В оранжевых лучах на чёрном лезвии на миг вспыхнули огненные надписи. Вздохнул и снова опустил меч на колени.

— Нет, опять не то, — он повернулся к нам.

Его лицо было необычайно худым и почти треугольным, аквамариновые чуть раскосые глаза, казалось, смотрели в вечность. Он был, несомненно, эльфом, но вкупе с белыми волосами выглядел совершенно инопланетным существом. Даже сидя, стало понятно, что ростом он чуть ли не на голову был выше Иорвета, который, в свою очередь, по человеческим меркам был очень высок.

— Слишком много суеты и страсти, — произнёс эльф, рассматривая нас, — вы принесли, друзья мои. Все ответы кроются в пустоте.

Он отвернулся и, прищурившись на закат, стал смотреть на долину. Я прикрыла веки и сосредоточилась в медитации — надо угодить этому чувствительному эльфу, выкинуть из головы всё ненужное. Мы посидели молча, и, наконец, он кивнул, встал и жестом пригласил следовать за ним.

Мы пересекли площадку, Айонантаниэл раздвинул полог, прикрывающий вход в просторную пещеру. Глазам понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть к полумраку. Медальон на груди запульсировал.

Мы находились в кузне, только не похожей ни на одну, виденную мною в этом мире. Айонантаниэл прошагал к стойке в углу и бережно вложил в неё полотно меча. Повёл пальцами, и мягким голубоватым светом в пещере зажглись шары, висящие в воздухе. В углу белым пламенем, как будто сам по себе, горел кузнечный горн, и мой медальон подсказывал, что камень рядом с ним — это место силы.

— Подойди, зачерпни силы, не стесняйся, — мягко произнёс мастер рун.

Я положила медальон в выемку в камне, и, как и при испытании, кулон засветился, набрал в себя силу и погас, наполнив меня огненной