Маленький кусочек рая - Тревор А. Уильямс

напялила шорты, нацепила кроссовки и отправилась с Дживсом на утреннюю прогулку по окрестностям замка. Она нарочно прошла мимо гаража, но «мерседеса» там не обнаружила. Наша птичка вспорхнула и улетела, и след ее простыл.

В течение дня она продолжала звонить и слать сообщения сестре, но все было тщетно. Приходила Рита, потом ушла, явились рабочие, закончили с кухней и тоже ушли, но Софи едва все это заметила. Днем она села было писать, но никак не могла сосредоточиться, поэтому плюнула и решила пойти и подольше погулять с собакой. Она подумывала, не позвонить ли Дэну и не пригласить ли его прогуляться с ними, но потом эту мысль отбросила: собеседник сейчас из нее никакой, так что лучше гулять с Дживсом только вдвоем. Час проходил за часом, и она уже совсем стала смиряться с грозящей им перспективой: Рэйчел сегодня так и не появится, значит вместе отметиться они не смогут и, согласно условиям дядюшки Джорджа, замок перейдет в руки каких-то других, неизвестных наследников.

Под палящим солнцем, с трудом и изрядно вспотев, Софи поднялась на холм, прошла мимо часовенки и все думала, думала… Нет, все-таки Рэйчел не такая же тупица, чтобы из-за уязвленного самолюбия отказаться от нескольких миллионов евро. Нет-нет, не станет она ребячиться типа «назло бабушке возьму и нос себе отморожу». Сестра ее, конечно, еще та сумасбродка, но не до такой же степени. Сама Софи, имея в виду наследство размерами в половину совершенно астрономической суммы, давно уже строила планы на будущее. Если Рэйчел сегодня хоть на минутку, хотя бы для того только, чтобы отметиться, не появится в замке, все окончательно и бесповоротно изменится. Да, у них будут остатки денег, которые положил в депозитную банковскую ячейку на их имя дядюшка Джордж, плюс выручка после ярмарки антиквариата, продажи пластинок и предстоящего аукциона старинного оружия, что составит весьма кругленькую сумму, но на жизнь их радикально это никак не повлияет по сравнению с суммой от продажи замка. Даже доверху наполненная большая ваза мороженого в маленьком кафе ближайшей деревни никак не утешила Софи, и домой она вернулась не только усталой и липкой от пота, но и совершенно отчаявшейся.

Она вошла на территорию замка через задние ворота и двинулась вслед за Дживсом к двери черного хода. Проходя мимо гаража, заглянула внутрь, и сердце ее подпрыгнуло. «Мерседес» стоял на месте. Она рухнула на колени, обняла за шею изрядно удивленную собаку и крепко прижала к груди ее голову.

– Она вернулась, Дживс, она вернулась, – прошептала Софи.

Ощутив прилив новых сил, она подбежала к двери и распахнула ее. В пустой, безупречно чистенькой кухне на ультрасовременной стальной табуретке у стойки бара сидела Рэйчел. Она улыбалась. У Софи словно гора с плеч свалилась. Она бросилась к сестре и обняла ее:

– Ну слава богу, Рэйч, ты вернулась! Где ты пропадала?

– Переночевала в одной небольшой и миленькой гостинице, – продолжая улыбаться, ответила Рэйчел. – Там, в холмах. А день провела в «Баньи Аурелии». Там меня накормили очень вкусным ланчем.

В полном восторге глядя на веселую сестру, Софи про себя все-таки несколько недоумевала: ведь совсем недавно Рэйчел покинула замок в ожесточении, как могло случиться, что она так быстро успокоилась и вернулась такой довольной и радостной? Впрочем, Рэйчел всегда была склонна неожиданно выходить из себя и так же быстро возвращаться в нормальное состояние… но после вчерашней столь яростной выходки трудно поверить в то, что она до конца успокоилась. Нет, тут что-то не то. Она осторожно приглядывалась к сестре, но ничего подозрительного в лице ее не замечала. Казалось, Рэйчел совершенно спокойна и даже искренне всем довольна.

– Ты позвонила Габриэлю? – спросила Софи.

Рэйчел, продолжая все так же улыбаться, отрицательно помотала головой. Лицо ее было как у кошки, которая всю сметану съела… Недоумение Софи только росло.

– Нет еще, – ответила сестра, – но обязательно позвоню. Сейчас там раннее утро. Подожду до ланча. Надо застать его одного.

Сказано совершенно разумно и опять же искренне. Нет-нет, сказала себе Софи, не стоит этим обольщаться, сначала надо как следует поговорить. Она отправилась наверх, переоделась в купальник, снова спустилась, кликнула обезумевшего от радости Дживса и отправилась с ним к бассейну. Сколько она там плавала, постепенно освобождаясь от напряжения последних часов и отдыхая от долгой дневной прогулки, одному Богу известно. Когда они с Дживсом выбрались из воды, Софи расстелила на стоящем в тени шезлонге полотенце, улеглась, а пес устроился рядом. Не прошло и нескольких секунд, как она заснула.

Разбудил ее телефон. Она взяла его и увидела, что проспала почти два часа. На соседнем шезлонге все с той же улыбкой сидела Рэйчел. Софи ответила на звонок и, глядя на сестру, увидела, что улыбочка ее разъехалась чуть ли не до ушей, как у Чеширского кота.

– Привет, Крис, как дела?

– Мм… спасибо, хорошо, Соф, – запинаясь, откликнулся он; голос его звучал как-то странно, нерешительно, что ли.

– У тебя все хорошо, Крис? Какой-то у тебя необычный голос.

Проговорив это, она снова бросила быстрый взгляд на сестру, которая наблюдала за ней с улыбкой от уха до уха, и до нее наконец стал доходить смысл происходящего. А следующие слова Криса лишь подтвердили ее опасения:

– Я тут подумал, что обязательно должен тебе позвонить, Соф. Понимаешь, сегодня рано утром мне позвонила Рэйчел.

– О господи… – Софи сразу поняла, что будет дальше, и ей немедленно захотелось быстренько спрятаться, забиться куда-нибудь в темную и глубокую нору.

– Она кое-что рассказала мне про тебя… и про меня тоже.

– О господи… – снова сказала Софи, понимая, что повторяется, но ей никак не удавалось подобрать нужные слова. – Что именно?

Он долго молчал – видимо, тоже мучился отсутствием подходящих слов.

– Что я тебе будто бы нравлюсь… – Снова долгая пауза. – И даже очень.

Борясь с желанием еще раз воззвать к Всевышнему, Софи сделала попытку как-то замять тему, стушевать все, что могла наговорить ему сестрица, которая сидела напротив, и, казалось, ее так и распирает от веселья.

– Конечно, Крис, ты мне очень нравишься. Как же иначе, ты ведь мой лучший друг.

– Она сказала, что это еще не все. Что я тебе нравлюсь больше, чем просто лучший друг. Она что, ошибается?

Теперь он говорил не столь уже неуверенно, и она поняла: пришло время говорить правду. Софи сделала глубокий вдох:

– Нет, Крис, она не ошибается. Послушай, тут дело вот в чем… Это правда, я давно уже стала думать о тебе больше, чем просто о друге. Я понятия не имею,