Арктический клуб любителей карри - Дани Редд

– Теперь я понимаю, – хрипло произнес он. – Я так горжусь тобой, солнышко, тобой и тем, что ты делаешь совсем одна, сама по себе.

Вот тут-то стена между нами и рухнула. Иногда тебе только и надо, чтобы тебя заметили и признали.

– Тебе обязательно надо вернуть Уму, – заявила я. – Езжай в ашрам. Уверена, она тебя простит.

– Думаешь?

– Ну я же простила.

И сказав эти слова, я вдруг ощутила, как плита, давящая мне на грудь, становится немножко легче.

– Я очень, очень рад, – сказал он. – Наверное, и правда поеду к ней.

– Обязательно поезжай.

– Поеду. Вот прямо сейчас. Спасибо тебе.

После того как папа повесил трубку, я обдумала то, что он мне сказал. Так хорошо, что он начал понимать – я уже не маленькая. Но в одном он ошибся. Я была не одна. Мы с Ритой успели по-настоящему подружиться, Адам с Миккелем мне во всем помогали, а Джобин и Нина были от меня на расстоянии телефонного звонка.

Да, мамино самоубийство выбило мою жизнь из колеи. Если бы не оно, мы бы остались в Бангалоре. У меня были бы индийские друзья и подруги, я по-прежнему говорила бы на хинди и каннада. Интересно, чувствовала бы я себя чистокровной индианкой? В Англии я выделялась из общей толпы, но, наверное, и в Индии было бы то же самое. Одно несомненно: вырасти я в Индии, ни за что не попала бы в Арктику. Даже в самых диких мечтах и представить бы не могла, каково это – сражаться с белым медведем, учиться стрелять в кромешной тьме, носиться по сугробам на снегоходе. Я судорожно вздохнула. Всю жизнь я отчаянно искала дом. Кажется, найти его можно, только двигаясь вперед.

37

Не знаю, что было причиной – разговор с папой или сеанс психотерапии с Эдо, но той ночью я спала так, как не спала уже много недель. А когда села расписывать индийско-арктический пир на Солфестуку, меня наконец посетило вдохновение – нужно посмотреть, что едят в самых холодных частях Индии, в горах на границах с Китаем, Непалом и Пакистаном. Я обнаружила, что эти края называют Третьим полюсом, а занимают они больше четырех миллионов километров, раскинувшихся по десяти странам, включая Индию (в штатах Джамму, Кашмир и Химачал-Прадеш). А название свое эти края получили за то, что в ледниках там содержится больше пресной воды, чем где бы то ни было, не считая двух полюсов. Мне понравилась идея Третьего полюса. Он разбивал противостояние Севера и Юга. Пространство, объединяющее их, но стоящее особняком.

После этого озарения все встало на свои места. По крайней мере, в теории. Я от души развлеклась, выбирая блюда из кашмирского вазвана – огромного традиционного пира, на котором подают до тридцати шести перемен, – и придумывая, как придать им северный колорит. Почему бы, например, не приготовить роган джош из оленины? И, наверное, всякому будет интересно попробовать тюленьи ребра двойного приготовления?

Наконец, выпустив пар и решив слегка подкрепиться, я обнаружила несколько сообщений от Джобина с вопросами, что ему привезти, очень ли будет холодно и надо ли вызвать такси заранее. Ну да, конечно, до его приезда осталась всего неделя. На фоне всего прочего, что у нас происходило, это совершенно выскользнуло у меня из головы. Чувствуя себя виноватой, я тут же позвонила ему.

– Прости, была очень занята всю неделю. Но встречи жду не дождусь.

– А я уж думал, ты к этой идее остыла.

– Ничуть! Но ты смотри, сам не остынь. Привези побольше теплых вещей, – жалко пошутила я.

– Надеюсь, тебе уже не терпится пообщаться с человеком-сосулькой.

– Еще как. Но ты не волнуйся, у нас тут всегда найдется запасной комплект теплой одежды. Комбинезон, сапоги, все такое, – заверила его я.

– Отлично!

– Как тебе Париж?

Повисла пауза.

– Ну славный город.

– Но?

– Я уже давно не бывал в месте, где совсем никого не знаю. И я, конечно, пытаюсь изо всех сил понимать, что говорят, но по большей части ощущаю себя ребенком среди взрослых с непонятными разговорами.

Меня кольнуло чувство вины, что я совсем не выходила на связь.

– Вот приедешь сюда, будешь сколько угодно разговаривать по-английски и чувствовать себя взрослым.

– Жду не дождусь.

Я слышала улыбку в его голосе.

– Еще подумай заранее, что ты тут хочешь посмотреть.

– Ой, Майя, у меня тут целая таблица расписана.

Я засмеялась такому энтузиазму.

– Слушай, мне уже почти пора. Рита поехала забирать Адама с Миккелем из аэропорта, а мне надо проследить, чтобы к их приезду все было готово.

– Ты уверена, что они будут не против, что я у вас останавливаюсь?

– Я спросила, они сказали – нормально. Все равно они отменили ближайшие группы, так что народа будет меньше обычного.

– Мне привезти им подарки?

– Не повредит. Наверняка они оценят какое-нибудь французское вино.

Распрощавшись с Джобином, я впервые зашла в домик Миккеля с Адамом. Он был больше моего, с двумя сдвинутыми односпальными кроватями, стареньким креслом-качалкой и валяющимися повсюду грудами книг. Разводя огонь, я заметила, что к верхней части печки крепится медная труба. Она поднималась вверх по стене и уходила в дырку – видимо, в соседнее помещение. Дальнейшая разведка обнаружила на удивление роскошную ванную комнату с туалетом и большой ванной, снабжаемой горячей водой через ту самую медную трубу. Сунувшись в очередную дверь, я нашла за ней маленькую сауну на дровяном отоплении. Неудивительно, что они никогда не толпились в общей очереди к душу.

Растопив печь и перестав совать нос, куда не просили, я вернулась в главный домик, поставила пиво в холодильник и слегка прибралась. Уже заканчивая с этим делом, я услышала с улицы шум машины и выскочила наружу, чтобы ждать их появления на крыльце. Адам вылез с пассажирского сиденья.

– Майя, привет!

Я подбежала к нему и обняла.

– С приездом!

– Что, скучала по нам?

– Еще чего, мы тут каждый вечер пьянки закатывали, – фыркнула у меня за спиной Рита.

– Как Миккель? – спросила я.

– Устал. Хочет сразу пойти в кровать, хотя наверняка будет прикидываться, что огурцом.

Адам помог Миккелю выбраться с заднего сиденья, и я только ахнула, увидев, как тот тяжело опирается на него. Одежда болталась на нем, как на вешалке, он весь дрожал от холода.

– Миккель!

Теперь, вблизи, я увидела болячки у него вокруг рта.

– От вентилятора, – прохрипел он, перехватив мой взгляд.

– Рад оказаться дома? – спросила я.

– Черт, еще как!

– Только о том и говорил, – сказал Адам.

Миккель пошатнулся, и Адам крепче сжал его руку.

– Давай отведем тебя в постель. Майя, Рита, справитесь с вещами?

– Конечно.

Мы двинулись вслед за ними. Было неожиданно и