Арктический клуб любителей карри - Дани Редд

узнала среди них Райана. А вот Астрид с ним не было. Они с Гуннаром стояли у двери, сжимая ружья.

– Пойду проверю, не шатается ли он теперь вокруг, – сказала Рита.

– Я с тобой, – сказала Астрид.

– И я, – добавил Гуннар.

Они втроем вышли из домика, и через несколько секунд я услышала рев снегоходов. А потом треск ружейного выстрела. Кто-то из гостей вздрогнул. Жена писателя ударилась в слезы.

– Иди сюда, милая, – ласково сказал он.

Мы вместе помогли ей слезть с антресолей. Она бросилась в объятья мужа, плечи у нее затряслись. Все остальные, включая Райана, остались, где были.

– Можете спускаться уже, – сказала я им.

Жена писателя задыхалась. Мы с ним встретились взглядами.

– У вас найдется что-нибудь сладкое?

– Чай с сахаром годится?

– Чай было бы просто замечательно, – слабо проговорила она.

Однако, вернувшись в кухню, я отвлеклась на царящую там разруху. На месте окна зияла брешь с неровными краями изломанных, искореженных досок. Остатки карри были размазаны по полу (хотя соусник вылизан досуха), в стене чернела дырка от пули, а вторая – в верхней панели плиты. Третий выстрел угодил в мой стеллажик со специями, так что разноцветные порошки и осколки битого стекла разлетелись по всей кухне.

– Одна леди там очень ждет чаю.

Рита, все еще в уличной одежде, стояла в двери, прислонясь к косяку.

Не дождавшись ответа, она вошла в комнату и поставила чайник на огонь.

– Что же мне теперь делать? Миккель возвращается через несколько дней. Он меня убьет!

Она положила руку мне на плечо:

– Я тебе помогу с уборкой. Пока хватит просто заколотить окно. Где-нибудь наверняка должны найтись доски.

– И плиту, кажется, искорежило.

– Все равно она была страшно древняя.

Чайник закипел, так что Рита налила чаю и щедрой рукой положила туда сахара. Я восхищенно наблюдала за ней.

– В минуты кризиса тебе равных нет.

– Да ты и сама не так уж плохо держалась. Но Райан… Сдохнуть просто.

– Угу. Знаю.

– Жалко, мы с тобой два года назад знакомы не были. Сразу посоветовала бы тебе не связываться.

Когда мы вернулись в гостиную, жена писателя уже перестала задыхаться, хотя глаза у нее еще оставались большими и круглыми от потрясения. Она благодарно прихлебывала чай, а муж ее тем временем пролистывал отснятые фотографии, заботливо повернув камеру так, чтобы она не видела. Все остальные вроде бы тоже пришли в себя, и норвежцы налегли на виски. На столе беспорядочно стояли тарелки с остатками пудинга. На меня внезапно навалилась усталость. Словно прочитав мои мысли, Рита обняла меня за плечи.

– Давай сегодня у меня переночуешь. А разбираться будем завтра.

– А посуду помыть?

– Замочим.

– А дыра на кухне?

– Мешками заткнем?

Гуннар подошел к нам и сунул мне в руку стаканчик виски. Я залпом осушила его.

– Майя, вы так готовите, что даже белые медведи не в силах устоять.

Писатель улыбнулся и что-то черканул у себя в блокноте.

«Соберись», – думала я.

Я повернулась к группе.

– Всем спасибо, и простите, что этот вечер принял столь неожиданный оборот. Но главное – никто не пострадал, и за это следует выпить. Кому вина?

Практически все закивали в знак согласия. Я вытащила из запасов Миккеля несколько бутылок и через пару минут уже раздавала стаканы. На лица гостей начали возвращаться краски. Жена писателя вытерла глаза и весело (хотя и слегка истерически) хохотала. Атмосфера в комнате заметно улучшилась, так что я воспользовалась возможностью улизнуть на улицу покурить. Через несколько секунд – к моему ужасу – ко мне присоединился Райан.

– Можно и мне штучку?

– Хм, ну бери.

Он глубоко затянулся и закашлялся.

– Ты как, в порядке? – спросила я.

– Угу. Просто не привык курить.

– Я про медведя. Вид у тебя был ужасно испуганный.

– Нет-нет, все со мной в полном порядке, – выпалил Райан.

Да что такое с этой маскулинностью, которая заставляет мужчин так бояться проявления чувств? Я хотела было высказаться на этот счет, но теперь манеры Райана были решительно не моей заботой. Просто удивительно – три-четыре месяца назад мы были так близки, а теперь стали почти чужими. Он даже не знал про маму. И рассказывать ему я не собиралась.

– Ох, да кого я обманываю. Астрид теперь сочтет меня слабаком.

– Наверняка она все поймет.

– Она к здешним краям привыкла. Холод ей нипочем – они с Бьорном в снегу валяются после сауны. И она всерьез собирается участвовать в той гонке на длинную дистанцию.

– А я думала, тебе именно это в ней и нравится.

– Ну да, но тяжеловато. Вечно чувствовать, что отстаешь от партнера.

Я посмотрела на него:

– Очень знакомое ощущение.

Я немного подождала, и наконец до него дошло.

– Черт! Прости, – пробормотал Райан.

– Все в порядке. Правда. Что было, то было, а теперь я, ну, вроде как справилась.

– Здорово, – отозвался он, но как-то неуверенно.

Снова затянулся и закашлялся.

– Астрид мне заявила, что хочет детей. Типа поскорее – ей тридцать четыре, – и пусть я решаю, хочу ли и я, потому что если нет, то нет смысла и продолжать.

– О-о-о, – только и выговорила я, потрясенная прямотой Астрид.

Мне никогда не хватало храбрости поднять эту тему из страха, что Райан тут же даст деру. Судя по всему, не зря боялась.

– Но это ж как-то быстро, правда? Что мне делать?

Я повернулась к нему:

– Райан, прости, но я больше быть тебе группой поддержки не могу. Ты отказался от права на нее, когда мне изменил. Теперь обсуждай это все с Астрид.

– Ну да, ладно. Спасибо.

Он выбросил сигарету в сугроб и скрылся в доме. Назад к Астрид и жизни, которую он для себя выбрал. Месяц – может, даже неделю – назад я пришла бы в восторг, узнав, что в его романе уже начинаются осложнения. Но сейчас думала об одном – о том выражении легкого недоумения, с которым он рассказывал мне про расстройство пищевого поведения у Астрид и о ее желании поскорее обзавестись детьми. Неужели он и в самом деле считал, что она напрочь лишена изъянов и недостатков? Люди же не товары – никакой закон не требует от них точного списка всех ингредиентов или гарантии безопасности. Нельзя воспринимать людей ровно такими, как они выглядят на первый взгляд, – хочешь не хочешь, а придется иметь дело с тем, что скрыто в глубине. Я вдруг осознала, что ровно с этим-то у Райана и проблемы. Именно поэтому мне лучше без него, чем с ним.

36

На следующем сеансе с Эдо нам было что обсудить.

– Что вы испытали, узнав о самоубийстве