Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

И вот теперь Дилана Танжери, безжалостная убийца, одна из лучших волшебниц Империи, «клинок Императора», как ее иногда называли, — беспомощна, мучима болью, стучит зубами от холода в лесу. А по ее следу идет толпа сервов, которых она, будучи здоровой, уничтожила бы не моргнув и глазом. Какая ирония судьбы… интересно, чем все закончится? Неужели этому отребью удастся загнать ее?

— Я лучше утоплюсь, но в руки им живой не дамся, — прошептала Дилана онемевшими от холода губами.

В путь она тронулась сразу же, как только небо стало достаточно светлым, чтобы можно было хоть как-то разобрать дорогу. Керб дал ей возможность немного отдохнуть, но Дилана чувствовала, как в теле поднимается жар, как пульсирует боль в сломанной руке. Если она не успеет найти лекаря в течение ближайших дней — жертва ее спутника окажется напрасной. Впрочем, она сомневалась, что Керб убит — он был слишком хорошим воином, чтобы дать каким-то там сервам справиться с собой. Пусть он и готов был пасть в бою, защищая госпожу, прямой приказ воин, вероятнее всего, выполнит. Убьет пару человек, а потом окажется в плену. Она усмехнулась, но усмешка, прорывающаяся сквозь не сходящую с лица гримасу боли, выглядела жалко.

— Что ж, вас ждет приятный сюрприз, — прошептала она.

Лес оборвался неожиданно, сменившись узкой полосой травы и невысокого кустарника, за которыми расстилалась водная гладь. Река Белая, названная так из-за белесого цвета воды (он проявлялся ближе к устью), здесь, в долине, разливалась довольно широко. Глядя на свинцовые, леденящие одним своим видом воды, Дилана поежилась… От одной мысли о купании становилось зябко — но иного выхода не было. Разумеется, никакая лодка здесь путников не ожидала.

Она прошлась вдоль берега, высматривая удобное место. Наконец таковое нашлось — здоровенное дерево, не выдержавшее собственного веса, рухнуло на берег, раскинув свои уже давно омертвевшие ветви именно так, как ей было нужно. Дилана достала из мешка веревку, кое-как привязала ее к самой толстой ветке, зубами затянула узлы. Несколько раз сильно дернула — веревка держалась прочно. Повисла на ней всей своей тяжестью — узлы затянулись намертво… Убедившись, что дело сделано именно так, как надо, Дилана достала нож и обрезала веревку на пару ладоней ниже узла. И бросилась в воду…

Уже через несколько секунд она поняла, что переплыть реку не сможет. Каждое движение причиняло боль, ледяная вода, мгновенно напитав одежду, обжигала кожу… Невероятным усилием воли на несколько мгновений подавив дрожь, Дилана буквально выкрикнула завершающие слова заклинания, активизировав одну из двух имевшихся в ее распоряжении магических заготовок. Почти сразу же она ощутила мощный приток сил, исчезла боль, усталость, ощущение холода… Левая рука Диланы заработала с бешеной скоростью, врезаясь в уже не кажущуюся ледяной воду… Наверное, она могла бы сейчас грести и сломанной правой, но сквозь пелену эйфории, застилающей сознание, ощущение вседозволенности, собственного могущества и силы пробилась мысль о том, что подобное издевательство над организмом вполне может привести к печальным последствиям.

Одно из самых эффектных заклинаний школы крови — герой. Полная нечувствительность к боли. Молниеносная реакция. Почти утроенная физическая сила. Ненадолго — от нескольких минут (у не слишком умелого мага) до пары часов. Были случаи, когда хилый и тщедушный человек, призвав заемные силы, разбрасывал в одиночку два-три десятка опытных, отменно вооруженных воинов. Голый кулак продавливал доспехи, ломал шейные позвонки ударом по шлему, пальцы ловили стрелы на лету, а ноги могли обогнать мчащуюся галопом лошадь.

Расплата не заставляла себя ждать. Чем дольше действовало заклинание, тем более тяжелыми были последствия. В лучшем случае — оглушающая слабость, в худшем — потеря сознания или, если раны, полученные во время битвы, были достаточно серьезны, немедленная смерть. Это заклинание часто называли последним доводом — маг, попав в безвыходную ситуацию, получал шанс. Шанс спастись или, если это оказывалось невозможным, заставить врагов как следует заплатить за победу.

Сейчас Дилана вряд ли смогла бы вызвать героя даже на полчаса. Будь ее правая рука здоровой, использование этого заклинания позволило бы ей легко уничтожить всех преследователей до одного. Но среди них был маг, да и сломанная рука все же не могла служить ей должным образом. Зато сейчас полученные ненадолго силы позволят ей спастись.

Сердце, бешено бьющееся в груди, вдруг пропустило удар. И еще один, и еще… действие заклинания заканчивалось. Дилана сделала еще несколько гребков, и ее ноги коснулись илистого дна реки. Спасена… Она даже успела выбраться на берег, из последних сил пройти несколько шагов… и тут наступил откат. Силы разом оставили ее, и женщина, даже не застонав, тяжело рухнула лицом в кусты, уже не чувствуя, как колючие ветки раздирают кожу.

— Да, госпожа, он правду сказал…

В том, что Керб сказал правду, Таша не сомневалась ни на мгновение. Другое дело, что правда — вещь в высшей мере относительная. Воин, отвечая на ее вопросы, был предельно искренен, но говорил лишь о том, о чем знал или догадывался. Лгать под воздействием оков человек не может, но никакая магия не помешает ему искренне заблуждаться. История про лодку, ожидающую беглецов, выглядела чистейшей воды вымыслом… если бы слова разведчиков не подтвердили ее.

— Там обрывок веревки остался, госпожа. Баба эта развязать пыталась, токмо с одной рукой несподручно, узлы надежные… Она и зубами пробовала… потом, видать, устала… веревку перерезала…

Таша задумалась. Дилана хитра… либо там и в самом деле была лодка, оставленная неизвестным помощником, либо все эти следы на берегу, обрывки веревки и даже слова Битрана — не более чем способ увести преследователей по ложному пути. Каков же выбор? Сейчас они измотаны, из пяти собак уцелели две, двое охотников ранены — она залечила плечо молодому парню, но на чудовищно рассеченный живот второго пострадавшего сил уже не хватило. Слишком много было отдано себе самой, Битрану, слишком много потрачено на плетение оков. Она лишь остановила кровь… и теперь либо лечить — и тогда самой, весьма вероятно, свалиться в обморок. Либо не лечить… и смерд умрет к вечеру. Особого выбора не было…

Что же касается Диланы… если лодка существовала на самом деле, то эта стерва уже на пути к морю. И там, где преследователям придется тащиться через болота или буреломы, гуранская ведьма будет преспокойно отдыхать в лодке, отдавшись на волю течения. А если совсем повезет — ее прихватит какой-нибудь корабль, идущий тем же курсом. Седой говорил, что купцы в это время на реке бывают. Если лодки нет и не было…