Согретая льдами. Книга 2 - Лидия Вьюжная

Про подростковый период. Про увлечения, друзей и забавные случаи. Про Землю в целом. Про маму, которая меня воспитывала. Про случайность, благодаря которой я оказалась в Илизире. Про Рика. Про Морозею. Про Дорен. Она слушала внимательно. Словно это было самое важное в ее жизни.

— Я получила ваше послание, — закончила я, подводя итог. Об этом умолчала, когда повествовала про наш с Риком поход к маме. — Мне жаль, что вам пришлось пережить такое…

— Нет, Снежа, — запротестовала женщина, беря меня за руки. В ее глазах мелькала боль, переливаясь в слезах. — Мне жаль, что тебе пришлось жить вдали от родного дома. Мне жаль, что тебе пришлось прочитать то послание и пережить потерю родителей. Ни один ребенок такого не заслужил, но нам хотелось, чтобы ты знала…

Я пожала руки женщины, моей мамы, в ответ. Она кажется доброй и сентиментальной. Чего не скажешь про отца. Когда мы спустились за чаем, он отчитывал Кейна за то, что тот не уберегал меня от опасности и включил в план отвлечение Люцерия с моим участием.

— Да знаете что? — сорвался брат. Я еще не видела, чтобы Кейн так себя вел. Всегда сдержанный, но не сейчас. — Она даже брата слушать не желает! Сама себе на уме. И либо ты ей помогаешь, либо она все сделает одна. Еще и в неприятности вляпается. Я ей говорил, что в ее положении это опасно. Кто бы ей противостоял⁈ Может быть Вы, Торан?

Наступило неловкое молчание.

— Ой, балбес, — прервала его я, прикрывая лицо рукой.

В коротком монологе выболтать столько ненужных подробностей для бывшего главы безопасности — несусветная глупость. Но Кейн справился с этим. Теперь мне разгребать.

— Прошу прощения, а какое у Снежи положение? — осторожно спросила мама, понизив голос до шепота.

— И какой еще брат? У нас один ребенок в семье, — отчеканил отец. Суровый, сразу видно.

У меня вырвался истерический смешок. То проблемы снежным комом набираются, то развязка стремительно нагоняет нас, хотя мы еще не готовы.

— Я ваш родственник, — уже спокойно сообщил Кейн. Кажется, оплошность подостудила его пыл. Он показал свою вязь на руке. — А про положение пусть ваша дочь объясняется. Я тут не при чем.

Нормально он съехал! Конечно, он не при чем. Но можно это и тактичнее сделать. Это я маме с Земли легко бы могла рассказать о внеплановой беременности. Здесь же ситуация иная. Эти люди для меня еще остаются чужими. Я даже примерно не предполагаю, как они отнесутся к такой новости. Они от встречи с дочерью еще не отошли, а тут их сразу в дедушки с бабушкой записали.

— Прошу всех, кроме моей семьи, оставить нас, — обратилась к присутствующим, которым знать не стоит. Они послушно удалились с легкими кивками головы. — Тут такое дело… Я беременна.

Удивленный вздох мамы. Сошедшиеся на переносице брови у папы. И наглая ухмылка у Кейна. Ну я устрою этому…Кхм.

— Да как же без связи…? — растерянно начала мама.

— Доченька, а отец кто? — как-то подозрительно ласково осведомился папа. Чует моя пятая точка, что быть беде.

— Король Морозеи Рикэл, — уверенно заявила я. А что бояться? Это не случайная связь. Мы предназначены друг другу. У нас любовь. — Это обдуманное решение.

Да, я защищала Рика. Потому что знаю, что он также любит этого ребенка, как и я. Пусть наши с ним отношения шаткие. Пусть пока у нас недопонимание. Но будущего ребенка он любит. Во всей переменчивой вселенной я уверена только в этом.

— Этот щенок? — вспылил отец. — Он же знает, чья ты дочь!

— Вас считали погибшими, — напомнила я полушепотом. — Здесь не политические мотивы. Моя метка…

Чтобы не пытаться объяснить, я повернулась, показывая смешение цветов двух родов. Уж кому, как не правителю одного из королевств, знать, что это обозначает. Тишина. Гнетущая и пугающая.

Обернулась. Мама держала под руку отца, гладя его, чтобы успокоить. А что, собственно, они хотели? Чтобы я до пенсии ждала внезапного воскрешения и благословения?

— Торан, выбор уже сделан, чего теперь сокрушаться? Вьюн так распорядился, — на удивление спокойно подвела итог мама. — Рикэл мужчина чести. Если наша дочь выбрала его, так тому и быть.

— У нее могли быть и другие варианты, — продолжал отец. — Хорошо, даже если это он. Почему без официального ритуала скрепления?

Ох, занесла же меня нелегкая.

— У нас на такие мелочи не было времени, — отрезала я. — Тут мир разваливается, а мы свадьбу играть должны? Вскоре традиции могут исчезнуть, как и жители Илизира. И кому тогда будет нужен официоз?

Родители молчали. Они не знали, как реагировать. Мама, вроде, согласна со мной. Отец очень сильно хотел противостоять, но опасался моей реакции.

— Всех построила, — весело присвистнул Кейн. — Вот она — дерзкая Снежа, с которой я познакомился.

Стрельнула в него взглядом. Мальчишка! Для взрослого мужчины такое поведение — дурачество. К слову, он сам это спровоцировал. Вредитель.

— У нас есть другие дела, — возвращала всех в нужное русло. — Давайте решать первостепенное.

Работа снова закипела. Я наблюдала со стороны, прислушиваясь к разговору, чтобы понять стратегию возвращения замка. Приходящие люди кланялись мне, называя Ваше Величество. Мне становилось с каждым разом все неуютнее. Величества здесь — родители. А я всего лишь Высочество.

После нескольких часов кропотливой работы было решено сделать перерыв. Ко мне подошел отец с озадаченным лицом. Его явно что-то мучило, но высказаться он опасался. Я же не решала начать разговор первой, потому что все еще привыкала к статусу родственника.

В итоге он сдался.

— Не посчитай меня грубым, дочь. Я лишь хочу знать, почему среди твоего войска иномиряне и освобожденные илизирцы, но нет Рикэла? У него явно огромное войско, которое смогло бы помочь.

Скажи я отцу, что сбежала в поисках свободы, а по пути решила вернуть наши земли, что он будет делать? А уж про то, что меня хотели запереть в покоях, вообще молчу. Насколько его терпения хватит, чтобы не прибить любимого в порыве отцовской заботы? Нет, такой ответ точно не подойдет.

— Поверь, он рвется защитить меня и оказаться рядом. Это было мое решение. Подростковый максимализм… Захотелось самой освободить территории, чтобы доказать себе, что я действительно достойная дочь своей семьи.

А теперь похлопаем глазками, как маленькая наивная девочка.

— Это безрассудство, — буркнул отец.

— Но у меня ведь получилось спасти чужой народ и освободить свой. Даже в другом мире, — пожала плечами.

— Горжусь тобой, — сказал отец, положив одну руку мне на плечо, и сжал в одобрительном жесте. — Теперь я буду разбираться со всем остальным. Можешь отдыхать.

Улыбнулась. В