Европейское турне (СИ) - Панфилов Василий "Маленький Диванный Тигр"

— И наконец, — продолжил ирландец, прожевав кусочек фруктового пирожного, — разведка.

— Кадровый или временно?

— Кадровый, — улыбнулся друг, — личный агент Борегара. Ничего острого, а так… акцентик нужному слуху изменить, сформировать общественное мнение, поддержать или опрокинуть человека из культурного сообщества. Ну и вообще… по мелочи.

— Ничего острого, говоришь? Ну-ну… — Попаданец видит мелкие детали, говорящие, что Патрик несколько сместил акценты на своей деятельности. Слишком выверенные движения и внимательный взгляд… да много всего. Человеку, занимающемуся исключительно культурным сообществом и формированием слухов, такие привычки несвойственны.

А вот если он параллельно работает ликвидатором… почему нет? Кто подумает на безобидного калеку? Подсыпать яд, подстроить несчастный случай… да, очень похоже на то.

Говорить Патрику о своих подозрениях не стал, как и обижаться на сокрытие информации — служба и присяга для людей не пустой звук. Но… интересно.

— От Фреда что есть?

— Конечно, — засмеялся Патрик, — сейчас!

Сходив в комнату, принёс увесистый свёрток, и Алекс начал просматривать дагерротипы, отпечатки маленьких ладошек, измазанных краской и прочую милоту, понятную любому родителю, давно не видевшему своего ребёнка. Письма от Фреда отложил на потом, но и без них целый час ушёл на жадные расспросы о дочке — к Виллемам Патрик заезжал незадолго до отплытия и провёл там два дня.

Говорили долго и обо всём, переместившись в гостиную купленного недавно особнячка. Не то чтобы нужно, но из-за войны цены на недвижимость в Мюнхене сильно упали, мало не вдвое. В победе мало кто сомневается, но случись осада и штурм, разрушений в городе будет предостаточно.

— … интересные материалы приносит, но вот беда, писать не умеет, — зацепили сознание Алекса слова Патрика о издательском бизнесе.

— Ну-ка повтори, — попросил, сам не понимая, что же его так насторожило.

— Приносит повести всякие, там деталей полно, но литературных достоинств нет.

— Каких деталей?

— Как костёр правильно складывать, как каноэ из коры… такого типа.

— Угу… погоди-ка…

Ппаданец не на шутку задумался, ловя ускользающую мысль. В детстве он любил книги про индейцев, особенно где подробности всякие и картинки. Точно!

— Компаньоном возьмёшь? — Вкрадчиво спросил Фокадан, — в издательский бизнес?

— Расширение? Хорошо бы, но не вижу, как конкурентов…

— Я вижу. Возьмёшь?

— Конечно, — протянул руку Патрик, заключая сделку.

— Тогда бери этого чудика, да подписывай контракт, потом ищи парня с литературным даром, но без фантазии. Вот и появится у тебя два соавтора, пишущие неплохие книжки для детей.

— Обязательно этого? — Моментально понял Патрик, — или…

— Не обязательно. Суть — книги для юношества. Представь только, как мало книг для них! Почти всё выпускается для взрослых и совсем чуть-чуть для малышни. А тем, кто постарше, но не дорос до любовных терзаний и умствований, читать и нечего.

— Приключения, — выдохнул Патрик восторженно, — да детализировано, с подробностями…

— Да! К примеру, приключения маленького индейца — как в прерии или в лесу живёт, как охотится, мастерит оружие и одежду — всё правдиво, со схематичными картинками. Ещё можно мальчишку-южанина взять, который партизанит в тылу северян на свой страх и риск.

— Давай-ка набросай мне с десяток идей, — нетерпеливо сказал друг, — да начнём потихонечку.

— Никаких потихонечку! Разом ударим на всех направлениях — про индейцев, маленькие партизаны, джунгли… Понял?

— Да, чтобы конкуренты не опередили, но деньги…

— Будут! Нужно найти авторов, написать по две-три книги в каждую серию — так, чтобы жаждущие новинок читатели привыкли получать их именно в нашем издательстве. Новинки — у нас, продолжения тоже. Пока конкуренты раскачаются, пока найдут новых авторов, мы читателей прикормим.

— Да ещё и смотря каких авторов конкуренты найдут, — хмыкнул Патрик, — второпях-то.

— Именно. Вдвоём мы сможем развернуться сразу на двух континентах, хотя… С Мексикой связи есть? Вот и хорошо, оттуда всю Латинскую Америку зацепим. Серии будем писать с расчетом на максимальный охват.

— Ох не зря я приехал, — откинулся Патрик на спинку кресла смеясь, — ох не зря! С такой идеей мы весь издательский бизнес подомнём, пусть для начала только детско-юношескую категорию. А потом…

— Будет потом, — с улыбкой прервал его Алекс, — а пока давай-ка прекращай мечтать и начинай работать!

[1] В Гражданской Войне, когда озверение сторон достигало максимума, русские из традиционных крестьянских общин в карательных операциях практически не были замешаны, подобными делами занимались всё больше интернационалисты.

[2] Лёгкий долгополый летний плащ, служащий защитой от пыли. Практически неизбежный атрибут путешественников в то время. Отсутствие мощёных дорог сказывалось на состоянии одежды после мало-мальски длительного переезда не лучшим образом. Для защиты от таких неприятностей и служил пыльник, в противном случае в город въезжало чучело.

Глава 33

— Бегом! — Заорал Алекс, подстёгивая солдат. Рядом орали другие офицеры и сержанты из числа инструкторов.

Солдаты, тяжело дыша и обливаясь потом, бегут с полной выкладкой по пересечённой местности. Инструктора в облегчённой амуниции, зато нарезают круги, как волки вокруг овечьей отары.

Физические нормативы в Кельтике одинаковы для офицеров и рядовых. Исключения только для особо ценных специалистов, оставленных в штате, несмотря на возраст и ранения. Таковых пока нет, самому старшему тридцать восемь, причём полукровка-команч по выносливости даст фору любому.

В своё время Томми Степной Волк крепко выручил один из полков Конфедерации, пробравшись сперва через осаждающих лагерь врагов, а затем пройдя по вражеской территории почти сотню миль менее чем за два дня. Это, между прочим, избегая дорог, прячась от патрулей и случайных глаз.

Давно офицерский чин заслужил, но по каким-то своим соображениям отказывался от повышения. Недавно взял эполеты, только настоял, чтобы в документах его индейское имя фигурировало вместе с мирским. Он, оказывается, и не христианин ни разу, даже формально.

Попаданец, дав тому чин второго лейтенанта, нарушил ненароком все мыслимые условности. Ну да плевать, Людвиг в восторг пришёл, когда узнал, что у него служит настоящий индеец-нехристь, да ещё и офицер. Зная Его Величество, эту историю ещё раздует.

— Давай, давай! — Чуть притормозил полковник, подбадривая отстающих, — всего три мили осталось! Солдаты подтянулись и Фокадан снова убежал вперёд.

— Враг слева! — Заорал капрал, увидевший условный знак наблюдателя, тут же продублировавший крик свистком. Сейчас нарочно мешают команды по свистку и голосу, отмечая тормознутых.

Солдаты, повинуясь команде, начали перестраиваться для отражения агрессора — по всем правилам, с залеганием на местности, волной и прочими тактическими хитростями, требовавшиеся от них по уставу. Отражать агрессора осталась только одна рота, прочие продолжили движение. Каждый батальон, рота, взвод и отделение должны уметь действовать одновременно в составе полка и как самостоятельная боевая единица.

— Передним рядам отстреляться! — Скомандовали инструктора, — каждый по своей мишени, отсчёт как обычно!

Прогремели выстрелы и инструктора занесли в книжечки результаты. Солдат снова подняли, те порысили устало, поднимая пыль. Инструктора наготове с книжечками — кто там загребает устало ногами, не обращая внимания на происходящее, кто пытается соответствовать изо всех сил. По результатам и будет распределение — в обоз, в сапёры, в стрелки, разведку. Ну и кандидаты в капралы, разумеется.

Добежали до очередного рубежа, где составили в пирамиды винтовки.

— Взять учебные винтовки! Первый взвод, первое отделение — к рубежу!

Кельты, взяв тщательно выструганные модели, сделанные специально для фехтования на карабинах, начали схватки с инструкторами. Не в полную силу, куда там после тяжёлого марша! Очередная проверка — как человек умеет собираться в критический момент.