Рассудку вопреки - Миранда Невилл

Минерва перегнулась через перила в беззастенчивом и откровенном восхищении. Ей случалось видеть Блейка, участвовавшего в скачках, и она знала, что среди наездников ему не было равных. Она не отказалась бы посмотреть также, как он боксирует. Независимо от рода занятий, всегда приятно увидеть в деле мастера. Ее невинное развлечение было прервано деликатным покашливанием.

— Герцогиня?

Она неохотно оторвала взгляд от восхитительного зрелища и, повернувшись, оказалась лицом к лицу с Гидеоном Лоутером.

— Сэр Гидеон, — сказала она, — поскольку мы с вами теперь считаемся братом и сестрой, я не буду возражать, если вы станете обращаться ко мне по имени.

— Почту за честь, Минерва.

Он с довольным видом склонил голову. Сэр Гидеон был более чем на двадцать лет старше ее и, сколько Минерва себя помнила, играл важную роль в местной политической жизни, будучи неизменным членом парламента. Тонко выраженное почтение напомнило Минерве о том высоком положении, которая она теперь занимала. Вот только заслуженно ли? Минерва всегда мечтала стать влиятельной дамой, но искренне считала, что прежде должна заслужить уважение окружающих, а не пользоваться случайным стечением обстоятельств. Тем не менее она была не настолько наивна, чтобы пренебречь представившейся возможностью. Минерва, конечно же, знала, как много времени, особенно в последние дни жизни герцога, проводил Лоутер в его кабинете. Что ж, этот джентльмен вполне способен стать источником информации, которой отказывается делиться с ней супруг.

— Вам нужна моя помощь, Гидеон? Или вы пришли посмотреть поединок?

— Мне необходимо поговорить с Хэмптоном по делу, не терпящему отлагательства. Но оно также касается и вас. Думаю, мы с вами сойдемся во мнениях.

Звучит интригующе.

— Дело, касается партии. Уверен, что вы достаточно осведомлены в этом вопросе, Минерва, и вам, безусловно, известно о расхождении мнений о форме парламентских изменений. — Открыто польстив Минерве, Гидеон внимательно взглянул на нее, возможно, ожидая, что новоявленная кузина попросит ввести ее в курс дел.

— Сколько реформаторов, столько и мнений, возможно, даже и больше.

— Абсолютно верно. Самые радикальные из нас вряд ли одержат победу, и остается надеяться, что нам не придется соглашаться на видимость реформы, которая не улучшит ситуацию. Являясь одним из лидеров партии в палате общин, я считаю своей задачей способствовать согласию всех сторон, что в преддверии всеобщих выборов приобретает особое значение.

— Позвольте вам посочувствовать. Вы довольны тем, как продвигается дело?

После возвращения из Парижа у Минервы было достаточно возможностей понаблюдать за своим родственником, и она подозревала, что дела у него идут не слишком успешно. Гидеон был умным и проницательным человеком, но она не видела в нем качеств прирожденного лидера, в отличие от своего покойного свекра, который обладал подобными качествами в избытке.

— Меня беспокоит, что в наших рядах еще до выборов, похоже, возник настоящий разброд.

— Вы говорили, что вам нужна моя помощь. Чем же я могу помочь?

— Каждое лето покойный герцог собирал большое общество в Мандевиле. Это был один из способов сплотить союз и укрепить лояльность.

— Я хорошо осведомлена относительно масштабов развлечений в Мандевиле. Вы ведь помните, что я прожила большую часть своей жизни по соседству. Но в этом году семья носит траур, и большие приемы будут неуместны.

— Я пришел к Хэмптону и к вам просить, чтобы вы пренебрегли печальной обязанностью и все-таки устроили традиционный летний прием. Я нисколько не преувеличу, сказав, что от этого зависит будущее страны.

— Я выдохся, — прохрипел Блейк, сбросив маску и тяжело дыша. Его противник, один из лучших фехтовальщиков Лондона, тоже едва не падал от усталости. Блейк, несомненно, мог гордиться, что сумел закончить поединок вничью.

— Благодарю, — обратился он к партнеру, смахивая со лба крупные капли пота. — Это было великолепно. Вы не могли бы навестить меня в ближайший четверг? В пятницу я уезжаю в деревню и хотел бы провести еще одно занятие до отъезда. Сегодня я был не в лучшей форме, особенно в начале поединка.

Блейк восстановил дыхание, отложил в сторону оружие и тут услышал голоса, доносившиеся с галереи. Минерва в голубом платье являла собой приятное зрелище, которое заставило его сердце забиться быстрее. Каким прекрасным завершением дня станет свидание с ней в широкой супружеской постели. Надо будет предложить ей прочесть пару глав из Вальтера Скотта. Блейк мечтательно усмехнулся. Интересно, как давно она появилась на галерее? Он неплохо провел схватку, и ему приятно было думать, что она наблюдала поединок.

Но Минерва не обращала на него ни малейшего внимания, она была полностью поглощена разговором с Гидеоном. Что бы ни замышляли эти двое, Блейку их планы вряд ли понравятся. Чем скорее он увезет ее из Лондона, тем лучше.

Парочка завершила свой разговор, на прощание кивнув друг другу с заговорщицким видом.

— Хэмптон, — окликнул его Гидеон, — подожди нас. Мы спускаемся.

Его жена промолчала. Она выглядела очень оживленной и красивой, и этому, несомненно, способствовала беседа с Гидеоном. Она поймала взгляд Блейка и сложила губы в быстром поцелуе. Интерес к ночному свиданию дал буйные всходы.

Десять минут спустя и великолепный день, и, по сути, все грядущее лето буквально обратились в прах. Блейк всегда ненавидел массовое вторжение политиков в Мандевиль. Прошлым летом мысль о том, чего ему удалось избежать, заставляла его еще острее испытывать удовольствие от времени, проведенном в Девоне. А теперь вместо того, чтобы, воспользовавшись официальным трауром, провести июль и август в обществе приятных и непритязательных деревенских соседей и заниматься своими лошадьми, он будет вынужден терпеть долгие утомительные трапезы и выслушивать бесконечные пререкания не сходящихся во мнениях политиков.

— А как же матушка? — с отчаянием спросил он. — Неужели вы думаете, что она спокойно отнесется к толпе гостей в доме, где еще не снято траурное убранство.

Но герцогиня, на поддержку которой так рассчитывал Блейк, ничем не смогла его порадовать.

— Я решила отправиться в Шотландию с Анной и Амандой. Я мирилась с политиками все эти годы только ради вашего отца. Теперь мне хотелось бы провести время с моими дочерьми и внуками. Минерва вполне способна занять мое место, и будет лучше, если я при этом не буду стоять у нее за спиной.

Блейк мог проявить упрямство и отказаться. Ведь он же герцог. Он мог послать к черту всех членов партии с их политическими разборками, потребовав оставить его и все его семейство в покое. Но в нем вдруг обнаружилась некая привязанность к традициям Вандерлинов, которой оказалось достаточно, чтобы заставить его промолчать.