Подарок на память - Линда Барлоу

Дейзи удивленно уставилась на своего любовника. Она никогда не произносила таких слов, как «трахаться».

— О чем ты, милок? — Дейзи вытянулась на кровати с некоторым облегчением.

Она не любила оральный секс и занималась им через силу. Временами Дейзи, несмотря на свой кипучий темперамент, казалось, вообще заставляла себя заниматься сексом. В спальне она, как правило, оставалась равнодушным посетителем.

— О чем? Ха! — Кристиан поморщился. — Сегодня меня обвинили в убийстве. И даже не в одном убийстве, а сразу в двух.

— Ты хочешь сказать, что полиция пытается завести на тебя дело по обвинению в убийстве Рины? — изумилась Дейзи.

Завести дело? Хотел бы он знать, как часто Дейзи встречается со своим полицейским уполномоченным там, в Хьюстоне.

— Не знаю, как полиция, но этот кретин, Блэкторн, тот самый, что позволил застрелить Рину у себя под гребаным своим носом, точно сидит у меня на хвосте.

— Интересно! А зачем тебе было убивать Рину? Ты ведь ничего против нее не имел.

— Блэкторн полагает, что сначала я убил Миранду — столкнул ее машину с дороги в приступе ярости из-за проигранного дела об опеке над Кейт; Рина же, узнав об этом, шантажировала меня, и я, естественно, пришил ее.

Дейзи рассмеялась. Кристиану всегда нравился смех со звучащими в нем очаровательными южными нотками, но сейчас он звучал диковато.

— Они с ума сошли, милок. Это точно. Они просто выискивают все, что только можно, о каждом.

— Возможно.

— Когда твоя жена погибла…

— Бывшая жена, — зло перебил Кристиан.

— Да, конечно, прости. Так вот, когда она погибла, кто-нибудь подозревал тебя в причастности к этой катастрофе?

— Нет, разумеется, нет. А если и подозревали, мне об этом ничего не сказали. Конечно, меня допрашивали. Поскольку произошла накладка, она погибла в тот же день, когда было вынесено судебное решение об опеке, вернее сказать, ранним утром следующего дня. Как раз тот случай, когда говорят о роковых поворотах судьбы.

— Я не верю в роковые повороты. Мы сами творцы своей судьбы.

— Ах, да, ты же веришь во всю эту чушь с «Горизонтами власти», но я-то не верю. Люди — творцы своей судьбы! Как Рина, например. Ты же не станешь, сидя здесь, убеждать меня, что она сама выбрала себе такую смерть?

— Конечно же, нет. Но она сама, по всей вероятности, сделала то, что привело к такому концу. Она могла кого-то обидеть, обмануть, поступить против себя. Такова система, милок. Каким-то образом, возможно, даже сознавая это, Рина сама свила петлю, которая потом затянулась на ее же шее.

— Если эта гребаная петля лежит сейчас вокруг моей шеи, то затянет ее Роб Блэкторн. Чтоб его черти взяли.

Глава 23

В субботу вечером, когда раздался звонок селекторной связи с привратником, Эйприл работала у себя в кабинете. Она посмотрела на часы. Почти одиннадцать.

Блэкторн? Он вроде бы не собирался. Может быть, что-нибудь важное? Роб и раньше удивлял ее любовью к неожиданностям. Она поправила волосы и наклонилась к микрофону.

— Да?

— Здесь Кейт, миссис Хэррингтон, — раздался голос привратника. Он, разумеется, как и все другие привратники, работавшие в доме, знал всех Севиньи. — Она хотела было сама войти, у нее ведь есть ключ, но я подумал, что сначала все-таки надо предупредить вас.

— Хорошо, спасибо, отправьте ее наверх.

Как бы Эйприл ни любила Кейт, но она была слегка раздосадована, что это не Роб. Он завез ее домой сегодня рано утром и сказал, что весь день будет заниматься расследованием. О том, когда встретиться вновь, они не договорились, но Эйприл знала, что рано или поздно Роб непременно объявится.

Весь день Эйприл провела в приятном изумлении, думая о нем. Как любовник Роб был просто великолепен — нежный, внимательный, исполненный чувственности. Но в то же время он не боялся ведущей роли и был требователен, чем возбуждал ее еще больше.

Услышав шаги в коридоре, Эйприл встала и открыла дверь. Ее юная приятельница вихрем ворвалась в квартиру, вся насквозь промокшая. На плече у нее болтался ранец, издавший глухой звук, когда Кейт поставила его на пол.

— Кейт? Сейчас уже почти одиннадцать. Тебе не следует бегать по улицам Нью-Йорка в такое время.

— Я вынуждена была прийти к вам. Прошу прощения, но эта ужасная женщина опять приперлась к нам на все выходные. Я не могла больше там оставаться и решила уйти. Можно мне здесь переночевать?

— Какая ужасная женщина? — спросила Эйприл, подхватывая насквозь промокший плащ Кейт, который та стягивала с себя, не обращая внимания на то, что стекающие с него струи дождевой воды могут испортить дорогой восточный ковер.

Девочка скорчила гримасу и, передразнивая кого-то, затараторила слащавым голосом:

— Привет все! Я — Дейзи, и я баллотируюсь в сенат Соединенных Штатов, и, поверьте, милые, мне нужны ваши голоса.

— Тебе не нравится Дейзи Тулейн? — Эйприл улыбнулась. — Удивительно. На похоронах Рины мне показалось, что нет человека, который не любил бы Дейзи.

— Она фальшивка! А ему нравится с ней встречаться. Это отвратительно. Она мне в бабушки годится, а он, кажется, спит с ней в одной постели.

— Ну не такая уж она и старая. Обычно мужчины встречаются с женщинами моложе себя, но почему не может быть и наоборот?

— Можно, конечно, и наоборот, но только не с моим отцом!

Эйприл пожала плечами. Хотелось бы ей знать, что Блэкторн выяснил в отношении смерти матери Кейт. Когда Дейзи Тулейн услышит о том, что ее молодой, красивый любовник может иметь какое-то отношение к двум насильственным смертям, политическая целесообразность, вне всяких сомнений, подскажет ей немедленно прервать с ним отношения.

— Дейзи и твоя бабушка были подругами, разве не так? — заметила Эйприл.

— Подругами?! Да, они были подругами, хорошо, — фыркнула Кейт и направилась на кухню. — У вас есть пицца?

— Нет, но я могу сделать тебе сандвич. Твой отец знает, что ты здесь?

— Не-а, я не ставила никого в известность. Они уединились в спальне, дверь была плотно закрыта. — Кейт посмотрела через плечо и снова скривилась. — Просто отвратительно.

Несколько минут спустя девочка сидела за кухонным столом и жевала сандвич с арахисовым маслом, запивая его молоком. Эйприл налила себе чашку чая и села напротив Кейт.

— А почему ты с таким сарказмом говорила сейчас о дружбе Рины и Дейзи?

— Я сказала вам, что Дейзи — фальшивка. — Кейт выглядела смущенной.

— А ты когда-нибудь видела бабушкины информационные ролики? — настаивала Эйприл.

Кейт посмотрела на Эйприл так, словно та только что продемонстрировала верх всякой наивности.