Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

— И? — задала, не обремененный интеллектом, но удивительно немногословный вопрос Роза, нервно кудахтая.

— Что «и»? — бесхитростно хлопая глазами, уточнила Мад.

— Почему вы не признаетесь в своих злодеяниях? — трясясь в истерике, кричала Хезер, отчего ее зеленые локоны рассыпались по плечам. — О ваших проказах мы сообщили своим родителям в столицу! Это повлечет за собой страшные кары для вас.

На эти угрозы наши сокурсники лишь весело рассмеялись.

— Дело в том, милая Хезер, что канцлер Лавийской империи, уважаемый господин Морвер, уже хорошо осведомлен о ситуации с приворотным зельем и так же, как и мы, ожидает от вас дальнейшей реакции, — любезно пояснила я поведение студентов Северной Академии гордячкам. — И нас очень интересует следующий вопрос: узнав о приворотном зелье, что вы предпримите? Какими будут ваши действия? — ворчливо спросила я.

Привыкшие к тому, что им всегда подчиняются и уступают, красотки совершенно растерялись от подобного поворота.

— Что значит наши дальнейшие действия? — взвилась в праведном возмущении Корнелия, отчего ее паучьи ножки, с которых частично слетела иллюзия, начали нервно подрагивать. — Это вы, — ткнув в нас одной из своих мохнатых конечностей, заверещала взбешенная столичная студентка, — опоили наших кавалеров этой гадостью! Вы и должны исправить ситуацию!

— Дело в том, наши дорогие коллеги, что вы находитесь в ситуации, приближенной к реальной жизни, где вы, попав в стан врага, пытаетесь не только выжить, но и уберечь от происков недругов своих товарищей. В данном случае вашей задачей было установление факта опоения молодых аристократов приворотным зельем! — вкрадчиво улыбаясь, объяснял Мэттью. — С ним, надо заметить, вы превосходно справились!

На явную лесть нашего огневолосого друга, прикрытые иллюзиями девицы гордо задрали свои подбородки.

— И теперь вам осталось сделать самую малость! — отчаянно интриговала Ифа. — Избавить их от этой напасти!

Улыбки тут же исчезли с лиц недоучек и, набрав побольше в легкие воздуха, они решили действовать по старинке и устроить традиционный скандал для достижения своей цели, но тут их перебила непривычно серьезная Мадина:

— Вам поручено очень ответственное задание, так как за его исполнением неусыпно наблюдает сам канцлер Лавийской империи! Вам оказана высокая честь находиться в центре его внимания!

Услышав эти слова устраивать скандал девицы сразу расхотели, поэтому быстро сдулись.

— Итак, как вы будете действовать? — нагоняя на толпу аристократок настоящий ужас, искренне поинтересовалась я.

Глава 80

Красотки потоптались на месте, оглядываясь друг на друга, потом, правда недолго, пытались рассмотреть в нас что-то для себя полезное. Затем немного посовещавшись и придя к единому мнению, многочисленной стайкой полетели на галерку, где завтракали, внимательно наблюдая за нами, подопытные моей соседки.

— Они опоили вас приворотным зельем! — разнесся над столовой победоносный вопль Корнелии.

При этом с нее окончательно слетела вторая иллюзия, и теперь к галерке несся огромный паук с головой прекрасной воительницы и тыкал с нашу сторону одной из своих мохнатых лапок. Зрелище было настолько устрашающее, что парни — сокурсники правдолюбки — повскакивали со своих мест и рванули в разные стороны, спешно совершая эвакуацию из столовой.

— Мади, а как ты считаешь, если бы твои «ушастые» подопытные так не перепугались, и не дали стрекоча, они бы поверили словам Корнелии? — тихо поинтересовалась Ифа, явно нервничая.

— Зелье замечательно показало себя в работе с ящерами. Парная связь после его использования стала настолько прочной, что даже огромное расстояние между животными не служит помехой для их общения. Думаю, и в случае с экспериментальной группой студентов, мое слово для них будет истиной в последней инстанции! — увлеченно рассуждала Мад.

И тут все наше внимание привлекла вышедшая на авансцену пара Габриэля и Самиры. Наша новенькая все еще строила из себя страшно обиженную особу, а столичный позер, не отходя от нее дальше, чем на пять шагов, увлеченно нарезал вокруг нее круги, явно обдумывая, чтобы еще предпринять, чтобы заслужить ее прощение в непонятно каких грехах.

— Габриэль! — шепотом позвала ревнивца отчаявшаяся достучаться до разума своих сокурсников паучиха.

Памятуя о прошлом опыте общения с позером, при котором темпераментный аристократ чуть не придушил возглавляющую женское движение столичной Академии красотку, она спряталась за стол, предпочитая иметь барьер при общении с парнем. Он тоже не спешил приближаться к сокурснице. Габриэль не мог отвести своих широко раскрытых от неподдельного испуга глаз от ее стройных мохнатых паучьих лапок в количестве шести штук, при этом его левая щека начала нервно подергиваться.

— Корни, — заикаясь, обратился он к сокурснице. — Если у тебя есть что мне сообщить, то поспеши. Я не намерен терять с тобой время!

Паучиха хотела было обидеться, но вредность взяла над ней верх. Она кокетливо приподняла бровки и завлекательно улыбнулась позеру. Несчастного парня знатно передернуло от отвращения, и он взвыл:

— Корнелия!

— Хорошо, хорошо, дорогой! — чуть не плача, прохрипела членистоногая красотка. — Нам стало известно, что всех студентов мужского пола Столичной Императорской Магической Академии опоили приворотным зельем, включая и тебя!

Сообщив это, Корнелия шустро поднялась на своих лапках и удивительно ловко отпрянула от стола метров на десять в сторону от ревнивца. Ее приспешницы молниеносно смекнув, что если позер осерчает, то можно будет огрести большие неприятности, тоже продемонстрировали чудеса прыти, в считанные секунды оказавшись за спиной своей насекомоядной предводительницы. Совершив слаженный маневр, красотки, затаив дыхание, ожидали реакции своего сокурсника.

Габриэль на мгновение замер, переваривая полученную информацию, потом перевел нечитаемый взгляд на Самиру, которая напряженно наблюдала за диалогом, а затем обернулся к однокурсникам и строго переспросил:

— Сведения точные?

— Будь уверен! Мы все проверили! Вас всех в первое же утро в этой захолустной академии опоили дрянью! — заверила его Корнелия.

Позер резко обернулся к Сами, прожигая ту пронзительным взглядом, отчего девушка в испуге начала пятиться. Мы тоже в беспокойстве за подругу привстали со своих мест, готовясь спасать ее.

— Ты все-таки меня любишь! — торжествовал позер, подняв руки к потолку и счастливо улыбался. — Только из-за большой настоящей любви, ты, моя прекрасная Самира, могла пойти на такой отчаянный поступок!

От услышанного Сами, уже успевшая подобраться к выходу из столовой, остолбенела, замерев на месте. Сделанный парнем вывод ошеломил ее, впрочем, как и нас всех. Лишь страшно довольная Мад, скрупулёзно фиксировала происходящее, бубня себя под нос:

— Потрясающе! Вот это результат! А если добавить в разработку хмель-травы? Я же смогу из любого бабника сделать верного и порядочного однолюба!

— Мади, радость ты наша экспериментальная! — тут же шикнула на мою соседку Ифа. — Ты сначала противоядие своему зелью найди, а потом уже и бабникам жизнь губи!

Мы, согласные с сокурсницей, хмуро покивали Мад. Но Габриэль уже не слышал нашей дискуссии, схватив объект своего обожания и взвалив его себе на плечо, он унес Самиру прочь, вероятно, доказывать правильность своего ошеломительного вывода. Все проводили парочку понимающими взглядами. Если уж огромные ящеры оказались столь восприимчивы к изобретению Мадины, то у такого щуплого и изнеженного создания, необремененного бурной мыслительной деятельностью, как Габриэль, не было и шанса на сопротивляемость к зелью.

И только стайка столичных красоток, находившихся на низком старте, и готовых, в случае угрозы от позера, молниеносно покинуть столовую, находились в неописуемом расстройстве от творившегося кругом произвола. Они в самых своих искренних мстительных чувствах несли на своих хрупких плечах возмездие на головы зарвавшихся провинциальных студентов, подспудно раскрывая своим близоруким бывшим кавалерам правду, а те не оценили их стараний!