Домоводство. Первые уроки - Вероника Вячеславовна Горбачева

«Бомм… Бомм…»

Старинные напольные часы отбивают девять вечера.

Девочки подскакивают, как ужаленные, и смотрят на отца умоляюще. Тот, усмехнувшись, снимает с пальца кольцо с изумрудом и руной-ключом, протягивает Соне:

— Идите уж. Будто в гимназии не наговорились…

— Ага, ага, спасибо!.. Мам, извини, у нас в это время как раз сеанс связи. А кристалл папа не разрешает из лаборатории выносить, так что мы пойдём туда сами, да? Всё хорошо?

— Идите уж, — отмахиваюсь я. Проводив взглядом их, вприпрыжку убегающих по лестнице, вопросительно смотрю на супруга.

«Там у меня смонтировано нечто вроде узла вашей видеосвязи, — поясняет он. — Я разрешаю им пообщаться через мой переговорный кристалл с подругами. Мыслесвязь — это одно, совсем другое — видеть собеседника, сама понимаешь. К тому же, к вечеру девочки устают после занятий, им трудно надолго сконцентрироваться на мыслеречи. Пусть поболтают по-простому, вживую».

«А в твоей лаборатории нет ничего, для них вредоносного?»

Спрашиваю, поскольку помню, что ещё до моего отъезда этот кусочек личного пространства Мага стойко оберегал от всех. Аргументируя нашей же безопасностью.

«Не беспокойся, теперь ничего. Я там обособил нечто вроде комнаты для посетителей».

— Мы тут с Дорогушей, пока тебя не было, всерьёз экспериментировали над свёрткой-развёрткой домового пространства, — продолжает он вслух. — Да и Майкл набился в компаньоны, его давно эта тема интересовала. Посмотришь, что у нас получилось?

— Всем можно поглядеть? — оживляется Элизабет. — Это же новые комнаты, я правильно поняла?

Дорогуша приосанивается и расплывается в улыбке. Ему ли не важничать! Ведь до недавнего времени он был единственным хранителем секретов старого мага, бывшего владельца этого дома, что с виду невелик, узок, зажат меж соседей… а на самом деле — терем-теремок, и широк, и высок! Для посторонних, а потом и для Маги, нового хозяина, осиротевший дом долго оставался помещением всего из двух комнат, по одной на каждом этаже; но пришло время — и старичок-домовой раскрыл нам великий секрет тайных покоев. Да что там: помимо жилых комнат с прекрасно сохранившейся антикварной обстановкой обнаружились и огромные подвалы, и мансарда, и возможность, как оказалось, приращивать целые этажи, причём и вверх, и вниз. Правда, при мне о подобном действе супруг упомянул лишь однажды, вскользь, заметив, что нужно бы как-нибудь заняться всерьёз изучением местного пространства. Выходит, занялся, а Дорогуша решился-таки поделиться заветными тайнами. Вот почему Мага безвылазно пропадал дома, пока я скучала в Эль Торресе!

Краем глаза вижу, как насторожилась в своём кресле Люся. На хорошеньком личике неприкрытое любопытство: как, неужели в этом волшебном доме есть ещё что-то чудесное? А можно и ей хоть одним глазком, а?.. Кстати, Мага и в самом деле ей кивает, как бы приглашая, и в то же время отвечая на вопрос Элли:

— Смотреть можно всем. Нам, творцам, одобрение и похвала нужны как воздух. Чем больше зрителей, тем лучше. Прошу, дамы!

Галантно помогает мне подняться. Из-под Элли тяжёлый стул деликатно отползает сам, когда она встаёт. Дорогуша тем временем хлопает в ладоши, и чайная посуда вместе с пустыми тарелками, закружившись в хороводе, отправляется в мойку, после которой попадёт в сушилку и сама расставится на полках, уже без нас. Каюсь, балует меня доможил; при его содействии я давно забыла, каково это — мыть посуду. И знаете, что я вам скажу? Это восхитительно.

Заглядевшись на вереницу чашек, позвякивающих в полёте о блюдца, наша Лусия едва не забывает о хозяйском приглашении. Спохватившись, суёт вязание в корзинку и, подхватив юбки, дабы не навернуться на ступеньках, припускается за нами. Потому что Мага уже ведёт нас наверх.

По дороге он рассказывает:

— В подвале я сделал заготовку под винный и сырный погреба, но они подождут с отделкой; на днях вызову мастеров, чтобы обустроили всё с учётом специфики… Да, ещё в библиотеке теперь есть нечто вроде кабинета: дядюшка Джонатан уже предпочитает работать именно там, а девочки занимаются в общем зале с панорамным окном и никто друг друга не отвлекает. Но это так, эксперименты с тем объёмом, что уже имеется. Не особо трудно. Потом поглядишь… А вот сейчас увидите, какие у меня получились новые пространственные карманы. Признаюсь, донны, было трудно, но чрезвычайно интересно. Пришлось несколько раз переделывать, пока не добился нужного вида из окон.

Он распахивает дверь по соседству с нашей спальней; нас обдаёт целым вихрем снежинок, и в первое мгновенье кажется, будто мы сейчас вывалимся наружу, в уличный сугроб, но… Снег не холодный, а мягкий и нежный, как пух из подушек, и исчезает, едва коснувшись щеки. Всего лишь иллюзия метели, но до чего искусная! Под смешок Маги пересекаю порог и невольно ахаю.

Детская — а это именно она! — кажется огромной. Необъятной. Лишь присмотревшись, понимаю, что тёмные тучи, из просветов которых проглядывает тусклая луна — то ли иллюзия, то ли проекция неба. Иными словами, отражение того вида, что снаружи.

— Не волнуйся, метель я оставил только для демонстрации наружной погоды. Очень удобно, когда собираешься на прогулку. Можно ощутить силу ветра, мороз или тепло, и решить, как одеться. Функция при ненадобности отключается.

«Небо» становится прозрачным, демонстрируя просвечивающиеся сквозь него потолочные балки. Между ними застыли в призрачном полёте несколько кидриков и дракошек — похоже, голограммы-иллюзии, а на одной из балок, свесив ножки, хихикает мультяшная феечка. И вот она-то, несмотря на нарисованный вид, вполне реальна. Сорвавшись с места и рассыпав целый сноп искр, фея взмахивает волшебной палочкой. Из метельного тумана проступают стены комнаты. Вдоль одной — целый стеллаж с пустыми корзинами для белья, игрушек, нужных в обиходе мелочей, а также нечто вроде длинного пеленального столика. Вдоль другой стены, гладкой, матово-белой, словно экран — три колыбельки, пока крошечных, но… На моих глазах они, дрогнув, начинают расти, как бы приспосабливаясь к подрастающим детишкам; фея прикасается палочкой, и кроватки возвращаются к прежним размерам. По очередному сигналу летуньи одна из дверей в торцевой стене распахивается, демонстрируя пологий съезд-пандус. Дорогуша довольно крякает, оглаживая бородку

— Ведёт прямо во двор, хозяюшка. Никаких тебе ступеней, сажай детишек в колясочки да и кати себе гулять. И дворик заодно расширим, будь уверена. Соседи