В поисках красного дракона - Джеймс Оуэн

Чарльз хлопнул в ладоши:

— Точно! Есть же Бродяжьи острова, где путников встречают, как коронованных особ! Чего мы ждем? Идем скорее!

Чарльз и Джек с двумя тенями устремились вперед по воде, обрызгав по дороге других детей. Вскоре все дети уже бежали и брызгались на пути к восьмой группе островов.

— Как мне кажется, если у нас и было представление о нашем походе как о тайной операции, сейчас вся секретность пошла псу под хвост, — заметил Джон Берту.

Бродяжьи острова сильно напоминали Ээю, и наследие их жителей явно просматривалось в архитектуре греческих зданий и храмов, раскинувшихся по близлежащим холмам.

Берег был открыт и ухожен, рыбаки, судя по следам, ушли совсем недавно. Цыплята в изобилии разгуливали у воды, выклевывая насекомых и скорпионов.

— Налицо все признаки цивилизации, — вынес вердикт Чарльз. — Общество с довольными цыплятами — довольное общество.

— Ты очень странный человек, — заметил на это Берт.

— Мне это говорят гораздо чаще, чем ты думаешь.

— Что дальше? — спросила Эвин у Джона. — В «Истории» сказано что-нибудь о том, куда еще нам надо идти или что еще сделать?

Джон покачал головой и протянул ей книгу:

— После Ээи страницы вырваны. Боюсь, нам придется действовать по наитию.

По небу прокатился раскат грома, несколько детей пронзительно вскрикнули в ответ.

Первый раз с тех пор, как друзья попали в Подмир, на небе стали собираться грозовые тучи. Черные, зловещие, они были словно дурное предзнаменование, и Берт подтянул повыше воротник и поежился, глядя, как тучи надвигаются на них.

— Это не обычная гроза, — сказал он Джеку. — Мы с Эвин уже видали такое. Это Временной шторм.

Он указал на небо на востоке.

— Над нами Цитадель Времен, она рушится, и открывается все больше и больше порталов в прошлое, — пояснил он. — Они падают сюда, перемешиваются, без границ и контроля. И лично я считаю, что центр всех бед, с которыми мы столкнулись, находится здесь, на этом самом месте.

Пока Берт говорил, воздух над ними стал светиться, словно перед глазами стоял мираж. Внезапно они увидели ревущий двигателем самолет.

Это был большой серебристый двухпропеллерный аэроплан, который Джону не удалось распознать на вид. Самолет с ревом пронесся мимо, над самой водой, достаточно близко, чтобы друзьям удалось разглядеть женщину за штурвалом и второго пилота позади нее.

Надпись на фюзеляже гласила «ЛОКХИД ЭЛЕКТРА»[69], но это было все, что удалось рассмотреть, прежде чем женщина-пилот выровняла самолет, набрала высоту и скрылась на востоке за башнями Ээи.

— Если это та, о ком я думаю, плохо дело, — мрачно произнес Берт. — Хотя отрадно знать, что она все-таки не сгинула над Тихим океаном.

— Кто это? — не понял Джон.

— Не важно, — отмахнулся Берт. — Важно, что самолет явился из будущего — года так из тысяча девятьсот тридцать седьмого или около того. Время рвется на части.

— Смотрите, — воскликнул Чарльз, указывая на восток. — Еще один.

Все посмотрели в указанном направлении, но с небес к берегу несся вовсе не очередной самолет.

Это был «Индиговый дракон».

На палубах толпились люди, а за штурвалом стоял хорошо знакомый друзьям тип.

— Приветствую, — прокричал им Бертон. — Вот мы и свиделись, Хранители.

Прежде чем кто-то успел ответить, бойцы с Кроатона, все тяжело вооруженные кинжалами и копьями, попрыгали с палубы и окружили друзей. Те снова стали пленниками.

— Вы с самого начала планировали использовать летучий корабль, так? — сказал Джон.

— Разумеется, — ответил Бертон. — Шанс заполучить и летучий корабль, на котором можно выбраться из Подмира, и корабль-дракон, способный пересечь Границу в реальный мир, был слишком хорош, чтобы его упускать. Кроме того, ваша команда сделала большую часть ремонта.

— Перед тем, как вы их сожрали, — выплюнул Чарльз. — Как вы нас нашли?

Бертон лишь улыбнулся в ответ и показал Розу Ветров Лоры Липучки.

Берт застонал. Роза все еще была настроена на поиск Хранителей. Бертону лишь оставалось следовать за ее свечением.

Эвин сложила вместе остальные кусочки головоломки.

— На самом деле мы ведь так и не сбежали от вас, — холодно бросила она. — Вы позволили нам убежать, только чтобы потом последовать за нами.

Бертон кивнул и ухмыльнулся еще шире:

— Именно так. А ты слишком легковерна, беспомощная ты бабенка. Билли только показал тебе блестящую безделушку, а ты уже и поверила, что можешь ему доверять. А не тут-то было.

С носа «Индигового дракона» скалился Волосатый Билли, но теперь это была не улыбка друга и союзника. Ухмылка его была холодной и страшной. Он сорвал серебряный наперсток, который носил на шнурке вокруг шеи, и бросил на палубу, словно какой-то мусор. В этот миг друзья поняли весь масштаб того, как ими манипулировали и предали.

— Но почему, Бертон? — спросил Берт. — Ради чего все это?

— По доброй воле вы бы не сказали мне, куда вы утащили наших детей, — ответил тот, — так что нам пришлось дать вам понять, что вы сбежали, а потом пойти за вами. И, судя по всему, это было правильное решение, — добавил он, глядя по сторонам на детей, играющих на песке и в прибое. Итак, где наши дети? — продолжил он, придвинувшись ближе, более угрожающим тоном. — И где моя дочь Лилит?

Никто не знал, как ответить или сказать хотя бы что-то, чему Бертон мог поверить.

«По крайней мере, — подумал про себя Джон, — никто из детей еще не понял, что тут творится».

Никто, кроме одного — Джека.

Бертон не знал, что один из детей был вообще-то Хранителем.

Джек тихонько ходил от одного ребенка к другому, нашептывая им на ухо, и некоторые уже побежали к «Индиговому дракону».

Бертон понял, что их вот-вот окружат дети, и рявкнул несколько приказов тем кроатонцам, которые еще оставались на корабле.

Остатки индейцев спустились с «Дракона» и принялись сгонять детей к рыбацким хижинам — именно на это и рассчитывал Джек. Он прятался под одной из лодчонок и гримасами пытался дать Джону понять, что тот должен отвлечь внимание Бертона еще хотя бы на несколько мгновений.

— Я скажу, где ваши дети, если вы ответите на один вопрос, — выпалил Джон к удивлению своих друзей.

— Что ж, справедливо, Хранитель, — милостиво согласился Бертон, все еще сжимавший в руках копье. — Задавай свой вопрос.

— Почему Пэн и предыдущий Хранитель стали врагами?

У Чарльза отвисла челюсть, он в удивлении воззрился на Джона. Этого вопроса, адресованного признанному врагу Питера Пэна, издатель ожидал меньше всего.