Танцы на осколках (СИ) - Юлия Пасынкова

- Ну, не ведаю. Просто чуйствую, где она может быть, а если постараюсь, то и картинки перед глазами всплывают: это все бабулина волшба. А вы думали, как я ее избу-то нашла еще там, на тракте?

- И ты молчала, что у нас есть прямая связь с подмогой? – подпрыгнула Мурка.

- Вы мою бабушку не ведаете, - нахмурилась Милка, - Лучше иной раз самой помереть, чем у нее помощи просить.

- А сейчас что же? – спросил наемник.

- А сейчас мы даже не ведаем, куда идтить! Кто-нибудь из вас запомнил, откуда мы прилетели?

Перед глазами Бреста моментально всплыли мутные упругие стенки воздушного кокона, через которые неба не разглядеть, не то что ориентиры запомнить.

- То-то, - напоследок припечатала служанка и потерла сморщенную сухую кожу.

Мурка ожидала искр, волшебных миражей, хоть какой-нибудь реакции, но ничего не произошло. Милка сосредоточенно разглядывала когтистую лапу, пробормотав, что-то себе под нос. Девица покрутила талисман в пальцах еще какое-то время и засунула его обратно в карман. Широко зевнув, она,  утомленная чередой событий, уселась прямо в сырую траву, прислонившись к стене старой кирпичной будки.

- И? – не выдержал Брест.

Служанка подняла уставший взгляд:

- Что и? Теперь надо дождаться, когда бабуля либо ответит, либо придет на подмогу.

- То есть просто ждать? – переспросил наемник.

Милка кивнула и прикрыла глаза.

- Отличный план, - съёрничала воровка, топчась на месте.

Брест, еще раз оглядевшись по сторонам и, убедившись что все тихо, присел рядом с Милкой:

- А ты прямо сыпешь иной раз неожиданностями. Если выберемся отсюда, я тебя расцелую, - клятвенно пообещал он, устало оперевшись о стену.

Милка прикрыла глаза, скрывая горечь, впрыснутую от слов наемника. Радость, появившаяся по первости, тут же сменилась обреченностью и обидой на того, кто так и не достанется служанке, как та ни старайся. Девушка отвернулась в другую сторону, радуясь тому, что на улице царил полумрак, скрывающий слезы.

Брест не заметил перемен, поселившихся в служанке, а просто наслаждался небольшой передышкой. Видят боги, она была ему нужна. Мужчина скрывал от девок, что уже несколько часов худо себя чувствовал. А сейчас и вовсе появился жар. Не к добру это. Наемник тяжело вздохнул и посмотрел на воспаленную рану: не хотелось себе признаваться, но дело вправду обстояло скверно.

Воровка иногда поглядывала на бывшего стражника. Сидеть она не могла: появившаяся надежда не давала ей успокоиться, да и рука мужчины ее тревожила. Прежней не нравилась ни воспаленная рана, ни, особенно, ее тревога, возникшая по этому поводу. С чего бы Катерине переживать за случайного мужика, но вот, поди ж ты… Она обрубила странные мысли и сосредоточилась на планах по возвращению в бункер с провизией и спасательной операцией.

Вокруг стояла тишина, изредка прерываемая криком стрижей и стрекотом кузнечиков. Путники вели себя предельно тихо, не привлекая внимания упырей. Те уже вышли на ночную охоту и дрались в двух кварталах от школы, деля между собой останки одичалого. Прошло больше часа, и Брест уже подумывал загнать девок обратно в подземелье и бежать днем, как вдруг поднялся сильный ветер. Он принес с собой ветки, песок, тут же захрустевший на зубах, и – наемник не поверил своим глазам - гигантскую ступу. Вихрь гулял вокруг троицы, закручиваясь в кольца. Из-за деревянных высоких бортов высунулся покрасневший от натуги Гера и облегченно помахал рукой:

- Слава Богу, вы живы! Я когда вылетал, видел неподалеку от вас стаю вурдалаков, думал, сожрут, пока лечу.

Милка первая опомнилась и поспешила к ступе. Брест с Катериной стояли ошалело, разглядывая внезапного гостя. Гера абсолютно целый и невредимый живо помог забраться Милке и кивнул остальным:

- Поторопитесь, я шуму наделал, сейчас толпа нежити сбежится.

Наемник подтолкнул Мурку вперед, проверив еще раз флягу с эликсиром, и поспешил к Прежнему. Катерина, опомнившись, радостно взвизгнула, понеслась вперед:

- Ты в порядке?! Как твои ноги?! Что с тобой было?!

Она вскарабкалась по дереву и бросилась Гере на шею. Парень аккуратно отстранил ее:

- По дороге все расскажу. - Он помог забраться Бресту, - Худо выглядишь, друг, - кивнул он наемнику.

Брест выделил «друга», посмаковав слово, и удовлетворенно для себя решил, что оно подходит Прежнему.

- Подрали малость, - отмахнулся мужчина, - Как же мы все влезли-то?

- Это волшба бабушкина, - гордо ответил Гера. – Ладно, все уместились? Давайте-ка взлетать, а то у нас гости, - и он жестом указал на серую тень, несущуюся к ним большими скачками. – Сначала заберем бабу Ежну, она хочет присутствовать при встрече с Истомиром, а потом уже к чародею. И еще: надеюсь, ни у кого нет морской болезни? А то трясет тут, будь здоров!

Гера высунул за борт ступы огромное помело и начал закручивать вихри, гуляющие вокруг. Ветер снова усилился, путники, сидящие на дне ступы, почувствовали, как земля начала удаляться.

- Что за морская болезнь? – гаркнул Брест, стараясь перекричать рев ветра.

- Скоро узнаешь, - схватилась за живот зеленая Мурка. – Скоро узнаешь…

Глава 23.

375 год от наступления Тьмы

месяц Хлеборост

22 день

- Ну, Мирославушка. Душенька моя! Как жо я соскучилси-то, - долговязый парень привлек к себе дородную рыжеволосую красавицу.

Та, нехотя убирала его руки, но звездное небо да летняя ночь взбурлили хмельную кровушку, и девица, окончательно растаяв, позволила повести себя в поле за селом.

- Ой, а ежели нас кто увидит? – скорее для проформы спросила молодушка. – Давай лучше за сарайку пойдем.

- Нельзя, услышат нас. Больно сладостно, ты птичка моя, поешь, - парень на ходу прижался к теплому девичьему телу, вдохнув терпкий запах молока c потом. – Айда! Там сейчас дюже как хорошо!

Они зашли за последнюю избу и спустились в поле. Погода стояла безветренная, ясная. На небе ни облачка, скопления звезд загадочно подмигивали людям.

- Смотри, душа моя! Как здесь лепо… Аж дух захватывает, а небо какое… высокое…

Парень продолжал плести красивости, а Мирослава слушала его вкрадчивый голос. Недаром все девки на селе увиваются за Степаном: умеет он слова чудно сплетать. Деревенская красавица гордо встряхнула косой, дескать «выкусите, юродивые, это мой мужик» и прижалась к молодцу. Тот, смекнув, что цель достигнута, схватил девицу за руку и поволок к ближайшему стогу.

- Степанушка, а ежели кто в поле будет, не приведите Трое?

- А кто ж там может быть?

- Ну не знаю… Сказывают, что у других сел в полях полуночки шастають…