Границы памяти - Ян Кириллов

— Ты мне тут побазарь, лысый хер! Знаешь, кто я такой?!

— Угомонитесь, оба! — вмешался Мэй. — Фа́инх, друг, извини его. Ты не знаешь, что ему довелось пережить сегодня. Кстати, это Фред Берроу.

— Фаинх, — тот неохотно протянул локоть.

— Мне сказали, у тебя птичье имя. Как раз для пилота.

— Демиурге, — Фаинх закатил глаза. — Ещё спроси, почему я — Сокол — летаю на «Чайке», хохмач, — он обернулся к Мэю. — Куда летим?

2

Поднявшись по лестнице, Мэй и Фред устроились на задних сиденьях. Те были очень тесными, и пришлось извернуться, чтобы сесть поудобнее. Ремней Фред не нашёл, хотя вертелся не меньше минуты.

— А где ремни?

— У тебя на поясе, — пилот пощёлкал переключателями на панели, повернул несколько кристалликов. — В иммерти не нужны ремни безопасности — поля Энергии образуют защитную оболочку для каждого пассажира. Ты и не почувствуешь удара.

Люк медленно опустился, и в салоне ненадолго стало темно. Фаинх повернул бирюзовый кристалл, и через пять секунд темнота рассеялась. Потолок медленно исчез, будто пятно, на которое капнули растворителя.

Из-под пола раздался ровный гул, сопровождаемый лёгкой покалывающей вибрацией. Было похоже на то, будто включилось одновременно несколько пылесосов, игравших монотонную мелодию в вечно возрастающем тоне Шепарда. Самолёт чуть заметно покачнулся и двинулся вперёд, проехал метров шестьдесят, развернулся и плавно, будто величаво, расправил крылья.

— Я обязан прочитать вам инструкцию, — вздохнул пилот. Обернувшись, он вопросительно глянул на пассажиров. — Читать?

— Ну, если положено, — пожал плечами Мэй. Фред лишь отмахнулся.

— Хорошо, — он снова развернулся лицом к панели управления. — Иммерти — это тонкоэнергетический атрибут, позволяющий перемещаться в трёх измерениях. Он опережает по скорости и удобству наземный транспорт, но уступает таким тонким техникам, как Тоннели, Мосты, «кроличьи норы», «Небесная Река» и двери Шарды.

— Что такое дверь Шарды? — шёпотом спросил Фред.

— Набираешь код на ключе и переходишь, куда тебе надо, — быстро пояснил Мэй.

— Летает за счёт потоков Энергии, — продолжил пилот. — Поэтому использование тонких техник на борту запрещено: это может сбить энергопоток и привести к катастрофе. Во время взлёта и посадки иммерти использует реактивную тягу — она нужна, чтобы подняться до уровня потока Энергии и влиться в него. Затем мы пойдём плавно и быстро. И бесшумно. Во время полёта не препятствуйте работе пилота — это также может привести к катастрофе. В случае опасности пилот имеет право применить крайние меры, — он обернулся. — Также хочу заметить, что иногда наш иммерти будет попадать в зону турбулентности. То есть, будет немного покачивать.

Фред улыбнулся, услышав хоть что-то знакомое.

— Иногда мы будем входить в «форс» — это режим, при котором иммерти летит не за счёт энергопотока, а за счёт сжигания топлива. «Форс» включается в зонах, где энергопотоков нет, чтобы протянуть от одного потока до другого. Во время «форса» нужно быть предельно осторожными, не спать, и выполнять все указания пилота. Вы не просто пассажиры. Вы — потенциальные члены экипажа. В случае аварии, откроется люк и вас выбросит наверх в энергетическом мешке. Мешок предохранит вас от травм и обломков самолёта, и плавно опустит вас на землю. В салоне не курить и не пердеть! Последнее — самое строгое правило. Вам всё ясно?

— Да, — покивали оба, хотя Фред почти ничего не понял, кроме последних пунктов.

— Тогда полетели, — Фаинх дёрнул на себя рычаг.

Снова качнуло, на этот раз сильнее. Машина загудела, работая мощными турбинами. Фред почувствовал, как тело обволакивает невидимая сила. Воздух вокруг стал будто кисель, и от любого резкого движения становился гуще. Приходилось двигаться плавно, чтобы сменить позу, но Берроу вскоре привык.

Короткий разбег — всего каких-то несколько сотен метров — и машина, будто выдохнув с облегчением, освободилась от ноши-земли. Быстро и плавно железная птица набирала высоту. Ярко и жарко принимало её в свои объятья небесное светило. Всё, что суетилось и копошилось под ногами, внизу, бесследно забылось. Впереди и вокруг было только оно — сияющее кристальное небо.

Мотор утих, сменился наклон, «птица» пошла ровно, гладко, скользя по воздуху точно по невидимым рельсам. И тут до Фреда дошло, что это и есть тот самый энергопоток, о котором недавно говорил пилот. Поток Энергии, о которой он слышал не раз, теперь казался чем-то простым, само собой разумеющимся, как ветер или тёплое морское течение.

Энергия.

Вот она, что такое. Эта таинственная Энергия. Она — сила, которая может всё. И сейчас эта незримая сила толкала и одновременно тянула самолёт.

Остановка двигателя. Не просто замедление, а полная, в самом прямом смысле, остановка. Мозг отказывался понимать это как норму и дал команду сердцу биться чаще. Самолёт не падал. Ощущалось это как остановка времени, а на долю секунды как смерть, и всё же, это был полёт. Самый обыкновенный для жителей Мира Высокой Энергии.

Берроу взглянул направо и зажмурился от солнца. Дурацкая была идея, хотя… оно того стоило. Здесь его лучам не приходилось пробиваться сквозь толщи пыли. Здесь оно, должно быть, чувствовало себя свободным, в своей стихии. Наверное, «Чайка» испытывала сейчас то же самое, если, конечно, могла чувствовать.

3

Иммерти