Ночь закончится пламенем - К. С. Сун

безумие! – простонал Воробей. – Как, скажите на милость, мы сможем найти нужный камень на дне морском?

– Это не просто камень, – перебил его Скай и, к моему удивлению, добавил: – Это могущественная печать, таящая в себе лися. И мне кажется, что ее появление мы не пропустим.

Я покосилась на него с подозрением. Скай пытался опровергать все мои первоначальные предположения просто из духа противоречия. Однако он знал, что такое лися. А ведь это слово было незнакомо большинству жителей Аньлая. Скай редко использовал слова «черная магия» и воспринимал силу канцлера Симы не с суеверным страхом, как Тао, и не с недоверием или сомнением, как Воробей. Он принял это известие с непоколебимым спокойствием и рациональностью, словно это была всего лишь еще одна костяшка из игры в маджонг, в которой он надеялся победить.

Поразительно, но Скаю удавалось завоевывать мое уважение, неизменно оставаясь самим собой, хотя порой некоторые его решения и действия раздражали меня.

– Но когда она появится? – вздохнул Тао, возвращаясь к разговору. – Море огромно. Если твои сведения верны, – переводя взгляд на меня, продолжил он, – и вор выбросил печать в морские воды, то осколок нефрита может оказаться где угодно! С чего ты взял, что он появится именно здесь?

– Вообще-то, канцлер Сима приехал именно сюда, – отметил Воробей.

– Вот именно. Мы ищем оружие или его источник, – произнес Скай, а я вспомнила, что изначально он и хотел проследить за Симой. – Подождем один день. Если нефрит не появится, мы уйдем.

Я напряглась.

– Но…

– И вернемся с подкреплением, – продолжил Скай. – Мы нападем на дворец главнокомандующего в Нью Цюане, убьем канцлера Симу и положим этому конец.

Воробей поежился.

– Простите, господин, но вам будет сложно уговорить солдат на такую работенку. Вряд ли кто-то забыл о том чудовищном пожаре на реке Дянь.

Скай сурово нахмурился. Я знала, что он не испытывал сострадания к тем, кто пренебрегает долгом. Моя рука непроизвольно потянулась к кулону матери, но потом я вспомнила, что вчера зашила печать в подкладку своего халата. Я не собиралась совершать ту же ошибку, что и Сима. Никто не сможет украсть у меня камень.

– Нужно чем-то жертвовать, – только и сказал Скай, задумчиво глядя вдаль.

Мы втроем кивнули. Но мысленно я пообещала себе, что даже если остальные уйдут, я останусь. Останусь дожидаться появления нефрита.

32

«Я заметил, что жители царства Симин обладают более хрупким телосложением, и, быть может, в том числе поэтому они склонны ко лжи, предательству и двуличности. Я много путешествовал, но никогда не вел дела с выходцами из Симина, ведь для них обычное дело, когда сын убивает отца, если это несет ему личную выгоду».

ЭКСПЕДИЦИИ МА ЦУЙ ПО, 879 Г.

Я проснулась посреди ночи, промокшая от пота. Обрывки снов мелькали перед глазами, исчезая в следующую секунду. Я отчаянно пыталась сохранить их в памяти, но они утекали, как вода сквозь пальцы. Однако мне удалось вспомнить ощущение пьянящей радости, ведь ожидание наконец подошло к концу. Нефрит! Море наконец вернуло его на сушу.

Но мысли Симы были не только об этом. В своих снах я видела что-то еще, что-то странное… Удивление, боль, навалившаяся слабость. Сима собирался немедленно отправиться за осколком, я чувствовала это. Но что-то остановило канцлера. Его горло будто сковало льдом.

Я торопливо поднялась на ноги и вдруг вспомнила о кружке с чаем на самом краю его прикроватного столика. Чашка соскользнула на пол, и холодный чай расплескался по соломенным циновкам. Так уже было когда-то… Яд. Симу отравили.

– Который час? – хриплым со сна голосом промямлил Воробей, когда я растолкала остальных. – Мы ведь хотели отправиться в путь завтра?

– Мы не уйдем отсюда. Нефрит вынесло на берег, – пояснила я и принялась тщательно закреплять на себе все ножи, которые у меня были. – Я немного прошелся неподалеку, и мне удалось узнать кое-какие новости. Сима отправил свою стражу забрать нефрит. Он уже в Си Лане.

Скай резко обернулся ко мне, и в его глазах полыхнуло нешуточное раздражение.

– Ты пошла одна?! Ты в своем уме? – прошипел он.

Я закатила глаза.

– Я бы в любом случае осталась одна, если бы вы завтра ушли, как и планировали. – Возможно, говорить правду было глупо, но мне надоело исполнять приказы, как покорной собачонке. – Я бы не смогла покинуть это место. Вернуть печать – вот моя цель. Ее нужно уничтожить.

– И когда ты собиралась сказать мне об этом?

Я не ответила, а когда Скай заговорил снова, его голос звенел от гнева:

– Ты бы ослушалась прямого приказа своего командира?

Некоторое время мы буравили друг друга взглядами, а затем я медленно кивнула. Это случилось бы не в первый раз.

– Моя цель – вернуть печать, – повторила я.

И почему Скай по-прежнему хочет остаться для меня командиром?

Он сжал кулаки, и я готова была поклясться, что он бы ударил меня, не знай, кто я на самом деле. Но и я уже едва могла сдерживать раздражение.

– У нас нет времени на эти споры. Можешь выпороть меня за непослушание чуть позже.

Скай вздрогнул, но ничего не ответил.

Уезжали мы в спешке. Пришлось разбудить конюха, чтобы он привел наших лошадей, но за это неудобство мы щедро расплатились. Наши кони нетерпеливо перебирали копытами, готовые пуститься в путь. Жаль только, что у моря они ничем не могли нам помочь.

Примерно в миле к югу от Си Ланя мы заметили небольшую толпу рыбаков, собравшихся на краю утеса, освещенного в этот поздний час лунным светом. Спешившись, мы привязали лошадей подальше от обрыва и направились к рыбакам пешком. Скай шел впереди, прокладывая нам путь через толпу. Я не отставала от него и вскоре ахнула, наконец заметив осколок нефрита. Неудивительно, что он привлек к себе столько внимания…

Разглядеть камень даже издалека не составило никакого труда, ведь он светился так ярко, словно подавал сигнал своему сосуду. Однако никто не решался забрать этот осколок, поскольку он находился на самом конце неестественно длинного и узкого выступа скалы. Его основание было шириной со ствол молодого деревца, но ближе к концу, где и находился осколок, выступ становился едва ли шире лезвия ножа.

– О, небеса! – опешил Воробей и замер, открыв рот.

Никто из нас прежде не видел ничего подобного.

– Как же это случилось? – громко спросила я.

– Никто не знает, – пожал плечами мальчишка-рыбак. – Но еще вчера утес выглядел совсем иначе, уж я-то знаю, о чем говорю. Все это пространство занимала скала,