Околдовать разум, обмануть чувства - Катерина Полянская

Эээ?! Месть за наглядную демонстрацию, что ли? Но я же нечаянно…

— Зачем? — невинно взмахнула ресницами и смерила мужчину совершенно непонимающим взглядом.

— Помогу тебе обуться. — Его интонация не оставляла возможности сомневаться: это действительно месть. Притом коварная!

Но ногам становилось холодно (или это все нервы?), к тому же хотелось уже перейти от заигрываний непосредственно к ужину. И я осторожно пристроила ступни к нему на колени.

Почти сразу они оказались в плену горячих ладоней. Я шумно вздохнула и хотела зажмуриться, но не смогла отвести взгляд от сосредоточенного лица. Теперь хотелось стереть с него не полуулыбку, спрятавшуюся в уголках чувственных губ, а шрам. Ужасный след несправедливости.

Принц не спешил меня обувать. Он гладил, разминал, массировал, согревал. Смущение постепенно растаяло, осталось лишь легкое любопытство, приятное тепло и чувство умиротворенности.

Наконец одна нога, а за ней и другая нырнули в обувь, Тен завязал ленты и мягко спустил мои ноги на пол. Я выдохнула не то с облегчением, не то с разочарованием.

— Спасибо.

И поспешно отодвинулась к окну, схватив со стола первое, что попалось на глаза. Видишь, я страшно занята! Едой. Да-да, я очень голодная!

К счастью, первым попавшимся оказался сыр с приправами. Знакомое и точно съедобное. Потому что в состав холодного ужина входило много такого, чему я даже название дать затруднялась. На блюдах лежало нечто странной формы… самых разных форм… и на вид скользкое…

— Это морепродукты, — пояснил принц с улыбкой, перехватив мой изучающий взгляд.

— Я думала, их совсем не осталось. — Я улыбнулась немного смущенно и осторожно подцепила вилкой кусочек чего-то красного.

Тен наблюдал с видом ученого, который проводит долгожданный эксперимент.

— В наших морях практически не водится живого, только серая вода, — признал он, наполняя свою тарелку рисом с морепродуктами. — Но на востоке, недалеко от Эспирита, есть одна ферма. Ее хозяйке удалось разработать одну интересную технологию, и теперь она поставляет в Бастион рыбу и прочую мелочовку.

Как интересно! Женщина-хран, теперь некая феталь, которая занимается разведением морской живности и торговлей… Знакомство с принцем даже в этом открывает передо мной новые горизонты. Я-то всегда видела цель в том, чтобы стать сначала аллиночкой, потом феталь… а потом? Никогда не задумывалась об этом.

Так, может, уже пора?

— А эта феталь, она замужем? — Жадное любопытство почти ощутимо исходило от меня.

— Нет.

— Получается, можно и без мужа…

— Ластина — племянница советника Хилара, — перебил меня принц. — Сортировка определила ее в пару Ковиру, но дядя отказался жениться. Разразился ужасный скандал! Бедная девушка в слезах покинула столицу, обосновалась на землях, которые достались ей от покойных родителей, и открыла свое дело. Могу ошибаться, но, по-моему, это попытка доказать заносчивому жениху, насколько он был неправ.

— Захватывающе! — прошептала одними губами.

Но, поразмыслив, все же решила, что сама я без таких потрясений уж как-нибудь обойдусь.

Инспекторская процессия давно тронулась, но узнала я об этом, лишь когда мы с толчком остановились. Тен пояснил, что это выезд из столицы и наше сопровождение должно предъявить пропуска и прочие документы. Однако же высокопоставленных пассажиров тревожить никто не осмелился, и я еще раз прочувствовала преимущество принадлежности к высшим кругам.

С бумагами, само собой, все было в порядке, и вскоре мы продолжили путь. Вагончик двигался плавно, совсем не трясло. Еле слышный скрежет, издаваемый механикой, поначалу нервировал, но скоро я просто перестала его воспринимать. А деликатесы оказались замечательными на вкус… И компания приятной, чего уж скрывать.

Наевшись, я закуталась в найденный в шкафчике под сиденьем плед, неспешно пила компот из высокого стакана, поглядывала на аппетитное пирожное и сонно размышляла, влезет или обойдусь. Тем временем Тенмар затеял интересный разговор.

— При Бастионе есть несколько обширнейших библиотек. Ты уже заглядывала?

Нет. Но говорить было лень, и я просто помотала головой.

— Зря. Я в твои годы часами просиживал среди книг, даже с тренировок, бывало, удирал.

Улыбка возникла против воли. Просто я вдруг поняла, что этот мужчина никогда не перестанет меня удивлять. Сын королевы и будущий повелитель всего Эгрекса, глава одного из Департаментов, невероятно стойкий, но бесконечно одинокий человек. Воин и вот теперь еще книголюб. Что дальше? Нет, мне просто любопытно!

— О чем читал? — Я задала вопрос, стремясь проявить интерес к его словам, но оказалось — всего лишь сказала именно то, что Тенмар желал услышать.

Принц одобрительно склонил голову.

— Вот, к примеру, одна легенда… Даже не легенда, быль! Ты, конечно, не поверишь, но несколько сотен лет назад в Эгрексе существовали настоящие маги, метаморфы и даже оборотни.

— Мета… кто?

С меня даже сонливость слетела.

— Метаморфы, — повторил принц. — Это была раса существ, способных изменять внешний облик.

— А теперь они куда делись? — Я смотрела на принца широко распахнутыми глазами.

Вдруг в какой-нибудь провинции до сих пор живет что-то эдакое? Тогда обязательно выпрошу у Тена, чтобы и туда свозил. Раз уж путешествия запрещены, это мой единственный шанс увидеть хоть что-то, кроме кусочка северной провинции и столицы.

— Перебили вместе с оборотнями, — разрушил полудетские мечты глава Департамента по отлову и изоляции. — Магия ушла из нашего мира, по определенным причинам Бастион сделал все, чтобы о ней не сохранилось даже воспоминаний. Нелюдям в новой реальности места не нашлось.

Это оказалась страшная сказка, но оттого не менее интересная. Я слушала с замиранием сердца и полным вниманием. А он говорил. О волшебстве, чудесах, удивительно красивых мужчинах и женщинах, что могли подчинять природу и погоду своей воле… Одни были способны гореть, другие летать, третьи заставляли землю плодоносить круглый год, — и все вместе они дарили Эгрексу процветание.

Но потом что-то произошло, и магия ушла из нашего мира. Люди с необычными способностями рождались все реже. Воспользовавшись случаем, Бастион ликвидировал Магический Совет, сосредоточив всю власть в руках монарха. Он, в свою очередь, приказал казнить всех, кто не соответствовал новому пониманию «нормальности». Это позже, когда стало ясно, что мир погибает, создали изоляции.

Тенмар говорил, и его глаза время от времени вспыхивали фанатичным огнем. Из-за шрама в них редко просматривалось какое-то выражение, поэтому я сразу заметила. А чуть позже вдруг осознала, почему так интересно слушать эти бредовые на первый взгляд рассказы.