Компаньон её сиятельства - Эванджелина Коллинз

— Какая чушь.

Его плечи опустились.

— Да, я знаю. Но я ничего не мог сделать, разве что самому пойти в деревню и стучать в каждую дверь, пытаясь разыскать доктора.

Мейбурн нахмурился.

— Если вы сочтете, что доктор должен осмотреть Изабеллу, вызывайте его. Я переговорю с миссис Кули. Она распорядится привезти его сюда, если понадобится.

Гидеон облегченно кивнул, но был несколько обескуражен тем, что его положение в этом доме кардинально изменилось.

— Хорошо. Я ожидаю записки, если возникнет какая-то проблема.

— Да, — пробубнил Гидеон. У него было такое чувство, словно его оставляют присматривать на день за группой детей и дают наставления, как должным образом заботиться о них.

— Мне надо поговорить с Изабеллой, прежде чем я уеду.

— Наедине?

— Наедине.

— Скажите ей, что я пошел на кухню, чтобы принести ей завтрак. — При виде странного выражения лица Мейбурна он добавил:

— Я пообещал ей не меньше четырех раз, что вернусь. Сразу же.

Мейбурн фыркнул. Один уголок его рта приподнялся в печальной улыбке.

Гидеон оставил графа стучать в дверь и отправился за едой для Беллы. Она сильно исхудала. Он испробовал все, что мог, и все, что могли предложить работники кухни, но у нее, похоже, не было особых предпочтений.

Босиком спускаясь с лестницы, Гидеон перебирал в уме достоинства различных блюд, какими можно было бы соблазнить ее. Определенно яйца. Колбаски? Может быть. Копченая рыба? Нет. Но непременно фрукты. Их она, кажется, любит.

Гидеон наткнулся на Райли в переднем холле у дверей. Подбоченившись и широко расставив ноги, он явно был вовлечен в не слишком приятную беседу с незадачливым молодым лакеем.

— Вы уверены? — допытывался Райли.

— Да, сэр.

Райли нахмурился. Он пристально посмотрел на слугу и перевел взгляд на Гидеона. Гидеон склонил голову в приветствии, но не сказал ни слова. Шагая через холл, он чувствовал, что эти сине-зеленые глаза сверлят его взглядом.

Хорошо, что братья сегодня уезжают. Этот ему не особенно нравится.

Послышался тихий стук в дверь, за которым последовало неуверенное:

— Изабелла?

— Да, Филипп.

— Ты одета?

Сидя в середине кровати и кутаясь в голубое одеяло, которое хранило запах теплого тела Гидеона, она не могла заставить себя сказать правду.

Филипп, должно быть, подозревал это.

— Не могла бы ты одеться?

Белла неохотно откинула одеяло, слезла с кровати и набросила сорочку и халат. Она ногой запихнула сапоги, жилет и сюртук Гидеона под кровать, встряхнула одеяло, прикрывая помятые простыни, и, как могла, пригладила пальцами взъерошенные волосы.

Затем села в кресло у окна.

— Филипп, можешь войти.

Дверь медленно открылась. Зажмурившись, он сделал шаг в комнату, затем открыл один глаз. Увидев ее одетой, открыл другой.

Белла с трудом выпрямила спину и кивнула на стул с ней рядом.

Филипп сел.

— Мы с Джулианом скоро уезжаем. Я известил слуг, что ты остаешься на попечении мистера Роуздейла. Ты должна следовать его указаниям.

Белла кивнула. Брат, с его каштановыми волосами, сильными чертами и крепким телосложением, очень напоминал их отца.

— Если Стирлинг вернется, ты должна позволить мистеру Роуздейлу разобраться с ним. Он получил инструкции привезти тебя в Лондон немедленно. Если что-то случится или если мистера Роуздейла удалят от тебя, я хочу, чтобы ты ехала прямо в Лондон. В Мей-бурн-Хаус.

Сохраняя на лице невозмутимое выражение, Белла снова кивнула, искусно скрывая страх, который пробудили его зловещие слова.

Рот Филиппа сжался. Лоб нахмурился. Каким-то образом ей удавалось сидеть совершенно неподвижно, даже не расцепить руки, чинно сложенные на коленях.

— Почему ты ни разу не написала? — Его тон был мягким, пробным, почти уязвленным. — Почему ни разу ничего не сказала? Если не хотела говорить мне, могла бы по крайней мере сказать Эсме.

— И какой бы от этого был прок?

 Филипп наклонился к ней.

— Изабелла, ведь он избивал тебя.

— Он мой муж, — спокойно констатировала она, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ни упрека, ни обвинения.

И все равно Филипп выглядел так, словно она ударила его по лицу. Кадык беззвучно заходил вверх-вниз. Но когда он снова заговорил, у нее создалось отчетливое впечатление, что это были не те слова, которые он собирался произнести.

— Китти вышла замуж.

— Правда? Лив не упоминала об этом в своем последнем письме. — Белла была немного задета этим упущением. В то время как письма Китти были нечастыми из-за ее путешествий с Джулом, Лив оставалась прилежным корреспондентом, и Белла рассчитывала на нее как на источник событий, связанных с их семьей.

— Свадьба была довольно поспешной и неформальной, во многом как и твоя. Не было времени привезти Оливию из пансиона, чтобы она могла присутствовать. Скорее всего она сообщит тебе эту новость в своем следующем письме.

Китти, чуждой условностям девочке, которая росла в тени Джула, потребовалась поспешная свадьба?

Белла надеялась, что Лив поведает подробности.

— И кто же избранник?

Филипп поморщился.

— Лорд Темплтон.

Белла одобрительно склонила голову. Она помнила этого внушительного, мужественного на вид джентльмена. Ей никогда бы не пришло в голову, что эти двое могут составить пару, но лорд Темплтон виконт и хоть не сказочно богат, но по крайней мере пользуется уважением.

— По словам Джулиана, они вполне счастливы вместе.

Она была рада это слышать — Джул знает наверняка, действительно ли Китти счастлива.

— Я напишу им и поздравлю.

Они сидели в молчании — чужие люди, у которых закончились темы светской беседы. Прохладный утренний ветерок шевелил шторы. Отдаленный запах роз вплывал в комнату.

Она уставилась на свои сцепленные руки. Когда-то они были так близки: Китти с Джулом и они с Филиппом. Они понимали друг друга, понимали свои роли, и у них было одинаковое желание стать такими, какими их хотели видеть родители. Но имеющаяся когда-то между ними связь была разорвана ее же рукой. Филипп стал тем, кем хотел быть. Он точная копия их отца, живое воплощение мужчины, которого они потеряли шесть лет назад. В то время как она… она не оправдала его надежд. Он приехал в Шотландию, и ему в полной мере открылась вся глубина ее падения.

— Как у тебя дела? — спросил Филипп, нарушив молчание. — Если тебе что-нибудь понадобится, скажи мистеру Роуздейлу.

Она подняла глаза.

— У меня все хорошо, спасибо, и я дам знать мистеру Роуздейлу, если мне что-то потребуется.