Дорога домой - Галина Гончарова

Отвращение? Расизм?

Ха!

Да девушка и не представляла, что это такое. Ей было ужасно любопытно. И интересно. И страшно тоже — не боятся только дураки. И… хотелось узнать больше.

— Вот Директор закончит работу — он тебе все расскажет, — пообещал Тёрн.

Лерг отцепился наконец от Ёлки и кивнул.

— Твое величество, давай ее на кровать, что ли? Левитировать не хочу, чтобы не сбить шефу все потоки, а таскать тяжело.

Тёрн сделал несколько шагов и подхватил супругу на руки.

— сейчас посмотрим, есть ли здесь кровати…

Катя поглядела на Реллона.

— Величество?

— Ну да. А мы — телохранители.

— А они кто? — кивок в сторону Директора с Березкой.

Реллон вздохнул. Надо было дать девушке хоть какие объяснения, пока она с визгом не вылетела за дверь.

— Он — Директор Магического Универа, Верховный Колдун Антел Герлей.

— Магического Универа?

— Ёлка говорила про него. Она заметила у тебя сильный дар к магии огня. И хотела тайком показать тебя Директору.

— З-зачем?

Катя уже поняла. Но поверить пока не смела. И Тёрн озвучил вслух ее надежду.

— Чтобы ты могла там учиться.

— а…

Тёрн поднял руку, останавливая все вопросы.

— Катенька, я сейчас хочу побыть с женой. Директор скоро закончит работу — и вы с ним поговорите. Спокойно, с расстановкой, без суеты… а пока советую вам взять в помощь Реллона, осмотреть дом и найти что-нибудь съестное. Директор будет ужасно голоден и горячий чай с плюшками или что тут есть — будут кстати. Вы меня поняли?

Катя кивнула — и помчалась искать продукты.

Учеба в Магическом Универе.

В мире, где водятся вампиры! Где умеют колдовать! И могут научить ее!

Она не думала больше о родных, не вспоминала о своих несчастьях и проблемах, не размышляла о будущем…

Все мысли девушки можно было охарактеризовать одним жирным и ярким 'ХОЧУ!!!'.

***

Первым опомнился Борис. Но его попытка справиться с незнакомцем ни к чему не привела.

Светловолосый молодой человек брезгливо скривился и поднял руку. Красными искрами сверкнул какой-то камень в его ладони.

— повинуйся мне, человек. Стой спокойно…

Борис дернулся, но куда там…

— Вы с ума сошли? — подала голос Аня.

Парень покачал головой.

— Вы — Ёлкина мама?

— Ёлкина… ах, Юля! А почему вы так ее называете?

— Ее все так называют. Ах да… Поверьте, я не причиню вам никакого вреда. Вам просто придется потерпеть мое присутствие несколько дней. А потом мы с Ёлкой уедем.

— Вы с Ёлкой? Куда?

— Ни о чем не беспокойтесь. Я ее люблю, я буду о ней заботиться. А сейчас вам хочется спать. Вам очень хочется спать…

Аня дернулась, но куда там…

Красный камень выбросил еще несколько искр и она ощутила непреодолимый приступ сонливости.

Ей хотелось спать, спать, спать…

Краем глаза она увидела, как оседает на пол Борис, но осознать уже ничего не успела. Осела на пол — и уснула.

Кан поглядел на два неподвижных тела на полу. Спрятал кристалл подчинения. И довольно кивнул. Если Ёлке намекнуть, что ее родителям грозит опасность — она примчится куда угодно. Одна и без охраны. А дальше — дело техники.

В голубых глазах блеснула ярость.

Не любишь?!

Хочешь остаться со своим супругом!?

Что ж! Ты сама выбрала!

Если не со мной — то и ни с кем!

***

Директор оторвался от тела Березки и опустился на пол.

Сделано.

Ноги не держали, руки дрожали, голова кружилась… короче, хотелось лечь и помереть. От гордости за себя, любимого!

Успел!

Сделал!!

Справился!!!

Лорри жива. И если он не напортачил, она будет жить долго и счастливо в новом теле. А он не напортачил. Два раза проверял все ниточки, все связи… если бы Лютик не подбросил вовремя силы, точно бы сломался. Интересно, где Ёлка?

Перед носом Директора возникла кружка с чем-то горячим и удивительно вкусно пахнущим.

— Горячее какао. Удержите?

Видимо из опасений разлить, кружка была налита только до половины.

Директор расправился с ней в два глотка — и тонкая женская рука опять долила горячий сладкий напиток. Но теперь его можно было пить уже медленнее, не обжигаясь.

Блаженство!

Большая корзинка с хлебцами, вафлями, печеньями и конфетами тоже не осталась без внимания.

— К сожалению, ничего лучше здесь не нашлось, — тихо извинился тот же женский голос. И Директор поднял голову.

На него внимательно смотрела симпатичная рыжая девушка. В руках у нее был большой кофейник с горячим напитком. А глаза были внимательными и серьезными.

— я рада, что вы живы и здоровы. А как она?

— Все в порядке.

По комнате прошелестел дружный выдох. Что-то среднее между 'Ура' и 'Слава Директору'. И Директор обратил внимание, что в комнате есть еще Лерг, Лютик, Эвин и двое элваров. Не было Тёрна и Ёлки. Почему!?

Видимо вопрос отразился у него на лице, потому что Лерг поспешил его успокоить.

— Вы тут четыре часа возитесь. Тёрн перетащил супругу в соседнюю комнату и сам от нее не отходит. Ей сегодня досталось.

— Но жива и цела?

— И даже колдовать скоро сможет. Вы потом посмотрите, но я ничего серьезного у нее не нашел.

— Это хорошо. Ну что — рассказывайте, паршивцы. — Вальяжно предложил Директор и впился зубами в какую-то вафлю.

Сладости оказались свежими, какао в меру горячим — и поэтому парням не нагорело за все их выходки. Хотя и стоило бы показать им кузькину маму. За что!?

За дело. За разные выходки с применением магии. Да за одни 'казни египетские' им стоило бы рога сначала вырастить, а потом обломать к лешевой матери!

— Вы вообще знаете такое слово 'секретность'? — поинтересовался Директор, когда Лерг прекратил рассказ и наконец смог тоже выпить какао.

— Знаем, — признался Эвин. — Но нас никто не заметил. И вообще спишут на природные катаклизмы.

— А если бы заметили?

— Мы бы что-нибудь придумали.

Директор закатил глаза и махнул рукой.

Убить паршивцев мало. Но сейчас ни сил, ни желания просто нету. Удачно они время для признания выбрали…

— Ладно. Леший с вами. А что это за девушка?

— Ее зовут Катя. Она Ёлкина подруга. И сильный маг огня. Посмотрите сами, — предложил Эвин.

— И что?

— Неужели для нее не найдется места в Универе?

Антел Герлей едва не взвыл. От восхищения. Нет, ну не нахалы? Они еще будут и девиц из мира техники в Универ тащить?

Но и послать ребят по матери язык не поворачивался. Да, нахалы. Но за друзей — горой стоят. Ладно, посмотрим.