Пламя под пеплом - Ружка Корчак

Задержанные спокойно наблюдают за всей этой процедурой. Они объясняют, что собирались пронести вещи за ворота, чтобы выменять на хлеб. А так как это запрещено, пришлось принять некоторые меры предосторожности...

В это время оружейный склад с Немецкой 31 переброшен в другое место.

Штаб умножает свои усилия по приобретению оружия. Наши склады растут. По большей части оружие покупается у поляков и литовцев за большие деньги. Деньги же мы добываем самыми разными путями, как правило, противозаконными. Тут и подделки, и махинации, позволяющие нам черпать средства из касс... юденрата и полиции. Мы не раз со злорадством представляли себе, как вытянулось бы лицо у Генса, узнай он, на чьи деньги мы покупаем оружие.

В разросшихся складах теперь круглосуточно дежурят товарищи, в обязанности которых входит уход за оружием. Они его смазывают, разбирают, собирают и после проверки снова прячут в землю. Дефектное оружие отсылается в наши мастерские и быстро ремонтируется.

По ночам идут занятия по стрелковому делу для новичков, вступивших в ЭФПЕО. Штаб организации (От коммунистов в штаб вместо Ицика был введен Каплан, а место Иосефа Глазмана заняла Люба Зискович.) разработал новую программу боевых действий. Она отличалась от предыдущей, носившей оборонительный характер, и основывалась на четырех пунктах: 1. Атака, 2. Оборона, 3. Диверсии, 4. Спасение.

Основные силы организации сосредоточены на оборонительных позициях внутри гетто. Но в задачу наших отрядов входит и нападение на врага за пределами гетто. Одновременно подпольной организации, действовавшей вне гетто, поручалось проведение крупных диверсионных актов для отвлечения немцев и достижения политического эффекта, что было не менее важно, чем практические достижения.

Исходя из предпосылки, что после первой стычки немцы, возможно, отступят из гетто, чтобы вернуться с подкреплениями, штаб предусматривал не продолжать оборону улиц в таком случае, а использовать паузу для прорыва и увода в леса возможно большего количества людей из гетто.

Было решено организовать две боевые базы, с которых отряды будут посылаться в оборону или в атаку - в зависимости от обстановки.

Наряду с этим запланировали атаку по улице Рудницкой - ключевой позиции гетто. Здесь будут введены в действие наши основные силы. Центральной позицией был выбран дом No 11, откуда концентрированным пулеметным огнем можно взять под контроль улицу и ворота гетто. Были расписаны места расположения метателей гранат и снайперов. Запланировали создание специальных групп для особых поручений во время атаки, обороны и последнего этапа нашей борьбы.

Этот план открыл перед нами новые возможности, способствовал поднятию духа. Теперь становилось ясно, что бой и сопротивление в гетто вовсе не обязательно повлекут за собой гибель и уничтожение, что сопротивление может принести свободу и спасение большому числу людей, у которых до сих пор не было никакого выхода.

В те дни пришло первое письмо Иосефа из лесов Нарочи. Он писал: "Из партизан, которых мы нашли в лесу, и из нашей группы мы организовали еврейские партизанские отряды. Если бы здесь были все бойцы ЭФПЕО с их оружием, мы могли бы создать сильную еврейскую боевую бригаду".

В ГЕТТО БЫЛО МНОГО ЕВРЕЕВ ИЗ ПРОВИНЦИАЛЬНЫХ городков. Одни пришли сюда до каунасской акции, другие бежали из лагерей и местечковых гетто, стертых с лица земли.

У "провинциалов" нет прав, которыми пользуются жители Вильнюса. В момент катастрофы они будут козлами отпущения, потому что у них нет рабочих "шейнов" и их прописка в качестве жильцов сопряжена с большими трудностями. Большинство размещено в разрозненных лагерях и живет в грязи и скученности. Население гетто свыклось с таким разделением на законных жителей и посторонних. "Провинциалы" находятся в гетто на нелегальном положении, и немцы прекрасно осведомлены об этом. Учитывая специфическое положение этих людей, штаб ЭФПЕО решил сформировать из них партизанские отряды и немедленно отправить в леса. Нам было ясно, что если акция будет направлена только против "провинциалов", наш призыв к бою и сопротивлению не встретит никакой поддержки. Жители гетто не встанут на защиту пришельцев, пока им самим не будет угрожать опасность. Организация и переброска в лес "провинциалов" были поручены Соне Медайскер и мне.

Вначале мы столкнулись с множеством трудностей: перед нами была разношерстная, разрозненная масса, из которой следовало выбрать наиболее надежных ответственных людей. Но для отбора нет никаких критериев, кроме первого впечатления, интуиции, а в редких случаях - рекомендации. Работаем в дикой спешке. Малейшее опоздание может решить участь этих людей. Одна из тяжелых проблем, по-прежнему, - оружие. У очень немногих выходцев из Свентян имелись пистолеты, а мы хотим каждую пару бойцов снабдить хотя бы одним пистолетом. Трудно, однако, раздобыть даже этот минимум. Оружие выделяется со складов ЭФПЕО, и получающие остаются в неведении о его источнике.

Наша разведка обследует дороги, устанавливает места сосредоточения немцев, ведутся даже переговоры о том, чтобы заполучить на несколько часов немецкие грузовики. Штаб отправляет к Иоеефу связного с требованием прислать проводников. Наши спецы готовят "шейны" и пропуска. Инструкторы обучают "провинциалов" пользованию оружием и наставляют, как вести себя в пути.

Через неделю после того как было принято решение, из гетто ушла первая группа. Ее участники собрались в ночь перед уходом и вместе провели время до рассвета, возвещающего для них наступление нового дня. Пришел попрощаться и Аба. В комнате все еще было непроглядно темно, и никто не видел его лица. Слышали только голос, обратившийся к ним, единственным уцелевшим от своих семей и местечек, последним беженцам из гетто Лиды, Свентян, Ваки и Ошмян, стертых с лица земли. Он говорил о силе угасших сердец, о пламени, которое еще вспыхнет из пепла, о мести, о нашей мести.

На заре, держа путь в лес, вильнюсское гетто покинули сорок парней, уроженцев разных городков и местечек.

За две недели ЭФПЕО сколачивает и отправляет в леса пять вооруженных партизанских групп, составленных из провинциальной молодежи. За две недели в леса Нарочи ушло двести человек.

НАПРЯЖЕННОСТЬ В ГЕТТО УСИЛИВАЕТСЯ СО ДНЯ НА день. Отчаяние и надежда сменяют друг друга. Новое наступление Советской Армии (август 1943 года) , ее стремительный рывок на запад, освобождение новых городов, в том числе Харькова, продвижение на север создают в гетто обстановку нетерпеливого ожидания, веры в возможность выжить. Передаваемые из уст в уста сводки Совинформбюро обсуждаются на все лады, вызывают споры доморощенных стратегов о том, с какого именно направления Советская Армия вступит в Вильнюс. По-видимому, с севера, ведь это совершенно ясно: