Случайные связи - Ольга Матвеева

— А это в ваших силах?

— Ага! Вот вы уже и заинтересовались!

— Вовсе нет. Мне просто любопытно.

— Не оправдывайтесь! Признайтесь, заинтересовались!

— Нет, — ответила Саша серьезно. — Мне не нужен салон красоты в Париже, и не нужна слава. Стану ли я счастливее, если меня начнут узнавать люди на улицах? Это вряд ли. Мне нравится делать людей красивыми. Любых людей, независимо от их статуса и степени звездности. Я на своем месте. Я занимаюсь своим делом. А если бы я захотела, чтобы у меня было то, о чем вы только что говорили, я могла бы всего этого добиться сама. Но мне это, по всей видимости, не нужно. Так что, боюсь, у вас не получится меня купить. Только не обижайтесь. Раз уж мы сегодня общаемся в режиме предельной откровенности…

— Вы удивительная женщина! И, по всей видимости, счастливая. Редко кто может похвастаться, что он в этой жизни занимает именно свое место. Давно мне такие не встречались!

— Кстати, вот, — Саша полезла в сумочку и достала оттуда конверт, протянула простому русскому миллионеру.

— Что это?

— Это ваши фотографии. Я обещала вам их подарить.

Он достал из конверта фотографии. Начал рассматривать. Саша наблюдала за его реакцией. Он довольно улыбался.

— Забавно, — наконец, протянул он, — вот уже много лет никто не видит меня таким…

— Каким, таким?

— Да вот таким, мальчишкой! Настоящим мальчишкой! На других фотографиях я то излишне уверенный в себе господин, то сноб, то надменный джентльмен. А у вас — мальчишка! Даже немного наивный. А ведь в душе-то, в душе-то я именно такой и есть! Как вы угадали?

— Не знаю, — ответила Саша. — Почему-то я увидела вас именно таким. Мне показалось, что снобизм, цинизм, это все напускное. Это маска. Рыцарские доспехи жителя жестокого города. Далеко ли тут уедешь, будучи наивным мальчишкой?

— Да, вы правы, — усмехнулся он, — чтобы выжить в этом дивном городе, нужна крепкая броня. — Знаете, а вы талантливы. Помимо того, что вы так точно улавливаете суть людей, у вас еще и композиция прекрасная, и ракурсы, и настроение в ваших работах есть. Вы художник! Настоящий художник! Чем я могу вас отблагодарить за эти фотографии? Не люблю, знаете ли, оставаться в долгу.

— Заплатите за мою утку, — Саша рассмеялась.

— Да, сразу видно, что вы из тех эмансипированных женщин, которые привыкли платить за все сами! Утка — это само собой. Я, видите ли, из тех старомодных мужчин, которые не позволяют женщинам платить за себя в ресторане. Хоть чем-то я вас все-таки могу отблагодарить?

Саша задумалась.

— Можете. Да, можете, мне хотелось бы с вами дружить. Да, именно так. То есть, мне хотелось бы, когда вы в следующий раз придете ко мне стричься, чтобы вы на несколько минут отвлеклись от своего телефона и немного поговорили со мной. Вы ведь чудесный собеседник. Очень интересный.

— Занятно! Это ваше пожелание сродни просьбе привести аленький цветочек из дальних стран. Вроде, очень простая вещь, а проще клад отыскать, чем этот самый аленький цветочек. Хорошо, дружба так дружба. Думаю, мне тоже будет приятно с вами дружить. Или все же я могу рассчитывать на нечто большее, чем дружба? — он снова завладел Сашиной рукой. На сей раз она мягко убрала свою руку.

— Давайте не будем загадывать, — Саша рассмеялась. — Вы мне очень нравитесь. Но, во-первых, с женатыми мужчинами я только дружу, а, во-вторых, мне нравиться быть единственной, а не одной из многих. Такие уж у меня жизненные принципы.

— Уважаю принципиальных людей! Вы потрясающая, — он поцеловал ей руку.

Ночью Саша сидела на подоконнике, смотрела на темную улицу и ругала себя. В ее ли одиноком положении разбрасываться мужчинами, а тем более простыми русскими миллионерами? Какой-то очень сомнительный подвиг отвергнуть хорошего человека. Тем более, когда ты одна, совсем одна. Ну, подумаешь, у него таких Саш десятки. Ну и что? Тоже гордая нашлась, хочет быть единственной! В ее-то возрасте хотеть быть единственной! Ха-ха, два раза. О, боже! В ее-то возрасте, а все юношеский максимализм. Пора бы уже повзрослеть! Пора!

Саша забралась в свою холодную постель. Сон не шел.

Она села за компьютер. Принялась обрабатывать фотографии. Через пять минут она напрочь забыла о простом русском миллионере. Снова вспомнила, только когда совсем-совсем устала и вернулась в постель. Она все сделала правильно. Все сделала правильно! Не стоит размениваться на компромиссные варианты, которые мало ее устраивают. Она бы ревновала, она бы чувствовала себя униженной. Она бы звонила ему так же, как звонили ему эти неизвестные ей женщины, пока Саша сидела с ним в ресторане. Она бы допрашивала его, а он бы ей врал. Зачем ей это нужно? Нет, ей это совсем не нужно. Тем женщинам, скорее всего, действительно, нужны от него деньги. А ей? А ей — нет. Она сама умеет зарабатывать. Нет, ей же не нужно быть с кем-то только ради того, чтобы с кем-то быть. Она уже не хочет быть с кем-то только из страха одиночества. Она уже не боится одиночества. Потому что одиночества вообще не существует. Одиночество — это фикция. У каждого человека есть близкий человек в этом мире — это он сам. Главное, любить этого человека. Саша уже научилась его любить. А простой русский миллионер? Если получится, она с удовольствием будет с ним дружить. Вот так.

За несколько дней до Нового года он пришел к ней в салон с коробкой, обернутой золотой бумагой. Коробку венчал внушительный красный бант.

— Это вам, подарок к празднику, — сказал он и церемонно вручил ей коробку.

— А что там?

— Это, к сожалению, не аленький цветочек, но я уверен, что вам понравится.

Саша открыла коробку. Там лежали объектив и вспышка, о которых Саша как раз мечтала.

— Как вы угадали? — спросила она восхищенно.

— Я хороший друг. И немного волшебник, — он улыбнулся. Наивно, совсем как мальчишка.

Вьетнам. Поселок Муйне. Конец декабря

Бирюзовый океан, истекая пеной, неистово бьется о берег. Песок слепит белизной, воспетой рекламными роликами о райской жизни. А над всем этим в голубом небе реют сотни цветных полумесяцев. Все, как на том снимке, который Саша видела около года назад у прекрасного кайтера, который, вероятно и не кайтер вовсе, а настоящий языческий бог. Теперь это реальность.

Саша бредет по берегу океана. В руках у нее фотоаппарат. Она снимает все подряд. Улыбчивых продавщиц фруктов, торговцев бусами и ракушками, море, небо. Она счастлива. Бывает так, что ожидание намного приятнее того, чего, собственно, ты и ожидаешь. Бывает так, что ожидания не оправдываются. Бывает по-разному.

Саша и сама не знала, чего она ждала от этого путешествия. Да, ничего особенного. Она просто хотела увидеть, как бирюзовый океан истекает белоснежной пеной, как в небе парят сотни цветных полумесяцев. Она не думала о том, как это зрелище может изменить ее жизнь. Она просто хотела это увидеть. Сама не зная зачем. Она просто хотела ощутить радость безмятежности. Она просто мечтала оторваться от обыденности. Она просто хотела лететь. На кайте или без него. Может быть, просто воспарить на невидимых крыльях невыносимой легкости, которую надеялась обрести. Или не надеялась. Нет, не надеялась. Перед путешествием во Вьетнам, она вообще ни на что не надеялась. Старалась не надеяться. Она просто хотела туда поехать…