Первое правило волшебника - Гудкайнд Терри

Эди потянулась через стол и накрыла его руку своей сухой ладонью. Ее ладонь оказалась мягкой и теплой.

— Это не быть легким выбором. Не легко быть Искателем. То, что впереди, может быть еще хуже, чем ты думаешь.

— По крайней мере у меня остался проводник. — Он заставил себя улыбнуться.

Все трое какое-то время сидели в тишине, размышляя о том, что должно быть сделано.

— Вам следует сегодня хорошенько выспаться, — сказала Эди. — Это пойдет вам на пользу. После ужина я расскажу все, что надо знать, чтобы миновать проход. — Она оглядела их по очереди. Ее голос, казалось, скрежетал больше обычного. — И я расскажу вам, как потеряла ногу.

Глава 17

Ричард поставил лампу на стол и зажег ее щепкой из очага. Через окно доносились тихий шепот дождя и крики ночных животных. Их пение и писк были с детства знакомы Ричарду и напоминали ему о доме. Дом... Последняя ночь на родине. Скоро он окажется в Срединных Землях. Как отец. Он иронически улыбнулся собственным мыслям. Отец привез из Срединных Земель Книгу Сочтенных Теней. Сын доставит ее обратно.

Ричард сидел на полене перед Эди и Кэлен.

— Так расскажи, как нам найти проход.

Эди откинулась на спинку стула.

— Вы уже нашли. Вы быть в проходе. По крайней мере у его начала.

— А что надо знать, чтобы пройти через него?

— Проход быть дырой в подземном мире, но все же это быть владением смерти. Вы быть живыми. Звери охотятся за живым, если живое быть достаточно велико, чтобы заинтересовать их.

Ричард взглянул на бесстрастное лицо Кэлен и перевел глаза на Эди.

— Какие звери?

Длинный палец Эди обвел стены комнаты.

— Это быть костями тех зверей. Ваших друзей коснулись создания подземного мира. Кости разрушают их магию. Вот почему я сказала, что твои друзья начали получать помощь с той самой секунды, как оказались в моем жилище. Кости заставляют магический яд покинуть их тела, постепенно пробуждают их от сна смерти. Кости не дают злу пробраться сюда. Звери не могут найти меня потому, что чувствуют зло костей, и оно ослепляет их, заставляет думать, что я быть одной из них.

Ричард подался вперед.

— Если мы возьмем с собой несколько костей, это защитит нас?

Эди слегка улыбнулась, глаза ее одобрительно прищурились.

— Очень хорошо. Это быть как раз тем, что вам следует сделать. В мертвых костях есть магия, которая защитит вас. Но есть еще кое-что. Выслушай внимательно, что я тебе расскажу.

Ричард сложил руки и кивнул.

— Вы не можете взять с собой коней. Тропа быть слишком узкой для них. Есть места, где им не пройти. Вы не должны сходить с тропы — это слишком опасно. И не должны останавливаться на ночлег. Чтобы пройти границу, нужны день, ночь и еще день.

— А почему нельзя останавливаться на ночлег? — спросил Ричард.

Эди обвела их белыми глазами.

— Кроме зверей там есть другие твари. Если долго стоять на месте, они доберутся до вас.

— Твари? — переспросила Кэлен.

Эди кивнула.

— Я часто хожу через проход. Если вести себя осторожно, это достаточно безопасно. Но если вы будете неосторожны, до вас доберутся твари. — В скрипучем голосе послышались горькие нотки. — Однажды я стала слишком самоуверенной. Я шла целый день и очень устала. Я была уверена в себе, уверена, что хорошо знаю опасности, подстерегающие в проходе. Я села под деревом и решила вздремнуть. Всего несколько минут. — Она потерла ногу. — Когда я уснула, мне в ногу вцепился хватало.

— Кто такой хватало? — Кэлен зябко повела плечами.

Минуту Эди молча смотрела на нее.

— Хватало быть такой тварью, у которой вся спина покрыта броней, а брюхо утыкано шипами. У него много ног, каждая заканчивается острым длинным когтем. Рот — как у пиявки, только со множеством зубов. Он сворачивается так, что снаружи остается только броня. Когтями он вцепляется в тело так, что его нельзя оторвать, а потом впивается в тебя зубами и начинает сосать кровь, все сильнее сжимая когти.

Желая успокоить Эди, Кэлен тихонько погладила ее по руке. Лампа отбрасывала на белые глаза Эди оранжевые блики. Ричард не шевелился. Мышцы его напряглись.

— У меня с собой был топор. — Кэлен закрыла глаза и опустила голову.

Эди продолжала:

— Я пыталась убить хватало или хотя бы отцепить его от себя. Я знала, что если не сделать этого, он высосет из меня всю кровь. Но его броня оказалась крепче, чем мой топор. Я злилась на себя. Хватало быть самой медлительной тварью в проходе, но он оказался проворнее, чем спящая дура. — Эди взглянула Ричарду в глаза. — У меня оставался единственный способ спасти жизнь. Я не могла больше терпеть эту боль. Его зубы уже скребли мою кость. Я обмотала ногу выше колена тряпкой и положила ее на бревно. Топором я отрубила себе ступню и лодыжку.

В домике стояла гробовая тишина. Ричард встретился взглядом с Кэлен.

Он прочел в ее глазах боль за Эди и увидел отражение собственной боли. Он не мог себе представить, какой надо обладать волей, чтобы отрубить собственную ногу. Ричард почувствовал, как у него сводит живот. Тонкие губы Эди растянулись в горькой улыбке. Одну руку она протянула через стол Ричарду, другой коснулась Кэлен. Она с силой сжала им руки.

— Я рассказываю это не затем, чтобы вы меня пожалели, но лишь затем, чтобы вы сами не стали добычей какой-нибудь твари. Уверенность может оказаться губительной. Порой чувство страха служит безопасности.

— Ну тогда нам совсем ничего не грозит, — сказал Ричард.

Эди кивнула, не переставая улыбаться.

— Отлично. И еще. В проходе, на середине пути, есть место, где стены границы сходятся так близко, что почти соприкасаются друг с другом. Это быть Тесниной. Когда вы подойдете к скале размером с дом, расколотой посредине, это и будет то самое место. Вы должны пройти через разлом. Ни в коем случае не обходите скалу. Даже если вам очень захочется это сделать.

Там вас ждет смерть. Внутри Теснины вы должны держаться между стенами границы. Это самое опасное место в проходе. — Она положила руку на плечо Кэлен, сильнее сжала руку Ричарда и обвела их глазами. — Они будут звать вас с той стороны. Они будут умолять вас прийти к ним.

— Кто? — спросила Кэлен.

— Умершие... — Эди наклонилась к ней. — Это может быть любой из тех, кого ты знала. Твоя мать, например.

Кэлен закусила губу.

— Это действительно будут они?

— Не знаю, дитя! — Эди покачала головой. — Но я в это не верю.

— Я тоже не верю, — сказал Ричард, пытаясь убедить себя в этом.

— Отлично, — проскрежетала Эди. — Верь себе. Это поможет тебе не поддаться на их уговоры. Тебя будет неодолимо тянуть к ним. Но если ты пойдешь туда, то погибнешь. И помни, в Теснине еще важнее не сбиться с пути. Шаг или два в сторону, и ты слишком далеко. Стены границы будут так близко. Ты никогда не сможешь шагнуть обратно. Никогда.

Ричард глубоко вздохнул.

— Эди, граница рушится. Зедд сказал мне, что чувствует изменения. Чейз говорил, что прежде нельзя было даже заглянуть сквозь стену, а теперь порождения подземного мира выходят наружу. Ты думаешь, в Теснине все еще безопасно?

— Безопасно? Я никогда не говорила, что там безопасно. Многие, ведомые жадностью, лишенные воли, пытались пройти через Теснину и никогда из нее не выходили. — Она наклонилась к Ричарду. — Пока граница существует, существует и проход. Не сходите с тропы. Помните о своей цели. Помогайте друг другу, где только можно, и вы пройдете.

Эди вглядывалась в его лицо. Ричард повернулся и встретился взглядом с зелеными глазами Кэлен. Он не знал, смогут ли они вдвоем противостоять границе. Ричард хорошо помнил, что он тогда чувствовал, как ему хотелось оказаться внутри. В Теснине граница будет с обеих сторон. Он знал, как Кэлен боится подземного мира. У нее были на то причины, ведь она уже раз побывала там. По собственной воле он ни за что бы и близко туда не подошел.

Ричард задумчиво наморщил лоб.

— Ты говоришь. Теснина — в середине прохода. Разве там нет ночи? Как же мы разглядим тропу?