Двойная игра - Барбара Босуэл

Удивленная и возбужденная, Кендра не отпускала его, а, наоборот, обняла еще крепче.

— Нет, Кендра, — хрипло произнес Уатт.

У него не хватило силы воли, чтобы снять Кендру с колен, но он заставил себя не прикасаться к ней. Заложниками оказались тонкие подлокотники кресла.

— Милая моя, я не могу воспользоваться ситуацией. Это было бы нечестно с моей стороны.

Кендра увидела муку, застывшую в его темных глазах. Не оставалось сомнений в том, что Уатт настроен очень решительно. Она насмотрела на свои руки, обнимавшие его шею, обвившие его ноги, затем перевела взгляд на полураздетого Уатта.

— Ты на самом деле думаешь, что это ты пользуешься ситуацией?

Уатт глубоко вздохнул и отпустил ручки кресла. Его руки невольно тут же обняли Кендру.

— Господи, Кендра, что мне с тобой делать?

Она подняла брови.

— А если я скажу: все, что угодно? Потому что именно этого я хочу.

Уатт натянуто рассмеялся.

— Ты такая сексуальная, такая соблазнительная, Кендра. — Он тяжело вздохнул. — И такая молодая. Слишком молодая. Это было бы ошибкой.

— Ты не можешь быть со мной из-за того, что тебя беспокоит общественное мнение? — разозлилась Кендра. — Ладно, ты сделал свой выбор.

Продолжая сидеть у него на коленях, Кендра стала приводить себя в порядок — сперва она застегнула бюстгальтер, затем жилетку. Уатт сосредоточенно наблюдал за всеми ее действиями, которые производились довольно быстро и ловко. Он чувствовал нестерпимый жар неутоленного желания, понимая, что винить ему некого, кроме себя самого.

Кендра внимательно наблюдала за Уаттом. Она стала поправлять свои волосы, пытаясь восстановить хоть какое-нибудь подобие прически. Эффект получался прямо противоположным — волосы взъерошились еще больше, и она выглядела так, словно только что встала с постели после ночи страстной и пылкой любви.

У него пересохло во рту.

Кендра бросила на него еще один долгий взгляд своих голубых глаз, а потом снова прижалась к его груди.

— Если бы ты был моим ровесником, Уатт, ты бы не привлекал меня так. Все эти зеленые юнцы из школы просто подонки. Поэтому я не общаюсь с ними.

— Ты хочешь сказать, что у тебя никого не было?

На миг он испытал острую вспышку ревности, представив рядом с Кендрой кого-нибудь из тех молодых людей, с которыми ей приходится встречаться в школе.

— Я пыталась, — честно призналась Кендра. — Я просто подумала, что оставаться девственницей — глупо, и решила хоть раз заняться сексом. Я переспала с одним парнем, но это было только один раз. Это было ужасно! — Кендра содрогнулась от отвращения. — Тогда я поняла, как права: была Эшлин, оберегая меня от этого много лет. Я до сих пор не могу понять, как Рейлин могла заниматься этим, да еще с разными мужчинами. Мерзко как! — Она взглянула Уатту в г лаза. — Я не шлюха, но тебе и не пришлось бы лишать меня невинности. Ты ведь этого боялся?

Уатт вздохнул.

— Я не знаю теперь, что мне делать с твоим столь откровенным признанием. Я никогда не встречал такой девушки…

— …женщины, — быстро поправила его Кендра.

— …такой молодой женщины, как ты. Ты меня восхищаешь и удивляешь, а иногда — пугаешь.

— И возбуждаю, — немедленно добавила Кендра и прижалась к его все еще возбужденной плоти.

— И это тоже. — Уатт положил руку ей на колено. — Я очень хочу тебя, Кендра, и ты это хорошо знаешь, и все же я чувствую нечто большее. Я… беспокоюсь о тебе. Слишком беспокоюсь и не хочу торопить события.

Кендра была в состоянии эйфории. У нее кружилась голова. Радость, испытанная от последних слов Уатта, была сравнима разве что с радостью от возвращения Макси. Она уже не слушала, что говорил он дальше.

— Я хочу тебя, Уатт.

Их губы встретились снова, их поцелуи были томительно нежными. Вскоре оба почувствовали нарастающую страсть, и поцелуи стали более нетерпеливыми.

— Нет, не сейчас.

Застонав от мучительного удовольствия и неутоленного желания, Уатт наконец оторвался от ее губ.

Кендра подняла на него затуманенные страстью глаза.

— Я хочу большего, — молила она. — Уатт, ты не можешь остановиться сейчас!

Она запустила пальцы в его шевелюру, приблизила свое лицо и стала нежно покусывать его губы, стремясь удержать его.

Тяжело дыша, Уатт терял над собой контроль. Не выдержав, он обхватил ее лицо руками и поцеловал со всей силой бушующей в нем страсти.

— Все происходит очень быстро, — отрывисто произнес Уатт, но его губы не отпускали ее. — Но теперь и я не хочу на этом останавливаться. Это было бы несправедливо по отношению к тебе.

Кендра почувствовала, как его вальцы расстегивают металлическую пуговицу ее джинсовых шорт, и затаила дыхание. Звук расстегиваемой «молнии» эхом отозвался в ее голове. Она почувствовала, как его рука коснулась ее обнаженного тела. Большой палец Уатта начал возбуждающе ласкать впадину ее пупка.

Когда его пальцы проникли под резинку ее маленьких шелковых трусиков, Кендра зажмурилась. Она всем своим существом ощущала, как Уатт нежно поглаживает мягкие завитки волос в низу ее живота. Его руки опускались все ниже, раздвигая ее ноги. На мгновение Кендра смутилась, понимая, что, ощутив влагу, Уатт поймет, как она возбуждена. Но все ее сомнения и колебания сразу же исчезли под нахлынувшей волной страсти, и она изогнулась в его руках.

— Здесь так влажно и горячо. — Голос Уатта был похож на тихое рычание. — Милая, я постараюсь дать тебе то, чего ты так хочешь.

Он продолжал ласкать ее, пока она не задрожала от нетерпения. Он еще шире раздвинул ее ноги, и она почувствовала, как его пальцы погрузились в глубину ее тела. Кендра выкрикнула его имя, но крик был тут же заглушен прильнувшими к ее рту губами Уатта.

Его пальцы нестерпимо медленно двигались в ней, погружаясь все глубже и глубже, дразня, угождая, вызывая стоны наслаждения. Его большой палец нашел пульсирующий напряженный бутон — средоточение ее чувственного наслаждения, — который сладко заныл от его прикосновения.

Голова Кендры откинулась назад, губы призывно раскрылись, грудь поднималась и опускалась в такт дыханию. Она чувствовала, как жар и напряжение внутри нее нарастают, становясь нестерпимыми. Инстинктивно она еще крепче обхватила Уатта.

— Уатт!

Короткий приглушенный возглас перешел в пронзительный крик. Он накрыл ее губы своими. Неожиданно Кендра напряглась еще сильнее, по ее телу прошла дрожь — предвестник кульминации, она содрогалась все сильнее и сильнее, пока не вскрикнула в последний раз и не обмякла в его руках.

Медленно к ней возвращалось чувство реальности. Обессиленная, она смогла пошевелиться только лишь спустя, несколько минут. Теплая истома поднималась, разливаясь по всему телу. Она чувствовала себя легкой, возродившейся, полной сил. Открыв глаза, она совсем близко увидела глаза Уатта, его взгляд говорил о самом сокровенном.