Кровавый дракон - Андрей Вячеславович Шевченко

Следующей серией огненных сгустков Дилль сделал широкую выжженную дорогу, разделившую тилисцев надвое. Враги, увидев нового грозного противника, перестали обращать внимание на Криана и сосредоточились на связке адептов. Огненный шторм забушевал вокруг них, ледяные осколки косили траву, превращая её в мелкое зелёное крошево, от грохота воздушных заклинаний Дилль почти оглох. Шарахнули несколько ветвистых молний, оставив после удара дымящиеся воронки в земле. Дилль перестал атаковать, поддерживая энергию в щите, но один раз его щит не выдержал и исчез после особенно сильной массированной атаки. К счастью, он успел восстановить его за мгновенье до того, как ударила ледяная волна. Щит снова исчез, и Дилль снова восстановил его.

А потом магические атаки начали слабеть. Дилль подумал, что враги выдохлись, но оказалось, что тилисских магов осталось слишком мало, чтобы продолжать атаку. Ситгарские маги, пользуясь тем, что враги сосредоточились на Дилле и Тео, времени даром не теряли и постепенно выбили почти всех.

Воодушевлённый таким успехом, Дилль принялся с азартом уничтожать пехотинцев врага, более не прикрытых магами. И поплатился за это, когда вдруг выяснилось, что щит вампира уже не прикрывает его. Что-то сильно дёрнуло Дилля — оказалось, вражеская стрела, которая пробила куртку и даже оцарапала руку.

— Тео, где щит? — он обернулся.

Вампир медленно оседал на землю, кошачьи глаза его бездумно смотрели вдаль, а посох выпал из рук. Ран на друге Дилль не заметил, но ведь что-то с ним случилось. Догадка пришла после того, как самого Дилля окутал мрак оков разума. Проклятые демоны, астральная защита исчезла. Скорее всего в тот момент, когда впервые не выдержал нагрузки его магический щит. Щит Дилль восстановил, а про астральную защиту в пылу битвы забыл.

Выругавшись, он переместил разум в астрал. Так и есть, разум Тео окутан матовой сетью. Дилль при помощи драконьей ярости освободил Тео, восстановил защитный полог и вернулся в реальность. Вампир, как пьяный, поднялся и с трудом установил щит.

— Где-то неподалёку настоящий мастер, — прохрипел он. — Я уж думал мне конец — никогда атаки такой силы не испытывал.

Больше астральные атаки не повторились — то ли неведомый мастер отступил, то ли у него просто не осталось сил. К ним подъехал мастер Криан и коротко велел выходить из боя.

Теперь, когда магический прорыв на правом фланге был устранён, ситгарская пехота под вопли сержантов и рёв боевых рогов выровняла строй и начала наступление. Впрочем, далеко продвинуться ей не удалось — тилисцы выдвинули вперёд катапульты. Огромные камни и горящие корзины пробивали длинные тоннели в рядах пехотинцев, оставляя за собой раздавленные, искалеченные и обожжённые тела.

Над шатром генерала Куберта взвились в небо четыре зелёных шара, и один из запасных конных полков начал атаку, обогнув собственный правый фланг. Конницу встретили пехотинцы и длинный ряд телег и фургонов, прикрывавших подходы к катапультам. Ситгарские всадники отчаянно рубились и вскоре им удалось опрокинуть защиту и растащить в стороны несколько фургонов. В место прорыва тилисский командир отправил подмогу в виде трёх сотен кавалеристов, но ситгарцы успели вывести катапульты из строя и перебить обслугу, после чего организованно отступили. Уничтожение катапульт стоило жизни сотне всадников, зато грозное оружие перестало утюжить многострадальный правый фланг.

Первый отряд магов после участия в бою сократился наполовину. Погибли четверо, трое были тяжело ранены, в том числе и Эйгер. Криан, посовещавшись с мастером Мернаэлем, решил пока не делать перестановок — атаковавшие правый фланг маги сильно потрёпаны, а вот против центра и левого фланга тилисцы могут выставить полную команду.

Дилль осмотрел рану и пришёл к выводу, что его куртка пострадала больше него самого. Тео же вышел из боя без единой царапины. Адепты уселись медитировать, чтобы пополнить запас магических сил, когда к ним подошёл Криан.

— Отлично, парни. Вы мне говорили про вашу связку, но я никак не думал, что она будет столь эффективной. Знай я это раньше, не полез бы вперёд вызывать огонь на себя. Так что в следующий раз вы пойдёте основной мишенью.

— Как скажете, мастер, — сверкнул зубами Тео. — Жаль, что вы нас отозвали и не дали как следует повеселиться.

— Видел я как ты под конец веселился, — хмыкнул Криан. — Еле поднялся.

— Астральная атака, — пояснил вампир. — А у Дилля что-то с защитой случилось.

— Я потому и скомандовал отход, — помрачнел Криан. — У тилисцев есть астральный маг, и очень сильный. Он же находился где-то за спинами пехотинцев, но всё же сумел дотянуться до вас. И до меня, кстати.

— А вы…

— Нет, — покачал головой Криан. — Мне астрал недоступен. К счастью, астральные маги такой силы встречаются очень редко, иначе на поле боя других магов попросту не осталось бы. Вполне возможно, что нас атаковал сам гроссмейстер Дево — глава Тилисской Академии. Он, говорят, шагов на двести способен протянуть свою астральную атаку. Поэтому, Дилль, ты больше не будешь участвовать в бою до тех пор, пока не получишь отдельную команду от меня или Мернаэля. Ну и ты, Тео, соответственно, раз уж ваша связка так замечательно работает.

— Какую отдельную команду? — недовольно нахмурился Дилль.

— Если астральный маг тилисцев переместится, к примеру, на левый фланг и начнёт атаку на наших магов, вы поедете туда и будете вдвоём делать то, что должны делать двадцать ваших коллег. Вы будете резервом магического резерва. Но до той поры ни шагу отсюда. Всё, больше я вас не отвлекаю, медитируйте.

Криан ушёл, а Дилль и Тео уселись прямо на землю и принялись шептать мантры спокойствия и концентрации. Постепенно шум, крики, взрывы, рёв горнов, лязг оружия и ржание лошадей отошли на задний план, становясь всё тише и тише. Дилль будто погружался в глубокую воду, и чем глубже он опускался, тем тише становились посторонние шумы. Краем сознания он отметил, какого прогресса достиг с тех пор, как начал учёбу. Если вначале его приводил в бешенство удар тремоло-колокольчика, то теперь он не обращает внимания ни на шум, ни на смертельную опасность и спокойно медитирует.

Дилль собирал эрги, чувствуя, как пополняется растраченный запас. Конечно, можно было бы призвать драконью ярость, которая сама себе служит источником энергии, но после прочтения дневника Адогорда он старался прибегать к ней не слишком часто. Тем более, что долгое использование драконьей ярости приведёт либо к потере сознания, либо в перегоранию, как это уже бывало.

Закончив медитировать, Дилль посмотрел на поле боя. Две армии по-прежнему рвали друг друга на части, и ситгарские войска постепенно оставляли позиции. Тилисский командующий двигал свои войска, перемешивал их, наносил удары то конницей, то пехотой, то перемещал стрелковые полки на ослабевший фланг. Генерал Куберт реагировал на угрозы и принимал контрдействия, после которых атаки тилисцев либо захлёбывались, либо не приносили критического ущерба.

Тилисские маги предприняли массовую воздушную атаку, и на левый фланг ситгарцев понеслось большое мутное облако. Тилисская пехота организованно начала сдвигаться в сторону, чтобы не попасть под удар собственных магов. Изрытая копытами коней трава жухла там, где над ней прошло это облако. Мастер Мернаэль с командой магов сумел не только остановить атаку, но и обратить её вспять. Тилисцы, поняв, что дальше облако не продвинется, уничтожили собственное магическое детище — на этом месте осталась только выжженная до черноты земля и обугленные трупы тилисцев и ситгарцев, павших ранее в рукопашной.

Солдаты с обеих сторон давно устали. Передовые части, рубившиеся с противником, менялись с резервными уже не меньше пяти раз. Постепенно схватки стали стихийно прекращаться по обоюдному молчаливому согласию сторон. Некоторые даже садились друг напротив друга и вяло обменивались оскорблениями, к более активным действиям не переходя. Дилль видел, как тилисские командиры бегают меж уставших солдат и пинками пытаются поднять их в бой. Ситгарские командиры делали то же самое, впрочем, без особого успеха. Дилль, конечно, понимал военных, но также он понимал и то, что невозможно долго махать мечом и не устать. Сам он, к примеру, выдерживал минут пять боя, после чего сердце начинало бешено колотиться, а рука отваливаться от усталости. Тео легко выдерживал больше трети часа быстрого непрерывного боя, а Гунвальд, к примеру, был ещё