Флагман штурмовой авиации - Семен Донченко

Воздушные стрелки старший сержант Е. Репа и сержант А. Мамонтов короткими прицельными очередями заставили умолкнуть одну за другой зенитные установки.

Через тридцать минут штурмовики старшего лейтенанта В. Андрианова держали курс на свой аэродром.

* * *

А несокрушимый вал наступления катился все дальше. Уже все правобережье Нейсе, от устья до города Пенциг, контролировалось войсками правого крыла нашего фронта. Только на левом фланге ударной группировки, где наступали соединения 3-й гвардейской танковой и 52-й армий, не удалось овладеть городом Гёрлитц. Противник стянул сюда крупные силы и остановил наступавших на рубеже Пенциг, Лаубан.

Стремясь не допустить прорыва войск фронта к Нейсе, гитлеровцы перебрасывали из района Штрелена в полосу северной группировки моторизованную и танковую дивизии. И одну за другой бросали в контратаки.

Мне было приказано остудить их пыл большой группой штурмовиков.

Двадцать четыре "ила" повел на задание капитан О. Чечелашвили. Цель они обнаружили довольно быстро. В небольшой ложбине, покрытой густым кустарником, затаились танки. Неподалеку - артиллерия, у пушек, на артиллерийских позициях, находилась и обслуга.

Без каких-то маневров Чечелашвили атаковал орудия, его действия повторили летчики А. Кротов, П. Блинов, Н. Бахмацкий. На месте артпозиций остались только черные воронки, перевернутые, покореженные пушки да присыпанные землей трупы вражеских артиллеристов.

Теперь настал черед танков. В тот момент, когда группа разворачивалась для повторного захода, на звено лейтенанта Е. Ярлыкова напал вражеский истребитель. Поспешно открыв огонь снизу, фашистский летчик сделал "горку". Но воздушный стрелок старший сержант Е. Репа воспользовался мгновением, когда гитлеровец завис. Одной короткой очереди для него оказалось достаточно. В этом же бою еще двух "мессеров" вогнали в землю воздушные стрелки сержанты А. Мамонтов и Г. Костин.

Штурмовиков Чечелашвили сменили группы старших лейтенантов Н. Столярова и И. Михайличенко. Обе штурмовали танковую колонну.

В этот же день на свой счет записали два "фокке-вульфа" и старший лейтенант В. Андрианов со своим ведомым младшим лейтенантом В. Пузаткиным.

К сожалению, радость выигранных поединков с коварным врагом омрачилась гибелью боевых товарищей.

В 142-м гвардейском штурмовом авиаполку не стало Героя Советского Союза капитана Геннадия Петровича Александрова, воспитанника Ворошиловградской авиационной школы пилотов. При постановке дымовой завесы был сбит штурман 140-го гвардейского полка майор Николай Миронович Горобинский. Геройски погиб, направив свою машину на скопление танков и бронетранспортеров противника, командир 143-го гвардейского полка майор К. В. Абухов, посмертно удостоенный высокого звания Героя Советского Союза.

В их лице корпус потерял самоотверженных и стойких воздушных бойцов-коммунистов, которые в любой ситуации проявляли командирскую распорядительность, хладнокровие и несокрушимую волю к победе.

В нашем корпусе было десять пилотов - мужественных и бесстрашных соколов, закончивших свой славный ратный путь подвигом. Назову их поименно: П. Битюцкий, И. Винокуров, Я. Фесенко, П. Крытов, С. Бородкин, М. Боков, М. Хохлачев, Б. Шубин, П. Иванников, К. Абухов. География их подвига Калининская область, Смоленщина, Белгородщина, Львовщина, Польша, Германия.

Прорываясь сквозь шквал зенитного огня, вступая в отчаянные поединки с неприятелем, они много раз выходили победителями. Но война есть война... Вспыхивали израненные стальные птицы, затихал голос моторов. Можно спастись, выпрыгнуть из пылающей машины, но ведь там, внизу, - враг. И тогда приходило решение: остается еще одно средство борьбы. Да, пилот безоружен, если иссяк запас снарядов и бомб. Беззащитен, если остановился мотор. Слаб, если ранен. Его оружие теперь - высокое мужество и высшая мера преданности долгу. А средство борьбы - таран!

Взорванные переправы, выведенные из строя аэродромы, разбитые танки и зенитки, исковерканные в воздушной схватке вражеские самолеты - вот что несли врагу гастелловцы и талалихинцы!..

Их не провожали в последний путь прощальным салютом. У них нет могил. Но они навсегда остались в памяти однополчан, близких и родных, своего народа, ибо даже самой своей смертью беспощадно разили врага.

Я назвал десять отважных соколов, ступивших в бессмертие. Об одиннадцатом хочу рассказать подробно.

...При штурмовке немецкой танковой колонны под Обоянью в самолет старшего лейтенанта М. Забненкова попал зенитный снаряд. У него было время воспользоваться парашютом, выброситься из горящей машины. Но Михаил резко дал ручку от себя, направив машину на скопление вражеской техники.

С того трагического июльского дня прошло немало времени. Но товарищи Михаила по 155-му гвардейскому штурмовому авиаполку мстили за смерть любимого командира и здесь, в небе Германии.

Трудно передать словами, описать лица и чувства боевых товарищей Михаила, когда в полку появился... сам Забненков.

Да, Михаил остался жив. За какое-то мгновение до того, как его самолет врезался в фашистскую колонну, взорвались бензобаки "ила", и летчика выбросило из кабины...

Сколько пролежал без сознания - не помнил. Очнувшись, закопал под яблоней свой партийный билет и ордена - Красного Знамени и. Отечественной войны 1-й степени.

Случилось то, чего страшился Забненков больше всего. Он снова впал в забытье. Его обнаружили, бросили, как куль соломы, в повозку и привезли в какое-то село. Ночь он провел в сарае под замком. Наутро в той же повозке раненого отправили в Томаровку, потом - в Борисовку. Швырнули в железнодорожный вагон и вскоре повезли.

Так начались скитания Михаила по концлагерям: Харьков, Шепетовка, Славута, Холм...

Во второй половине августа 1944 года из концлагеря Сувалки бежали двенадцать человек. В их числе был и Михаил Забненков. Вскоре он снова вернулся в родную полковую семью. И опять его краснозвездный "ильюшин" яростно громил ненавистного врага, уничтожал его технику, склады, железнодорожные составы. На груди мужественного летчика заалел еще один орден - Красного Знамени.

Наступившая перед Берлинской операцией пауза была заполнена напряженной учебой в корпусе: штабы проводили летно-тактические конференции, военные игры, летный состав изучал по фотоснимкам, схемам, макетам объекты штурмовок, отрабатывал вопросы взаимодействия с наземными войсками, в основном с танковыми и механизированными корпусами, для чего летчики встречались с танкистами и пехотинцами.

Берлинская операция предполагалась последним актом в Великой Отечественной войне против фашизма и гитлеровских сателлитов в Западной Европе. Чтобы овладеть Берлином, требовалось провести подготовку операции в кратчайшее время.