Хроники Амбера. Книги Мерлина (авторский сборник) - Роджер Желязны

– Да, вообще-то ничего страшного. Он наведывается иногда к врачу, и сегодня у него день обследования и процедур. В прошлом месяце у него случилось своего рода расстройство. Амнезия продолжалась пару дней, и врачи, кажется, не могут докопаться, чем она вызвана.

– Печальное известие.

– Однако, рентген не показал никаких повреждений – он не ударялся головой или еще чем-нибудь. И теперь с ним, кажется, все в порядке. Врачи говорят, что он, вероятно, скоро будет вполне здоров. Но они хотят еще немного понаблюдать за ним. Вот и все, – внезапно, словно осененная вдохновением, она спросила: – А как он вообще показался тебе, когда ты разговаривал с ним?

Я предвидел этот вопрос, поэтому не колеблясь ответил:

– Когда мы с ним болтали, он казался вполне здоровым, – ответил я. – Но, конечно же, я не знал его прежде, и поэтому мне трудно судить, какова норма его поведения.

– Понимаю, что ты имеешь в виду, – проговорила она. – Ты хочешь, чтобы он позвонил тебе, когда вернется?

– Нет. Я собираюсь уезжать, – сказал я. – И не уверен, что скоро вернусь. Возможно-то ничего, в общем и нет. Как-нибудь позвоню еще раз.

– Тогда ладно. Я скажу ему, что ты звонил.

– Спасибо. До свидания.

Этого я почти и ожидал. После Мег. Поведение Джорджа под конец нашей последней встречи было довольно странным. Беспокоило меня то, что он, кажется, знал, кто я такой на самом деле, а также знал об Эмбере, и даже хотел последовать за нами через Карту. Впечатление создавалось такое, будто он и Маг подверглись какому-то странному гипнозу.

В связи с этим на ум сразу же приходит Ясра. Но впрочем она, кажется, является союзницей Люка, а Маг предупреждала меня насчет Люка. С чего бы это она стала делать, если ей каким-то образом управляла Ясра? Такой вывод не имел смысла. Кто еще из тех, кого я знаю, способен так повлиять на людей?

Хотя бы Фиона. Но, впрочем, она позже участвовала в моем возвращении в это Отражение из Эмбера и даже увезла меня после моего вечера с Мег. И казалась ничуть не меньше озадаченной ходом событий, чем я.

Дерьмо… В жизни встречается достаточно дверей, которые не открываются, когда вы в них ломитесь, и размещены они попеременно с теми, которые открываются тогда, когда тебе этого совсем не хочется.

Я вернулся и постучал в дверь спальни, и Флора разрешила мне войти. Она сидела перед зеркалом и накладывала косметику.

– Как твои дела? – спросила она.

– Не ахти. На самом-то деле совершенно неудовлетворительно, – я коротко изложил ей результаты своих звонков.

– Так что же ты собираешься делать теперь? – поинтересовалась она.

– Связаться с Рэндомом, – ответил я, – и ввести его в курс дела. Мне кажется, он отзовет меня в Эмбер и пожелает выслушать все подробности. Поэтому я зашел попрощаться и поблагодарить за помощь. Извини, если я расстроил твой роман.

Она пожала плечами, все еще сидя спиной ко мне и разглядывая себя в зеркало.

– Не беспокойся…

Конца ее фразы я не расслышал, хотя она продолжала говорить. Мое внимание резко отвлекла попытка контакта через Карту. Я настроился на прием и подождал. Ощущение усилилось, но присутствие вызывавшего не обнаруживалось. Я отвернулся от Флоры.

– Мерль, что это? – услышал я затем ее голос.

Я поднял руку, сделав ей знак помолчать, так как ощущение интенсифицировалось. Казалось, я вглядывался в длинный черный туннель, в противоположном конце которого ничего не было.

– Не знаю, – ответил я Флоре, вызвав Логрус и взяв управление одним из его ответвлений. – Призрак? Это ты? Ты готов поговорить? – спросил я.

Ответа не было. Я почувствовал холодок, все еще оставаясь в состоянии ожидания. Никогда раньше я не испытывал ничего подобного. Надвигалось сильное ощущение, что если я сдвинусь, меня куда-то переправят. Не было ли это вызовом? Западней? Что бы это ни было, я решил, что только дурак принял бы такое приглашение от неизвестного. После того, что я узнал, концом туннеля вполне могла оказаться Хрустальная пещера.

– Если что-нибудь нужно, – сказал я, – тебе придется сделаться видимым и обратиться ко мне. Я перестал ходить на свидания с завязанными глазами.

Тут просочилось ощущение присутствия, но никаких намеков на личность вызывавшего.

– Ладно, – сказал я. – Я не пойду, а у тебя нет сообщения. Единственное, что мне еще приходит в голову, это то, что ты просишь провести тебя ко мне. Если это так, проходи.

Я протянул пустые с виду руки, но с незаметной удавкой, выползающей на боевую позицию по правой руке, и с невидимой, но смертельной логрусовой молнией в правой. Это был один из случаев, когда вежливость требовала применения профессиональных навыков.

В темном туннеле, казалось, послышался тихий смех. Однако, он, конечно же, был только мысленной проекцией, холодный и бесполый.

– ТВОЕ ПРИГЛАШЕНИЕ КОНЕЧНО, ХИТРОСТЬ, – дошло затем до меня. – ИБО ТЫ НЕ ДУРАК. И ВСЕ ЖЕ, Я ДОПУСКАЮ, ЧТО ТЫ СМЕЛ, РАЗ ТАК ОБРАЩАЕШЬСЯ К НЕИЗВЕСТНОМУ. ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ, С ЧЕМ СТОЛКНУЛСЯ, И ВЕС ТАКИ ПОДЖИДАЕШЬ ЕГО. И ДАЖЕ ПРИГЛАШАЕШЬ ЕГО.

– Предложение все еще остается в силе, – сказал я.

– Я НИКОГДА НЕ СЧИТАЛ ТЕБЯ ПО-НАСТОЯЩЕМУ ОПАСНЫМ.

– Чего ты хочешь?

– ПОСМОТРЕТЬ НА ТЕБЯ.

– Зачем?

– МОЖЕТ БЫТЬ, НАСТУПИТ МОМЕНТ, КОГДА Я СТОЛКНУСЬ С ТОБОЙ ПРИ ИНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.

– При каких обстоятельствах?

– Я ЧУВСТВУЮ, ЧТО НАШИ ПУТИ ПЕРЕСЕКУТСЯ, ТАК КАК ВЕДУТ К ОДНОЙ ЦЕЛИ.

– Кто ты?

Снова смех.

– НЕТ. НЕ СЕЙЧАС. ЕЩЕ РАНО. Я ХОЧУ ВСЕГО ЛИШЬ ПОГЛЯДЕТЬ НА ТЕБЯ И ПОНАБЛЮДАТЬ ЗА ТВОИМИ РЕАКЦИЯМИ.

– Ну, достаточно полюбовался?

– ПОЧТИ.

– Если наши пути пересекутся, то пусть это столкновение произойдет сейчас, – бросил я. – Я хотел бы убрать тебя с дороги и заняться кое-какими военными приготовлениями.

– ЦЕНЮ ВЫСОКОМЕРИЕ. НО КОГДА ПРИДЕТ ВРЕМЯ ВЫБОРА, ВЫБИРАТЬ БУДЕШЬ НЕ ТЫ.

– Я готов и подождать, – я осторожно протянул вдоль туннеля логрусов отросток.

Ничего… Мой зонд не обнаружил ничего…

– ВОСХИЩАЮСЬ ТВОИМ ВЫСТУПЛЕНИЕМ. ВОТ!

Что-то понеслось в мою сторону. Магическое продолжение моей руки уведомило меня, что оно мягкое, слишком мягкое и несвязанное, чтобы причинить мне какой-то настоящий вред – большая прохладная масса, переливающаяся разными цветами…

Я не отступил и протянул манипулятор сквозь нее – за ее пределы, дальше, еще дальше, почти дотянувшись до источника. Я встретил что-то осязаемое и все же податливое; может быть тело, а может, и нет; слишком крупное, чтобы мгновенно рвануть его к себе.