Эйта - Варвара Лунная

— Ешь давай, — приказал Лавр. — Улыба вон тоже много чего в жизни перенесла, но на людей от этого бросаться не стала.

— Ты прости, Улыба, но тебе и сотой доли того что она пережила не выпало, — возразил Титавр и снова принялся есть.

О том что случилось у озера Любава, Хрут и он со Ставром, не сговариваясь, никому рассказывать не стали. Переломанные рёбра гостьи объяснили почти как было, мол она Ставра убить хотела, Любава вмешалась, а вот про то что колдунья в отчаянии кричала, между ними так и осталось. Титавр только Весняне передал, что Эйта Ставра заколдовывала и по её вине он княжну потерял. Девушке и другие про то говорили, но слова Титавра стали решающими, она нашла Ставра и без лишних слов на шею ему бросилась. С тех пор их порознь и не видел никто. Даже князь смирился, что внуками у него кентаврята будут.

— И что же ей такого выпало? — заинтересовался Лавр.

— Сама расскажет, коли нужным сочтёт, — ушёл от ответа кентавр. — Лавр, а ты не можешь меня в дозор заменить кем‑нибудь. Пожалуйста.

— И не вздумай, — всполошилась Улыба. — Наоборот, зашли его к границам, да наподольше, глядишь, на расстоянии дурь‑то из головы выветрится.

— Добрая ты, — вздохнул Титавр.

— О тебе, дурень, забочусь, — женщина легонько ткнула кентавра в затылок ладонью. — Погубит тебя ведьма эта. И почему её князь только в городе держит?

— Болеет она, — вступился за князя Лавр. — Любава ей за Ставра несколько рёбер переломала.

— Лучше бы совсем убила, — буркнула женщина. — Никто бы плакать не стал.

— Прекрати, Улыба, — вздохнул Лавр. — Нельзя так.

— А как можно? Она сына нашего едва не погубила, она вам всем смерти хотела?

— Сын ваш сам на неприятности нарывался, — усмехнулся Титавр. — А что до того что убить хотела, так не убила же. Кстати, Лавр, а про колдуна ей рассказали? Ну про того, что так удачно к тем кентаврам, что село её вырезали, приблудился.

— Не знаю, — ответил Лавр. — Княгиня боится, что если расскажут, то она всех колдунов по имени Третьяк перебьёт, не разбираясь.

— Странно это, — Титавр доел и отодвинул тарелку. — Если дело и вправду в колдуне, то зачем ему это надо было? Не забавы же ради он столько людей погубил?

— Кто теперь скажет? — вздохнул Лавр. — Тиор говорил, тот колдун тогда уже не очень молодым был, может теперь и в живых его уж нету.

— Никто не скажет, — вздохнул Титавр. — Ладно, пойду я.

Титавр ушёл, а Улыба присела на скамью, рядом с мужем.

— Лавр, ну хоть бы ты его вразумил, — со вздохом сказала она.

— Да как же это сделать? — кентавр обнял жену. — Ну не могу я же запретить ему её любить. Сердце, оно же не выбирает.

— Но она же…, — женщина покачала головой и тяжело вздохнула.

— Она скоро уедет, — сказал Лавр. — И Титавр успокоится. Попереживает немного и дальше жить начнёт.

— А если он за ней пойдёт?

— Не пойдёт, у него дети. И не трогай ты его по этому поводу больше, ему и так плохо. Тяжело это любить безответно.

Титавр от Лавра пошёл домой, но детей там не оказалось.

— Лавиавра и Татиавра Божена забрала, — сообщила ему соседка, под присмотром которой мальчишки оставлены были. — Сказала, ты разрешил. Они рады были, поэтому я отпустила. Они очень просили, — добавила женщина, заметив что Титавр недоволен

— Хорошо, спасибо, — кентавр вздохнул и направился к городу. Уж сколько раз он просил не отпускать детей с Боженой. Всё было бесполезно. Почти все женщины в поселении просто таки страдали навязчивой идеей женить Титавра, и Божена казалась им очень подходящей партией. Кентавр вошёл в городские ворота и с тоской посмотрел в сторону княжеского терема, сейчас он туда пойти не мог, он обещал сыновьям, что погуляет с ними в лесу дриад. Те как раз проснулись от зимней спячки, и его сорванцам не терпелось повидаться с приятелями. Титавр уверенно направился к домику Божены.

— Ой, а вот и папа наш пришёл, — радостно сообщила девушка, завидев кентавра. — Титаврушка, кушать будешь? Мы уже пообедали, ну да я тебе оставила.

— Я у Лавра поел, — Титавр осторожно, чтобы не сломать калитку вошёл во двор. — Ты зачем мальчишек из дома увела? — спросил он. — Я же не просил.

— Им у меня лучше, — возразила Божена, теребя конец косы. — Дома они одни, мало ли случится что, а тут я смотрю.

— За ними и там смотрели, — буркнул Титавр. — Ладно, на вот, — он достал из кошеля на поясе монетку.

— Убери, — Божена замахала руками. — Не возьму я у тебя денег.

— Я нянькам всегда плачу, — Титавр сунул монетку девушке в руку. — К тому же ты на обед им потратилась. Лавиавр, Татиавр, пошли к дриадам, — крикнул он и мальчишки, до этого старательно разбиравшие Божене аккуратно сложенную поленницу, всё побросали и бросились к выходу. У калитки они, в отличие от отца, особо не притормаживали. Титавр поморщился.

— Я позднее загляну, всё поправлю, — пообещал он. — И дрова не трогай, сложу то что раскидали.

— Зайди, — согласилась Божена. — Как нагуляетесь, заходите, я блинчиков напеку.

— Не надо ничего печь, — Титавр опустил глаза. — И спасибо ещё раз, — он вышел на улицу, где уже нетерпеливо цокали копытами его мальчишки.

— Ну до ворот шагом, а там наперегонки, — предложил он, и кентаврята радостно закивали. – Шагом, я сказал, — Титавр улыбнулся, потому что мальчишки, толкая друг друга, бросились к воротам. Сам кентавр шёл не торопясь, за детей он не волновался, они у него давно самостоятельными были, да и в городе было безопасно, знал он, никто малышей не обидит. Вот за городом смотреть внимательнее надо, особенно у озера, потому что в прошлом году Лавиавр чуть не утоп, пытаясь брату доказать, что он смелый и ничего не боится. Когда Титавр подошёл к воротам, дети терпеливо ждали его.

— Раз, два, три, — скомандовал Татиавр и тут же рванул с места.

— Так нечестно, — завопил Лавиавр и бросился догонять.

— Помоги мне, боги, — улыбнулся Титавр и поскакал за сыновьями.

Они добежали почти до самого озера, а потом скакавший впереди Лавиавр резко остановился и бросился обратно, по пути останавливая брата.

— Папа, там она, — зашептал он испуганно. — У воды сидит, с русалкой.

— Кто она? — не понял Титавр, обнимая сына.

— Ведьма та злая, — с широко открытыми глазами сообщил кентавренок.

— Она давно там сидит, — к кентаврам подошёл Елей, один из дриад. — С нечестью озёрной общается. Я в город к колдунам уж посыльного отправил. А вот и он, лёгок на помине.

— Елей, что у вас тут? — спросил запыхавшийся Весел. — Она всё ещё там?

— Да, — кивнул дриад. — Сидит.

— А не рано ей гулять так далеко? — обеспокоенно спросил Титавр. — Болеет ведь.

— Да разве она кого слушает? — вздохнул Весел. — И будто глаза всем отвела, никто и не заметил как ушла.