Вторая Советско-финская война, 1941 год - Анатолий Овчинников

силы, финны умудряются прорвать оборону 142-й сд на фронте до 20 км в ширину и до 12-15 км в глубину. А эта глубина прорыва означала примерно такое же оставшееся расстояние от этой новой линии фронта до берегов Ладожского озера. Мало того, при этом финны умудрились окружить один батальон 461сп. Лишь 7 июля с помощью разведбата 168-й сд (разведбат, вообще-то, предназначен не для наступления и обороны, но, видимо, он оказался единственным боеспособным подразделением в дивизии) и группы из 260сп 168-й сд положение было хоть как-то стабилизировано. До 10 июля более в приграничной зоне финны себя не проявляли [2].

Вернемся к событиям в районе г.Энсо. После приграничной стычки с отбрасыванием финских батальонов обратно на их территорию наше командование решает провести на этом направлении свою разведку боем, которая в ЖБД-19 стрелкового корпуса была названа танковой разведкой. Так сказать, после первого хода «белых» следует ответ «черных» (то есть красных). Там же на дороге от Энсо через границу в направлении финского г.Иматра (город на восточном берегу системы широких озер) 1 июля по плану штаба армии выдвигается танковый батальон (порядка 40 танков Т-26 и БТ) из 41тп 21тд 10-го мехкорпуса. Танковый поход поддерживала пехота и артиллерия из 115сд. Задача: дойти до Иматры, разгромить и уничтожить все, что попадется по пути, по возможности закрепиться на достигнутых рубежах. Эта ударная группа, не встретив сопротивления, сходила за кордон и вернулась почти без потерь, но при этом, как ни странно, не «закрепилась на достигнутых рубежах» [4]. Вырисовывалась перспектива: занять большими силами Иматру, перерезав тем пути сообщения и снабжения противостоящих финских сил и далее, используя данный плацдарм, развивать наступление на северо-восток и юго-запад уже по финской территории.

Но! Уже 2 июля обстановка на правом фланге 23 армии обострилась: началось то самое вышеупомянутое наступление финнов двумя полками на Ристалахти (это километрах в ста севернее направления на Иматру). Не разобравшись в обстановке и не представляя какими именно силами враг перешел в наступление, командарм Пшенников отправляет остатки 41-го танкового полка (40 танков – еще один батальон) на, как тогда казалось, более угрожаемый участок – под Ристалахти. Но при этом второй танковый полк 21-й тд (24тп) все еще оставался под Энсо и уже одним своим батальоном принимает участие во второй экспедиции от Энсо на Иматру. Сюда же были подтянуты целых четыре артдивизиона, которые произвели бесцельный и бессмысленный мини-артналет по «предполагаемым целям», выпустив всего 50-60 снарядов (практически по одному на ствол) [4]. Это – ничто!

Танки пошли без разведки (а что – позавчера-то прошли без сопротивления), пехота прибыла с опозданием, а вот финны, встревоженные предыдущим «наездом» на Иматру и осознавая, чем это может им грозить, подтянули на угрожаемый участок дополнительные силы и встретили танковую колонну на узкой лесной дороге – к тому же без сопровождения пехоты – в своем фирменном стиле: обошли по лесу с флангов и атаковали танки «подручными средствами»– гранатами и бутылками со смесью. Мало того, выдвинутый из нашего тыла танковый резерв (еще один батальон 24тп), уткнувшись в свою же стоявшую на дороге колонну (в сумерках и не разобравшись) открыл огонь по КП мотострелкового полка. Итог этой «битвы за Иматру»: 160 убитых и раненых с нашей стороны, в основном, от собственного оружия. Наутро оставшиеся неповрежденными танки было решено убрать в места расположения [4]. Так закончилась единственная наступательная операция 10-го мехкорпуса РККА в лесной финской глуши. На следующий день поступил приказ Генштаба о переброске остатков 10мк на южный берег Финского залива обратно под Гатчину (опять же своим ходом).

«Остатки» мехкорпуса – это две танковые дивизии (4 танковых полка) с наличием боеготовых танков всего в 120-150 шт. из первоначального количества в 400 бронеединиц прибывшего под Выборг контингента. Напомним, что сразу по прибытии 10-го мехкорпуса в распоряжение 23 армии, командарм Пшенников начал «выдергивать» из корпуса по взводу-роте танков в распоряжение стрелковых дивизий, а 10 бронеавтомобилей отправил для охраны штаба армии. Так броневой кулак превратился в растопыренные пальцы, а 10-й мехкорпус растворился в Карельских лесах еще до боя.

Насчет контрнаступления (танковой разведки) в районе Энсо в ЖБД-19ск [5] есть такие «говорящие» записи:

«02.07.41г. 7-30… части 142сд к действию не готовы из-за отсутствия у танков автола…

9-35. …прибывшие танки к действию не готовы (не заправлены);

10-15. По поводу неприбытия танков в срок из 115сд начштаба115сд доложил: водители не обучены, техническое состояние машин плохое, идут медленно (это еще до соприкосновения с противником – авт.);

14-45. Танковая группа, достигнув рубежа 107,5, встретив инженерные препятствия, возвращается обратно (!!! – авт.);

03.07.41г. 15-45. Танковая группа… начала действовать в 13-05 в направлении Энсо-Иматра. В 15-40 группа достигла рубежа 107,5 (во второй раз – авт.), встретила инженерные заграждения и огневое сопротивление». Конец цитаты.

Почувствуйте разницу: если в первом походе помешало только заграждение, то во втором появилось «огневое сопротивление», то есть финны подтянулись на угрожаемый участок и начали огрызаться. Эти несколько строк из боевого журнала стрелкового корпуса в определенной мере приоткрывают завесу над загадкой катастрофы танковых войск РККА на Западном и Северо-Западном (да и Юго-Западном) фронтах в первые же дни войны. Такая вот была «готовность» к войне на Северном фронте, войне, которая к тому времени, на минуточку, полыхала уже десять суток. Враг предоставил в данном районе достаточно времени для подготовки к боевым действиям, но все равно, все равно не оказалось ни четкого руководства, ни координации, ни связи, ни снабжения, ни… и т.д. А представьте, что творилось на западных границах СССР при действительно тактически неожиданном немецком нападении утром 22 июня!

19.2. 168сд в составе 23 армии на Сортавальском направлении в июле-августе 1941 г.

Состав дивизии: три стрелковых полка – 260сп, 402сп, 462сп; два артиллерийских полка – 453ап и 412гап. Орудий калибром свыше 76мм – 76 единиц, минометов калибром от 80мм – 60 штук, бронеавтомобилей – 10, о наличии или отсутствии танков сведений нет. Полоса обороны дивизии – 62 км. По приказу штаба 7 армии дивизия по предвоенным планам с 22 июня выдвигалась к границе и занималась оборудованием оборонительных рубежей (данные из Википедии).

Бои в полосе обороны дивизии начались только 10 июля. Приведем интересную запись из ЖБД-462сп от 11 июля: «Во время боя в тылу у противника были случаи, когда финские солдаты сдавались в плен, но ввиду того, что 5 стрелковая рота была под обстрелом, то все они расстреливались на месте». Такая вот Гаагская конвенция.

В