Не верь мне (СИ) - Евстигнеева Алиса

-Дома другой одежды не нашлось? – недовольно проговорил Игорь, резко переключившийся с телефонного разговора на мою скромную персону.

-Что вы все к моим шортам привязались? Ты видел в чём у тебя пиарщики ходят? – беззлобно возмутилась я.

-Им положено, они продавать должны уметь, в том числе и себя. А тебе нельзя. Или же это попытка пройти кастинг в гоу-гоу?

-Меня не возьмут.

-А что так? – вроде как даже неподдельно удивился он.

-Параметры не те. Да и по возрасту вышла уже из кондиции.

Плюсом двое детей. Почти бывший муж. И лысая морская свинка, которая как никто другой умела пускать в мою сторону презрительные взгляды. А ещё куча пуританских установок и комплексов. В общем, нельзя мне было в гоу-гоу.

Думала, что Игорь обязательно выкинет какую-нибудь подколку на мой счёт, но он удивительно серьёзно заявил:

-Вот и одевайся тогда, в соответствии с возрастом и статусом.

Стало обидно. Даже несмотря на то, что я первая про возраст заговорила. Но неожиданно для себя почувствовала себя старой и… отчего-то неинтересной.

-Каким статусом? Маше же ты не указываешь как одеваться?

-Машке можно, тебе нельзя, - как нечто само собой разумеющееся заключил он.

Я насупилась, но эмоции сдержала. Пусть думает, что  хочет.

-Оль, давай начистоту. Тебе вообще здесь не место.

Напряжение тут же вытеснило всякую обиду, потому что совершенно неожиданно у меня на горизонте замаячило… увольнение? Ибо как иначе объяснить последнее заявление Игоря я не знала. Непонимающе смотрела в его сторону, а сама боялась спросить прямо, переживая, что собственное предположение окажется верным.

Игорь не спешил подтверждать или опровергать мои догадки, нарочито медленно перекладывая вещи на поверхности своего рабочего стола, будто бы издеваясь надо мной. Пауза затягивалась, пока это всё само не надоело ему.

-Измайлова, ты слишком другая для этого места. Замороченная, с кучей проблем… Ну знаешь, таких настоящих, живых проблем, человеческих. Вся такая честная и гордая. Правильная, что ли. Таким как ты сложно в этой жизни, вечно совестью из-за чего-то мучаешься. Само то для ночного клуба, не находишь? - в конце концов съязвил он.

-Знаешь, когда тебе семью содержать надо, особо не задумываешься о том, что и кому подходит, - почти с вызовом подметила я, крепко сжав зубы. Хорошо судить со стороны. А когда у тебя в жизни одиннадцать классов образования, неоконченное высшее, и двое мелких на руках, для которых хочется только лучшего. Тогда ещё и не такими принципами поступишься.

Игорь с прищуром глянул на меня, словно подвергая сомнению мою пламенную речь.

-Сама-то веришь в то, что говоришь? – с неподдельным скепсисом в голосе уточнили у меня. -  Оль, ты давно уж переросла всё это. Подумай.  Лично у меня к тебе претензий ноль. Но… всё это не проходит бесследно, и такие места затягивают. Если не веришь мне, присмотрись к себе с Никитой, свет его, Алексеевичем.

-Это тут при чём?

-А при том, что это вообще на тебя не похоже.

-Это только моё дело! – уже напрямую злилась я, чуть не уронив планшет, что лежал у меня на коленях.

Игорь устало вздыхает.

-Не моё. Но я тебе лучшего желаю.

-Спасибо. За. Заботу, - чеканю я каждое слово. – На этом всё? Если есть замечания по поводу моих трудовых обязанностей, то готова выслушать, если нет, то я пойду. Дела, знаете ли, Игорь Андреевич.

Игорь подозрительно мягко улыбается, будто принимая моё раздражение.

-Лучше б ты меня послушала. Но ладно, проехали. Я тебя чего звал. 31го в день работаешь. Ночью Маша за тебя.

Не знаю, чего я в этот момент ожидала от нашего разговора, но явно не сего поворота событий. Или же это был такой толстый намёк на то, что вали отсюда Оля, мы и без тебя прекрасно справляемся.

-Почему? – «подобрав челюсть с пола», выдавила я из себя.

-Потому что, - очень ёмко, а главное информативно разъяснил всё Игорь.

-Но Маша в прошлый Новый год отпахивала, в этом году я по плану шла.

-Ну значит, перешла. Ты же мать! Считай что это наш подарок твоим спиногрызам. Или как ты там их зовёшь? – намеренно грубил он мне, видимо желая расшевелить.

-Это нечестно. По отношению к Маше.

-Я ей столько денег отвалил, что Лушина теперь будет должна в случае чего тебе свою почку завещать.

-Не смешно!

-Не смешно, - вдруг легко  согласился он со мной. – Но что поделаешь?

Мне нужно было переварить услышанное. Мысли роем крутились в моей голове, а кто-то очень упорно вызывал меня по рации, я даже наушник выдернула.

-К чему это всё? – спросила как в тумане.

-Считай, что забота.

Как-то резко стало неуютно и холодно. Меня даже передёрнуло.

-Цена? Цена твоей  заботы?

Наверное, я хотела его оскорбить. А может быть, наоборот, внутренне содрогалась от мысли о том, что он действительно сейчас назначит свою цену. Но Игорь неожиданно расхохотался, громко и раскатисто. Меня не то чтобы отпустило, но дышать стало проще.

-А ты, однако, учишься, - просмеявшись, заметил он. – Только не там подвоха ждёшь. Считай, что это мой подарок тебе. Могу я хоть раз Снегурочкой себя возомнить, м?

-Сам же говорил, что у всего своя цена, - не унималась я.

-Говорил, но в этот раз вопрос о цене реально не про тебя.

-А про кого?

-Это уже моя проблема. Не забивай свою чудную голову такой ересью. А теперь иди работой, а то ведь действительно можно рассмотреть вопрос о твоей профпригодности, - он не угрожал. Но был в этом всём какой-то далеко непрозрачный намёк.

Из его кабинета я выходила гордо задрав подбородок.

Вечер набирал свои обороты. Люди пребывали, музыка гремела, алкоголь разливался, девочки старательно отплясывали на своих тумбах, а я носилась по клубу, решая различные вопросы, встречая важных людей и следя за тем, чтобы всё было по высшему разряду. И при этом всём старательно игнорируя тонны скабрезных взглядов и десятки неприличных комментариев. Поначалу, пока народ ещё был не сильно пьян, даже получалось, сдержанно отшучиваться и с лёгкостью уворачиваться от излишнего внимания, но в голове уже набатом стучали слова Серёжи. Но поскольку винить мне было некого, за исключением себя, приходилось упрямо сжимать зубы и терпеть.  

Ближе к ночи позвонил Сергей. Крош устраивал им там райскую жизнь и изводил своими капризами. Забилась в подсобку подальше от шума и людей, плотно прижимая трубку к уху и с трудом разбирая детский лепет. Сына что-то тревожило, пришлось долго успокаивать, пробираясь сквозь нагромождения его переживаний и сбивчивых объяснений. Помогло обещание Измайлова отвезти его домой к Моне.

В груди защемило предательское чувство вины, что я опять их бросила. И детей. И Измайлова. В доказательство всему этому в голове из раза в раз покручивалось, заявление Игоря о том, что мне здесь не место.  

-Я справлюсь, - твёрдо обещает мне Серёжа. Так хочется разделить эту его уверенность, но только уже по отношению к самой себе. Что я тоже справлюсь. Со всеми своими закидонами и слабостями, что я смогу вырваться из этой ямы, в которую сама же себя вогнала.

-Знаю. Иначе я бы вас одних не оставляла, - ни чуть не сомневаюсь я в нём, осознавая совершенно неожиданную для себя вещь. Что если доверять, то только ему. Но Серёжа пока не даёт мне углубиться в эту мысль, задавая свой следующий вопрос.

-Ты как?

Что-то есть такое в его вопросе, на что мне самой бы не мешало узнать ответ для начала. Как я? Видимо плохо, раз не понимаю очевидных вещей.  

-Нормально, - перебарываю я своё уныние. – Серёж, у меня работы море. Бежать надо. Отвези детей домой. И если что, звони мне. Вместе думать будем.

Серёжа отключается, а меня окончательно кроет. Я хотела домой. Отчаянно и бесповоротно. Чтобы сидеть с ними со всеми на кухне, пить чай и выслушивать восторженные охи и вздохи относительно нашего лысого мутанта, который так ласково умел жаться в ладонях. Хотелось домой, к Анькиным не по возрасту серьёзным речам, вывертам Кроша и пронзительным взглядам Серёжи. А не вот этого всего.