Буду покорной - Екатерина Орлова

– Она занимается спортом?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что мне кажется, что я сейчас отключусь.

Клим усмехнулся.

– Ты права, чтобы удовлетворять мои аппетиты, нужна хорошая подготовка.

– У тебя всегда такой напор?

Клим внезапно стал очень серьезным и, слегка нахмурившись, задумчиво посмотрел на меня. Я не знала, как трактовать этот взгляд, но что-то подсказывало мне, что ответ должен был быть отрицательный, и все же Клим негромко произнес:

– Да.

Это, надо сказать, так полоснуло по моему сердцу, что, казалось, я могла почувствовать, как оно кровоточит. Но сейчас куда сильнее меня занимал другой вопрос.

– Ты ни разу не воспользовался защитой.

– В каком смысле?

– Мы все время занимаемся сексом без презерватива.

– Долго же в тебе зрел этот вопрос. Ешь, Ника, хватит ковырять в тарелке. Тебе нужно восстанавливать силы.

– Ты не ответил, – упрямо настояла я, но под тяжелым взглядом Клима все же всунула в рот кусочек запеченной рыбы.

– Я чист, поскольку договорные отношения, которые у меня с Аланой, подразумевают регулярные проверки и отсутствие случайных связей.

– Я бы могла назвать нашу связь случайной, – мне снова пришлось забросить кусочек рыбы в рот, потому что Клим выразительно показал взглядом на мою тарелку. – Мы же не заключали никакого соглашения.

– Да, но ты сдала анализы.

– Откуда ты знаешь? – удивленно спросила я.

– Потому что тебя довольно легко просчитать. Как только ты узнала, что твой парень, оказывается, состоит в отношениях не только с тобой, то тут же побежала сдавать анализы. Я прав? – Я медленно кивнула, поражаясь его догадкам. – Учитывая то, насколько спокойна ты была насчет своего здоровья, я предположил, что результаты тебя порадовали. Если у человека находят ЗППП, вряд ли он так спокойно отнесется к прикосновениям и даже присутствию другого человека, потому что ему будет казаться, что даже своим существованием он заражает окружающих.

– Личный опыт?

– Стал свидетелем такого момента. Но я все равно всегда пользуюсь презервативом. Люди иногда лгут и изменяют. Даже преданные рабыни.

– Тогда почему со мной не пользуешься?

Клим сделал глоток сока и посмотрел в сторону.

– Сложно сказать.

– Да ладно, – протянула я. – У Клима Романова отняло речь?

Он метнул в меня напряженный взгляд.

– Пересядь ко мне на диван, Ника, – скомандовал он голосом, которым обычно разговаривал в своей тайной комнате или спальне.

Я качнула головой, не в силах даже произнести твердое «нет». Мне казалось, что я уже была выдрессирована на его команды, как собака. Кожа тут же покрывалась мурашками а между ног сводило от желания.

– Сейчас, Ника, – процедил он сквозь зубы, и я, как марионетка, встала со своего места, чтобы сесть рядом с Романовым.

Он тут же подхватил мои приборы и поставил их передо мной.

– А теперь подними юбку выше.

– Клим…

– Юбку. Выше.

Я потянулась к подолу и подняла его до самого основания бедер.

– А теперь ешь, – приказал он, а сам протянул руку под стол, отодвинул кружево моих трусиков в сторону и начал выводить медленные, ленивые круги по моему клитору.

Я обвела испуганным взглядом зал, боясь, что движения Клима не укрылись от посетителей ресторана. С каждым кругом, который делали его пальцы, у меня все сильнее кружилась голова и краснели щеки.

– Мне нравится твой румянец, Ника, – тихо произнес Клим низким голосом. – Не отрывайся от ужина. Давай, ты должна съесть его.

Я подалась немного вперед и попыталась свести колени.

– Ноги шире, – рыкнул Клим, снова делая глоток из своего стакана. – Ника, шире. Вот так. А теперь ешь и запоминай: дерзить мне можно, но не нужно. Всякое твое действие будет иметь последствия.

– Я не рабыня, – произнесла дрожащим голосом, и в этот же момент Клим ускорил движение пальцев, прижав их крепче к влажной плоти. – Ох.

– Тише, иначе все поймут, чем ты здесь занимаешься.

– Я? Это же ты…

– Помогаю тебе получить удовольствие, – заканчивает он за меня.

Я подняла взгляд и впилась им в официанта, который двигался к нашему столику с чашкой кофе, заказанной Климом. Потрясенно посмотрела на абсолютно спокойного Клима, а потом снова на официанта.

– Как думаешь, догадается? – прошептал мне на ухо Романов. – Благодарю, – это уже официанту, поставившему чашку на стол.

– Клим, прекрати, мне неловко, – попросила я, как только официант отошел от нас.

– Уверена, что хочешь, чтобы я остановился?

Вот теперь мне хотелось кричать, чтобы не смел убирать руку, потому что я уже чувствовала, как меня раз за разом омывает горячая волна удовольствия, готовая выплеснуться в полноценный оргазм. Да, не такой мощный, как от полноценной стимуляции, но все же. Я повернулась лицом к Климу, уткнулась носом в изгиб его шеи и шумно вдохнула, зажмурившись от такого знакомого и мощного мужского запаха. Все мои ощущения обострились, и мир померк, взрываясь яркими красками. А Клим как будто специально удерживал меня на краю оргазма, никак не давая взорваться и мне. Замедлялся, как только начинал чувствовать пальцами зарождающуюся пульсацию. Чертов манипулятор.

– Пожалуйста, – прошептала я, касаясь губами его кожи, – прошу тебя.

– Обещаешь быть тихой? – так же тихо спросил он меня, и я кивнула.

По щеке скатилась одинокая слеза, когда я закусила губу и заскулила так тихо, как только могла, когда мое тело наконец содрогнулось от пронесшейся по нему волны оргазма. Мне было так жарко, что хотелось срывать с себя одежду, чтобы хоть немного облегчить свое состояние. Клим отнял руку и поднес пальцы к носу, шумно вдохнув. Мы просидели так несколько минут, пока я не пришла в себя. Когда я выпрямилась, перед глазами все еще было словно в тумане, острота зрения возвращалась постепенно. Я повернулась к Климу лицом и все, что я видела – это голубые омуты его глаз, в которые меня утаскивала неведомая сила. И да, я уже готова была нырнуть с головой, даже не задумываясь о последствиях.

Я разомкнула пересохшие губы