Владыка Западных земель - Александр Якубович

После этого дело пошло так споро, как это было возможно. За первым столом с весами на помосте появился и второй, и третий. Одни наемники без устали отмеряли по фунту на человека, другие — подносили новые мешки с мукой. Когда закончилась мука, стали раздавать зерно, но и тут люди были рады. Помолоть можно и самому, было бы что молоть! И каждый, кто получал свою долю, проходил мимо жаровни, каждый под моим взором делал подношение Третьей. Это было важно, в первый день оставаться на посту и следить за тем, чтобы мой замысел исполнялся в точности. Эрегор тем временем разбирался с пекарями и трактирщиками, которые хотели получить зерно или муку для изготовления хлеба на продажу. Этим — никаких поблажек, пусть платят.

Я простоял на стылом ветру до самой ночи, пока последний человек из очереди не получил свой фунт и не ушел домой. Это было непросто, но я чувствовал, как магия наполняет мое тело, а демоны — снова подчиняются даже не моей прямой воле, а лишь тени промелькнувшей мысли.

Благодаря дармовым зерну и муке половина Мибензита теперь искренне славит Нильф. Долг за Легион сгинул без следа, а это был лишь первый день, когда горожане делают свои подношения, а Нильф щедро накачивает меня силой. Несколько месяцев, и даже без кровавых жертв я вернусь на пик своей былой силы, и тогда Мордок перестанет быть проблемой.

Дорогие читатели! В среду постараюсь начать четвертый том и тогда же запустить продажи подписки. Вы знаете, что делать:) Спасибо за вашу поддержку.

Глава 22

Суд

Раздача муки шла полным ходом еще неделю, а потом ситуация с продовольствием в городе немного улучшилась.

Мой расчет был прост: в очереди за фунтом в день будут стоять только самые нищие и обездоленные. Рабочий люд, быстро смекнув, что за день можно заработать не на два фунта хлеба, а на все двадцать, предпочел вернуться к труду и стал покупать муку на рынке или готовый продукт у пекарей. Так что когда основной голод в городе был побежден, на рыночной площади осталась только небольшая очередь из стариков, детей и нищих. Но даже их было много, очень много, подношения Нильф продолжались, а моя сила росла с каждым днем.

Зинас договорился со своими собратьями-строителями и по вечерам, после окончания раздачи, наемники заносили чашу алтаря на вершину башни и устанавливали ее на специальном помосте. Огню алтаря был нипочем зимний ветер, стужа, снег или любая другая непогода, и теперь город каждую ночь засыпал под дланью премудрой Нильф.

— Учитель, есть разговор.

Мне пришлось опустить меч. Ранее утро, на улице еще темно, но мои упражнения с оружием никто не отменял. В последние месяцы навалилось слишком много дел и я стал пренебрегать своим обычным распорядком дня, но чем ближе столкновение с Мордоком, тем больше мне стоит упражняться. Сила Нильф приходит и уходит, богиня бывает капризна, а вот сталь меча — не подведет никогда.

— Что такое? — спросил я эльфа, снимая с тренировочного столба свой плащ и устремляясь в цитадель следом за своим учеником.

— Бойцы Дирта подготовили донесение, — сказал Эрегор. — Как я и думал, некоторые жители злоупотребляют возможностью получить что-то бесплатно.

— Насколько сильно?

— Мы заметили минимум несколько банд, которые в день берут на человека по десять-пятнадцать фунтов муки или зерна. Их уже стали продавать в черной Кости по серебряному за мешок. Одним хлебом сыт не будешь. Многим надо платить за комнаты, подати, опять же, никто не отменял. Да и дрова тоже нужны. Так что люди ищут способ заработать.

Я ожидал подобного развития событий, но мне казалось, что основная угроза будет исходить от купцов, которые попытаются опять создать нехватку продовольствия, чтобы взвинтить цены. Стенания гильдии о том, что слишком многие ее члены разорятся к следующему сезону из-за потерь на зерне, достигали управы и цитадели с завидной регулярностью. Но к моему неудовольствию на шею нам сели не зажиточные купцы, а чернь Мибензита.

— Если все продолжится с подобной скоростью, то наши запасы иссякнут к началу лета, — продолжил Эрегор. — А вы сами понимаете, пока не созреет новый урожай…

— Понимаю, — кивнул я. — Этот вопрос надо решать. Но мы не можем взять на содержание всех городских нищих и неимущих.

— Не можем, — согласился Эрегор. — Филверелл и так грозился отправить донесение в Вечный Лес о том, что мы занимаемся растратами.

— Растратами? — удивился я, заходя в банную комнату, где стояла бочка с чистой водой. — Какими еще растратами?

— Если вы помните наш уговор с Ее Величеством, серебро мы получили в качестве оборотных средств, — напомнил Эрегор. — Не прямо, но в моем прошении подразумевалось, что эта сумма вернется если не в полном объеме, то ее солидная часть. Пока же убытки… Значительны.

Я щедро зачерпнул воды из бочки и плеснул на лицо и грудь, смывая пот после тренировки. Эрегор же стоял за моим плечом, молча ожидая, когда я закончу.

— Мы оба понимаем, что эти деньги никогда не вернутся в Налор, — сказал я, перед тем, как погрузить все лицо и голову в бочку, а после, отфыркиваясь, потянулся за небольшим куском ткани, который висел тут для вытирания, — это понимала и Ирен, когда отправляла Филверелла с грузом. Она слишком хорошо знает мое отношение к деньгам.

— Всего лишь инструмент, — сказал Эрегор.

— Всего лишь инструмент, — повторил я за советником. — Деньги лишь ступенька, но не цель. Но нам все равно нужны финансы. На жалование наемникам, на оплату работы мастеров. Пора начинать ковать щиты, копья, наконечники стрел. Железо и уголь стоят немало.

— Чем закончилась встреча с гномами? — спросил Эрегор.

Я бросил мокрую простынь в сторону и натянул на себя свежую рубаху.

— Они предложили мне объявить Гаир Кога.

— Gair Cogagh? Призыв к войне? — удивился Эрегор. — Учитель, ты же не полководец подгорного королевства. С чего гномы будут тебе подчиняться?

Мы с Эрегором уже были в нашей столовой и я накладывал себе каши из котла. Кухонные работники внимательно следили за моими перемещениями и уже выучили мои привычки.

— Проблема в городском уставе. Пока на нас никто не напал, у бургомистра нет полномочий, а подгорцы щепетильны в вопросах документов, — раздраженно ответил я.