Власть книжного червя. Том 2 (ЛП) - Kazuki Miya

Фран берет меня на руки и говорит: "Делия уже должна была приготовить ванну, так что твое тело, вероятно, быстро согреется."

Когда Фран уводит меня, я оглядываюсь через его плечо. Сироты разделились на две группы, бросая друг в друга фрукты Тау. Их радостные крики и визги ничем не отличаются от криков и визгов детей из нижнего города.

Делия пристально смотрит на меня и говорит: "Что ты делаешь!? Портить свое здоровье, играя в приюте это неподобающее поведение для жрицы в синем одеянии!"

Делия была расстроена моим изношенным видом. Она велела Франу отнести меня в ванную, а потом выпроводила его. Сняв с меня мокрую одежду, она укладывает меня в ванну, которую приготовила заранее. Делия продолжает добавлять горячую воду в ванну, пока не будет удовлетворена температурой.

Я тихо бормочу: "Ты действительно любишь горячую ванну, не так ли?"

— Ванна должна быть горячей, потому что твое тело продрогло до костей. Ты не должна была играть в воде. Ты это понимаешь?

— … Делия, помолчи немного. В конце концов, ванна такая хорошая.

Горячая ванна согревает мое тело.

— Это вполне естественно, потому что ее приготовила я.

— Да, все именно так, как ты говоришь, Делия. Спасибо.

Учитывая, что я до сих пор не могу набрать воды из колодца, я не в состоянии приготовить ванну самостоятельно.

— Я просто сделала то, о чем меня попросили…

Несмотря на ее тихое ворчание, я знаю, что она просто застенчива.

Тихо хихикая, я опускаю плечи и думаю о Тронбее.

На этот раз я отчетливо ощутила, как в плод Тау вливается мана. Я думаю, что требуется около 2 или 3 маленьких магических камня маны, чтобы заставить набухший плод Тау распуститься.

Это зависит от количества маны, которой в настоящее время обладают те, у кого есть пожирание, но я считаю, что мы могли бы уменьшить количество детей, умирающих от пожирания, если бы мы использовали плоды Тау. Если сделать пожирание хорошо известным, то можно позволить людям рассеять их ману с плодами Тау. Это был мой слишком оптимистичный расчет.

Однако, если Лютц сказал правду, то плод Тау не может быть сохранен. Если их отделить от почвы весной, то вода в них исчезнет в течение полугода. Даже летом плод протянет всего пару дней, прежде чем высохнет, как и семена, которые сегодня не попали в почву.

Не думаю, что они засохнут так быстро, если я положу их на землю, похожую на ту, где растет Тронбей, но я боюсь, что они будут смыты ветром и дождем, заставляющими Тронбей прорастать в центре города осенью.

Полагаю, для начала я доложу господину Бенно.

Я сообщу, что теперь мы можем собирать Тронбей, как нам нравится, с весны и до начала осени. Я также попрошу его распространить информацию о плодах Тау и собрать информацию о Тронбее.

Закончив думать об этом, я выхожу из ванны, и на меня накатывает волна головокружения. Не знаю, из-за лихорадки или нет.

Я хватаюсь за голову и с глухим стуком падаю на землю. Делия прикрывает рот и подавляет крик. Она быстро вытирает меня и одевает в блузку и юбку, отчаянно зовя Франа.

— Сестра Мэйн!

— …О, не беспокойся, что на кровати нет матраса. Вы можете опустить меня, я лягу так.

Фран, который не знал, куда меня девать, просто неловко держал меня на руках, но, услышав мои слова, тут же осторожно положил.

— Делия, позови Лютца. Фран, могу я попросить тебя переодеться, чтобы ты мог выйти на улицу? Сегодня мне лучше пойти домой пораньше…

— Конечно.

Поскольку Лютц вместе с детьми участвовал в бросании фруктов Тау, он, естественно, промок до нитки, и Фран отнес меня домой.

Услышав от Лютца, что я вынуждена была переодеться в храме после того, как получила концентрированного огонька на празднике, мать со вздохом сказала: "Как и ожидалось. Я знала, что нечто подобное случится, если Мэйн пойдет на Звездный Фестиваль. Пожалуйста, сделай мне одолжение, сообщи Старшему Жрецу, что ей нужно будет остаться в постели на несколько дней, хорошо?"

Фран кивает и серьезно извиняется за то, что он был неспособным слугой, пока мама укладывает меня в постель.

— Тебе понравился фестиваль, который привел тебя в такое жалкое состояние?

— Да, было много вещей, которые поразили меня. А еще все сироты улыбались. Это было мило.

Как и предполагали моя семья с Лютцем, у меня начинается лихорадка, и я оказываюсь прикованной к постели на три дня. Я прошу Лютца, приехавшего навестить меня, доложить Бенно о Тронбее и фрукте Тау. Позже Лютц передает следующий ответ от Бенно: "Я хочу поговорить подробнее о деталях, поэтому, когда твоя лихорадка утихнет, приходи в мой магазин, прежде чем пойдешь в храм."

◇◆◇◆

— Доброе утро, мистер Бенно.

"Ты опять что-то натворила, не так ли, Мэйн?" — спросил Бенно, глядя на меня своими красновато-карими глазами.

Вздрогнув, я пытаюсь ответить.

— … Разве мне не удалось найти надежный способ собрать Тронбей, который мы считали слишком непредсказуемым, чтобы использовать в качестве материала? Если вы сможете заранее подготовить нескольких человек, это будет безопасно, так как мы можем легко собрать урожай. Разве вы не должны хвалить меня?

— Что касается этого, то ты совершенно права. Подтверждение того, что плод тау является семенем Тронбея — это радостная новость, поскольку оно позволит нам безопасно собрать Тронбей. Однако, есть много проблем, связанных с этим, не так ли?

— Неужели это так?

Видя мое непонимающее выражение, Бенно бормочет: "Значит, ты вообще об этом не думала?"

Он поворачивается к Лютцу, который стоял рядом со мной.

— Лютц, пожалуйста, сообщи Старшему Жрецу, что приход Мэйн будет отложен. После этого оставайся с Марком, пока я тебя не позову. Эта лекция займет некоторое время.

— Да, сэр.

Лютц горько улыбается, оставляя мне вялое ободрение: "Удачи тебе, Мэйн."

В комнате, где у меня не было союзников, Бенно легонько стучит по столу.

— Я слышал от Лютца, что плод Тау внезапно поглотил твою ману, вырос за один раз и превратился в Тронбей. Это правда?

— Да.

— Похоже, что это может быть заменой магических инструментов?

Тот факт, что плоды Тау не могут быть получены зимой, вызывает беспокойство, но если я использую около 20 плодов Тау, я, вероятно, не умру от перелива маны до следующей весны. Кажется, что способность маны растет вместе с телом.

— … Я верю, что так и будет. Следовательно…

"Это ни в коем случае не должно стать известным." — сурово перебивает Бенно.

— Что?

Я намеревалась на то, чтобы он распространил информацию об использовании фруктов Тау ради спасения тех, кто страдает от пожирания, поэтому мои глаза расширяются от недоверия к ответу Бенно.

— Управление маной находится под юрисдикцией знати. Если они узнают, что плод, который можно легко собрать в лесу, может заменить дорогие магические инструменты, текущее положение дел в благородном обществе и в храме будет перевернуто. Ты, вероятно, будешь раздавлена.

— … Но если мы будем молчать, то люди с пожиранием останутся с потерянным делом, не так ли?

Хотя я нашла драгоценный метод для их спасения, который даже не стоит денег. Те, кого можно спасти, не будут спасены, если они не узнают про это!

— Да, совершенно верно. Однако, как ты можешь определить, есть ли у детей пожирание или нет? Есть ли способ, которым страдающие от пожирания могут узнавать друг друга?

Я качаю головой. Единственный человек, о пожирании которого я знаю, это Фрида, но я не могу сказать, что Фрида имеет пожирание, просто посмотрев на нее. Я не смогу никого спасти, если не буду знать, точно есть у них пожирание или нет.

— Возможно, при рождении можно определить, одержимы ли дети маной или нет, если дать им этот плод, но как только станет известно, что они одержимы маной, их, скорее всего, заберут дворяне. Какой родитель попытается опознать это, если будет знать, что его ребенка заберут, как только об этом узнают? По крайней мере, в твоем случае, ты не можешь оставить свою семью, верно?