Горизонт событий - Сергей Недоруб

Повсюду сновали собратья по клану, перекрикиваясь, пытаясь отстреляться от двигающегося зигзагами шара, начавшего стрелять огненными сферами непонятно куда. Стволы бились в руках стрелков, то прекращая работать, то снова оживая и расстреливая все патроны сразу.

Дернув себя за повязку, Номер Третий попытался ее сорвать, затем в ярости отрезал ножом. Пошло оно все к черту! Всегда есть другой выход…

Врезавшись плечом в деревянную дверь, за которой находились складские помещения, бывший командир ворвался внутрь, нащупывая в кармане ключ.

И застыл на месте.

Тихий шепот доносился из-за стеллажей. Нечеловеческий шепот.

Номер Третий нервно сглотнул, прижимая к себе автомат. Шаг за шагом двигаясь к краю стеллажа, набитого всяким добром, он добрался до его конца и заглянул через край.

В этот момент он горько пожалел, что не сошел с ума раньше.

На этом участке всегда было пустое пространство для сортировки снаряжения. Здесь сваливались в кучу новые комбинезоны, ящики с провиантом, оружием и предметами обихода.

Сейчас на этой паре десятков квадратных метров находилась зеленая сфера. Своим видом она напоминала невесомый шар из морской воды, чья рябь говорила о том, что она все еще подвластна дуновению ветра. Полтергейст окутывало облако, зеленоватое сияние которого постепенно светлело у краев.

На грязном полу склада стояли пустые картонные коробки. Они были разложены в виде домика. С прорубленными окнами, дверью и даже крыльцом. Со своего места Номер Третий мог видеть зеленый газон, представлявший собой размазанную массу из банки рыбных консервов. Сама банка имитировала бочку с водой или что-то еще. Коробки спичек были поставлены так, что напоминали легковой автомобиль, колесами которого служили кругляшки обойм для револьвера. Длинный шомпол стоял вертикально и, судя по одной из мелких светящихся сфер наверху, изображал фонарь.

Посередине сцены сидела кукла. Самая настоящая, сделанная из тряпок, словно сшитая неизвестным мастером. Ее правильные пропорции напоминали девушку лет шестнадцати. На кукле было выпускное платье, сотканное из обрывков защитного комбинезона сталкеров. Волосами служили волокна ржавого мочала, выкрашенные в черный цвет.

Но самым детальным было лицо, как будто нарисованное настоящей кисточкой. Большие глаза, черные подведенные брови, немного пухлые щеки не могли скрыть грусти.

«Монолитовец» в шоке не заметил, как, задев стеллаж, опрокинул на пол защитный шлем.

Зеленая сфера повернулась на месте, обратившись к человеку, и только сейчас бывший командир заметил, что у нее было лицо.

Лицо куклы.

Раздирая себе связки в неистовом крике ужаса, Номер Третий перед окончательной потерей рассудка успел заметить, как полтергейст стремительно летит на него, насквозь пронзая зелеными лучами.

Затем его накрыла вечная темнота.

Глава 23. Война, ч. 2

Бронетранспортер двинулся с места. Тигран вырулил на тропу с задней стороны лагеря.

— Сноси палатки! — крикнул сидящий рядом Геворг, обращаясь к стрелку. — Откроем обзор для наших!

Лагута уже приводил в движение башню транспортера, поворачиваясь в нужную сторону вместе с боевым модулем «Гром». Загрохотала пушка. «Буцефал» плавно катился вдоль армейских палаток, кося их меткими выстрелами. Наемники внакладе не остались: на бронированной коже «буцефала» возникла россыпь мелких дырок.

— Что мне делать? — метался запертый в десантном отделении Вольт. — Что?

— Спокойно! — велела Копилка, сидящая напротив него. — Будь готов к высадке.

— Когда?!

— Когда придет время!

Тигран наклонился ближе к лобовому стеклу, вгляделся. Впереди показался нос другого бронетранспортера, выезжающего из-за дальней палатки. Геворг быстро поднес бинокль к глазам и стукнул брага по плечу.

— Сворачивай, — сказал он, но Тигран и без того понял, что надо делать. БТР повернул, заставив двух наемников разбежаться в стороны. Одного из них тут же достал снайперский выстрел. Геворг успел удивиться, что Мафа стреляет так метко.

Лагута выпустил дымовую завесу, заходя предполагаемому транспортеру с задней стороны. Метрах в десяти взорвался гранатометный снаряд, пущенный неизвестно откуда. Не иначе как «Долг» сумел подойти еще ближе.

— Готовсь! — крикнул Лагута сам себе, поворачивая башню. Вражеский БТР вынырнул из дымчатой стены, набирая скорость, словно намереваясь идти на таран. Лагута вдавил гашетку.

Открылась крышка контейнера, выпуская управляемую ракету. БТР вильнул вправо, но это ему не помогло. Через пару секунд он уже превратился в пылающий каркас.

— Ура! — крикнула Копилка, стуча кулаками по борту. Вольт вжался в сиденье, чувствуя, что ему стало трудно дышать.

— Дальше! — сказал Геворг, показывая на новые транспортеры. — Выведем их из строя, пока в них никто не сел!

И с любопытством посмотрел на черную палатку округлой формы, возникшую перед ним. Это был именно тот объект, который Уотсон не сумел распознать, пролетая над лагерем.

— Лагута, стреляй по палатке! — приказал Геворг, надеясь, что там не склад боеприпасов.

Но стрелок не успел. Черный тент внезапно перекосился, когда выехавшая из него конструкция сбила опору. К тому времени, как палатка обрушилась полностью, перед «буцефалом» возникло совершенно нереальное гусеничное чудо инженерной мысли.

Лагута повернул башню, но он не успевал за проворной машиной. Перед тем как полыхнула вспышка на ее левом борту, стрелок успел вполне здраво оценить безусловное преимущество танка-беспилотника.

Анубис продолжал оставаться на месте, когда окружавшие его бойцы понеслись вперед. Он понимал, что наемники непременно отреагируют на новую угрозу новыми же средствами, так что он был обязан оставаться и смотреть, чтобы в случае чего скоординировать действия товарищей из собственного клана и силы союзников. Это было единственным, что удерживало его от того, чтобы немедленно ринуться в бой.

Поэтому выход гусеничного беспилотника он заметил сразу, безошибочно выделил этот фактор из массы других как приоритетный.

— Дизель, в лагере работает «рипсоу-два», — сообщил он по рации. — Уничтожь его либо найди оператора танка.

Затем он взглянул на поваленный «буцефал» Тиграна. Люди внутри него все еще могли быть живы. Однако спасательную операцию, разумеется, никто бы проводить и не вздумал. И лидер «Долга» в текущей ситуации никак не мог отдать такой самоубийственный приказ. Никому.

Кроме себя.

В голове Вольта шумело. Если тебе больно, то ты все еще жив, вспомнил он военную мудрость. Сперва он не понял, где находится, затем взгляд сфокусировался, и «свободовец» обнаружил, что лежит на спинке сиденья, уткнувшись головой в плафон. Рядом кто-то кричал. Но не от боли.

— Вставай, — дергала его Копилка. Ее прикосновение было мягким, даже немного нежным, чему Вольт ухитрился удивиться. Вцепившиеся в него руки были побледневшими, холодными. И все же Вольт не хотел вставать. В его голове словно что-то перегорело. И этот бой, и Зона, и вся его злополучная жизнь казались ему такими далекими, несущественными. Хотелось только закрыть глаза и заснуть. Просто заснуть.

— Ну уж нет, — сказала Копилка, потянула Вольта на себя и прильнула губами к его рту.

Поначалу «свободовец» даже успел удивиться — ему не нужно искусственное дыхание, когда он и так прекрасно дышит. Затем неожиданная теплота пробежала по его телу, и мир вернулся. Девушка целовала его страстно, почти неистово, покусывая губу, проводя по зубам влажным языком. Не отрываясь от нее, Вольт с шумом вздохнул, и только тогда она отстранилась.

— Вставай! — велела она.

Вольт вскочил на ноги, огляделся. Лагуте было уже не помочь. Тигран с Геворгом по-прежнему находились в отсеке управления. Чтобы попасть туда, Вольту пришлось пролезть в тесную нишу. Проклятый рюкзак все же нашел, где зацепиться, и сталкер тут же срезал его с себя. Зачем ему теперь нужна эта долбаная водка?!

Геворг был лишь слегка контужен. Тиграна придавило за ногу приборной панелью, сместившейся в его сторону после развороченной носовой части. Теперь, когда БТР лежал на боку, «долговец» без чувств свесился головой вниз, уткнувшись брату в живот.

Вольт принялся дергать панель на себя. Безуспешно.

— Что там у вас? — спросила Копилка, пролезая вперед. Теперь в отсеке управления стало очень тесно. — Вольт, убери Геворга отсюда и сам сиди сзади.

Когда в отсеке стало посвободнее, девушка снова надела сварочную маску, затем вытащила складной резак, прикрутила портативный баллон.

— Держись, «долговец», — сказала она, переключая рычаг на резаке. Прибор зашипел, подавая тонкий луч высокой температуры. — Может быть немного больно.