Мера хаоса - Дмитрий Казаков

— Быть по сему, — согласился маг.

Хорст облегченно вздохнул и осторожно, помогая себе руками, лег. Долго сидеть ему еще было трудновато.

Ветер, со свистом несущийся с севера, был полон пыли. Она скрипела на зубах, забивалась в ноздри, попадала в глаза, оседала на коже.

— Давненько я тут не был, — пробормотал Авти, оглядываясь, — а ничего не изменилось…

Лост-Бурзум, большой город в устье реки Она, выглядел довольно уныло. Дома из серой глины, невысокие, криво сложенные стены, запах конского навоза и вездесущая пыль.

— Пойдем, — Сандир ре Вальф спустился по трапу последним. — До службы осталось немного, хотелось бы ее послушать.

Из рассказов Авти Хорст знал, что город больше сотни лет назад построил основатель Новой Орды хан Лост-Ур и что его детище, несмотря на постоянные нападения, уцелело и даже раздалось вширь.

— Далеко идти-то? — поинтересовался Родрик, поглядывая на Хорста. Тот встал на ноги только позавчера и ходил еще не очень уверенно.

— Нет, — отозвался командор. — Поспешим.

Улицы Лост-Бурзума были узкими, как охотничьи тропы, а стены домов голыми и лишенными окон. Горожане, все до одного в закрывающих лицо шарфах, смотрели на редара Ордена и его свиту без особого интереса, неторопливо уступали дорогу. Стражники встретились один раз, на выходе из порта. Выглядели они тощими и злыми, как стая бродячих псов. Под пристальными взглядами Хорст чувствовал себя не очень уютно.

Миновали круглую площадь, свернули на еще более узкую улицу.

— И это храм? — Авти презрительно фыркнул. — Я бы решил, что конура для толстой собаки!

— Зато тут служат на северном наречии, — ответил ре Вальф и первым шагнул внутрь.

Храм и в самом деле напоминал сарай из глины, в стенах виднелись трещины, дверь висела криво, а доносящийся изнутри звон колокольчиков звучал как жалоба.

— Я тут, пожалуй, останусь, — проговорил Авти, нацепив самую невинную из улыбок. — Воздухом подышу!

Хорст пожал плечами и вошел. Внутри было полутемно и пустынно. Брошенная в сундук для приношений монетка сиротливо звякнула, намекая на собственное одиночество.

— Откройте сердца ваши, и да воцарится в них Порядок! — донесся от алтаря басистый голос.

Служитель никоим образом не соответствовал святилищу. Он был высок, а статью поспорил бы с медведем. В голосе его то и дело прорывались рычащие нотки, отчего молитвы звучали грозно, сердито.

Хорст молился, в нужное время осенял себя знаком Куба. А потом едва не поперхнулся от изумления — рядом, благочестиво опустив глаза, то же самое совершал Родрик.

Маг — в храме? Молящийся?

Это выглядело так же, как если бы свинья заговорила вдруг человеческим голосом и потребовала бы ложку, а волк залез на дерево и принялся бы грызть ветви. Хорст ощутил, что в голове у него что-то с негромким хрустом сдвигается.

— Чего уставился? — Родрик оторвался от молитвы и недоуменно нахмурился.

— Ничего, — Хорст отвернулся.

— Обратимся же к учению. — Служитель решил, что настало время проповеди. — Ибо как Творец-Порядок устроил мир разумно, положив в году триста шестьдесят шесть дней, так же и вы, дети мои, будьте разумны!

Дальше последовала длинная витиеватая речь о том, почему именно в нечетных месяцах тридцать один день, в четных тридцать, и какой смысл заложен в делении недели на шесть дней.

— Идите с Порядком! — Могучий служитель широким жестом благословил верующих и вопросительно уставился на командора. — Тебя ли я вижу, брат Сандир?

— Меня, брат Ахвак, — согласился ре Вальф. — Позволь нам принять этого юношу, — последовал кивок в сторону Хорста, — в ряды нашего братства.

— А почему ты его не посвятил раньше? — удивился служитель. — Из-за раны?

Помимо габаритов и мощного голоса, он обладал еще и наблюдательностью. Заметил, что Хорст двигается чуть неловко и бережет бок.

— Были… обстоятельства, — командор не стал пачкать уста ложью, — так ты позволишь?

— Конечно.

Хорст опустился на колени перед алтарем. «Алмазную присягу» он вызубрил еще на корабле и сейчас повторил ее вслед за ре Вальфом без запинки.

— Поздравляю, брат, — сказал командор, когда все закончилось, — теперь ты один из нас.

Брат Ранти, личный оруженосец ре Вальфа, помог Хорсту натянуть серую тунику с изображением алмаза, и бывший сапожник, ощутив ее на плечах, неожиданно почувствовал душевный трепет.

— Что ты на меня так пялился? — спросил Родрик, когда они вышли из храма.

— Никогда не мог представить молящегося мага, — Хорст отвел глаза. — Думал, что вся ваша братия презирает веру.

— Мы все — разные, — Родрик вздохнул, — пора бы тебе это понять. Кстати, тебе известно, что среди Порядочных существует один, которого считают покровителем магии?

— Нет. И кто же это?

Порядочные покровители имелись у всех. Отольф помогал воинам, Рактир — сапожникам, каждый город имел особого заступника у престола Владыки-Порядка, но вот о том, что такой есть и у магов, Хорст слышал впервые.

— Пророк Сигфус. Тот, который предсказал приход на Полуостров Хаоса и рождение Сына Порядка. На самом деле Сигфус был магом, но это не помешало церкви зачислить его в Порядочные.

— Ого!..

Было чему удивляться. О пророке Сигфусе, чьи изображения частенько украшали стены храмов, слышали все. Не прошло и сотни лет с момента прихода людей на Полуостров, когда он начал вещать, что Хаос явится сюда вслед за ними, а побежден будет только через века, когда родится Сын Порядка…

Но о том, что он являлся магом, служители почему-то умалчивали. И не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять почему.

— Брат Хорст! — Суровый голос принадлежал ре Ва-льфу. — Теперь ты обязан выполнять все приказы старших по Ордену, помни об этом! И когда вернемся на корабль, не забудь явиться к брату Калти, чтобы он зачислил тебя в реестр…

Хорст уныло кивнул. Серая туника показалась тяжелой, точно кольчуга.

Глава 13. Столица степей.

Стоять на коленях было неудобно. Доски пола охотно подставляли бугорки и неровности, а вдобавок холодили даже сквозь штаны.

Хорст недовольно ежился, но изменить позу даже не пытался. Последствия такого шага были бы довольно неприятными. Вокруг него на коленях замерли десятки братьев, а стоящий перед ними командор нараспев читал молитвы. Шла служба, первая за сегодняшний день.

Свежий ветер овевал молящимся спины. Надувал паруса, заставлял поскрипывать удерживающие их веревки и мачты. Выбравшееся из-за горизонта солнце оказалось красным и круглым, точно морда разгневанного толстяка.