Ария - Дженнифер Хартманн

все пошло коту под хвост, – выпалил он. – Ты хочешь его. Всякий раз, когда он рядом, я вижу это желание на твоем хорошеньком личике.

– Это… это не… – Я выровняла дыхание, сжав руки в кулаки. Слезы обожгли мои глаза, когда я осознала его слова, глубоко осевшие у меня в душе.

– Все так. И поэтому мне нужно было отвлечься, чтобы не потерять самообладание. Мне нужно думать о «Грэмми», о карьере. Челс, ты сводишь меня с ума. – Девон погладил меня по волосам, притягивая к своей груди. – Выбери меня хоть раз, хорошо? Помоги мне. Исправь меня. Я… черт, я не знаю… просто останься.

Я нахмурилась. Голос застрял в горле, и я не могла произнести ни слова. Теплые слезы намочили его футболку, пока я переваривала все сказанное.

– Я… я сожалею, – заикаясь, пробормотала я, пытаясь отдышаться. – Я не хотела тебя так сильно расстраивать. Я не знала, что это из-за меня…

– Эй, все в порядке. Мы же можем начать все сначала? – выдохнул он мне в макушку. – Два сломленных человека, собирающие друг друга по кусочкам.

Так ли это?

Неужели мы так сильно облажались, что уничтожили друг друга?

Делало ли это все… нормальным?

Это то, чего я хотела? Чтобы у нас все было нормально?

Шум воды на верхнем этаже зазвучал еще громче, и я представила, как Ноа смывает меня под горячей водой, в то время как Девон обнимает и умоляет дать ему второй шанс.

– Хорошо, – наконец прошептала я.

Чувство вины и изнуряющее чувство ответственности заставили меня двинуться вперед – прочь из дома Ноа.

Прямо сейчас Девон нуждался во мне.

Я была нужна ему.

И я не могла повернуться к нему спиной.

Глава 26

Челси

Следующая неделя пролетела незаметно в вихре репортеров, юристов, детективов, фотографов, СМИ и службы безопасности. Я мгновенно стала знаменитостью: для кого-то жертвой, для кого-то образцом для подражания, а для руководства отрасли – обузой. Чтобы сохранить анонимность, я не выходила из квартиры без солнцезащитных очков и свитеров большого размера. Это было утомительно.

Мы с Девоном вошли в новую рутину. Между нами теперь все изменилось. Больше не было поздних ночей на диване с попкорном и фильмами на Netflix. Не было переглядываний, романтических жестов, страстных занятий любовью.

Впрочем, мы и не ругались. Не было споров или резких слов. Наше проживание стало… пресным. Скучным. Именно проживанием, а не жизнью. Из-за плотного расписания группы в течение этой недели я практически не видела Девона. У них было два концерта и три отдельных репетиции к «Грэмми».

Сказать, что я была на грани, – ничего не сказать.

Иэн все еще считался пропавшим без вести, поэтому я не расставалась с телефоном на случай, если мне поступит тот самый звонок… Звонок, который заверит меня, что Иэн арестован и больше не сможет причинить мне вред.

Девон установил высокотехнологичную систему безопасности и добавил больше замков и засовов на двери. На территории жилого комплекса 24/7 дежурил охранник, и я чувствовала толику облегчения благодаря этой дополнительной защите. И все же, казалось, ничто не могло избавить меня от постоянной паранойи. Я чувствовала, что Иэн всегда был рядом: заглядывал в окна и нашептывал мне в уши. Он жил в крошечных волосках на моих руках, которые вставали дыбом, когда я слышала незнакомый звук или замечала странную тень, танцующую на стене.

Возможно, он всегда будет жить во мне.

Что касается Ноа, то с той ночи между нами все изменилось.

Да и как все могло оставаться по-прежнему?

На этой неделе я видела его всего один раз на одном из концертов, который они давали в Нью-Джерси. Вся группа казалась разрозненной и далекой друг от друга. Девон почти не разговаривал, что задало тон другим участникам. Их выступление получилось тусклым, любительским – они практически не взаимодействовали друг с другом.

Мы с Лизой беспокойно метались за кулисами, и я была не в силах избавиться от всепоглощающего чувства, что это все моя вина.

– Челси, не смей винить себя, – сказала мне Лиза, переплетая свои пальцы с моими и нежно сжимая мою ладонь. – Ты не виновата в том, что твой бывший – псих. И это не ты заставляла Девона принимать наркотики. Не поступай так с собой.

– Я просто не могу избавиться от ощущения, что если бы не я, то все было бы хорошо.

Лиза покачала головой, заставляя подпрыгнуть свои рыжие кудряшки.

– Ничего не было бы хорошо, потому что это жизнь. Она всегда ставит перед нами вызовы.

Я пыталась прислушаться к словам Лизы, но они не нашли отклика в моем сердце.

– Челси… – Позже тем вечером Лиза спросила меня: – Почему ты все еще с Девоном?

Вопрос сбил меня с толку.

Мой разум лихорадочно искал ответ, и тот факт, что мне пришлось его искать, заставил меня усомниться в правильности своего решения.

– Потому что я должна продолжать надеяться, что все наладится, – в итоге ответила я. – Мне нужно верить, что тот Девон Сойер, которого я встретила в «Пит-стопе», все еще где-то там.

Лиза вздохнула так, что у меня по коже побежали мурашки.

– Челс… надежда и отрицание – это два разных зверя. Девон уже не тот парень, каким он был, когда вы только начинали встречаться. Ты снова возвращаешься к старым привычкам. Тебе не удалось изменить Иэна, и ты не можешь изменить Девона.

– Девон – это не Иэн. Он не такой.

– Не все токсичные отношения одинаковые, но это не значит, что они не токсичные.

Я прижалась к стене, не поднимая глаз от своих ногтей. Лиза погладила меня по спине, как будто молчаливо извинялась за неприкрытую правду. Наверное, я раньше не задумывалась об этом в таком ключе. Я была воспитательницей, полной надежд оптимисткой. Помощницей на всю жизнь. Я всегда предпочитала видеть в людях только хорошее и была полна решимости исправлять их сломанные части всякий раз, когда они разваливались на куски.

Иэн был безнадежен, но для Девона все еще оставалась надежда.

Ноа ушел со сцены сразу же после шоу, на его лице явно читалось разочарование.

– Ты хорошо справился, – сказала я ему, выдавливая из себя улыбку.

Это был первый контакт между нами с тех пор, как я покинула его дом тем судьбоносным утром. С того момента не было ни переписок, ни телефонных звонков, ни предложений посидеть с Сэмом.

Ничего.

И все же я хотела, чтобы он знал, что он хорошо