Недосягаемая - Барбара Картленд

Филип объяснил свои планы на медовый месяц. Лидия не была уверена, но ей показалось, что она увидела выражение легкого облегчения на лице Ивана. Несколько минут Лидии удалось побыть с Филипом наедине, когда Тайра попросила Ивана отобрать для нее ноты музыкальных произведений, которые она могла бы увезти с собой.

— Понравится ли это Филипу или нет, но я собираюсь ему играть, — с озорством сообщила она. — Ему предстоит многое узнать о музыке.

— Предоставьте выбор мне! — воскликнул Иван. — Я знаю все составляющие любовного зелья.

Они ушли вместе, и Лидия поняла, что Тайра с присущей ей изумительной деликатностью подстроила так, чтобы дать Лидии возможность остаться с сыном вдвоем.

— Ты счастлив, дорогой? — спросила она.

— Очень, — ответил Филип. — Ты знаешь, ма, спасиботебе за все.

— Я не многое сумела сделать. Филип поднялся и обнял ее за плечи.

— Единственное, о чем я сожалею, что ты не была на моей свадьбе, — я думал о тебе.

От простой искренности этих слов у Лидии защипало в глазах.

— Храни тебя Господь, дорогой. Я буду молиться за тебя. У Тайры будет хороший муж.

— Если так, то это только благодаря тебе. Все, что во мне хорошего, я получил от тебя.

— О, мой дорогой! — Лидия сказала бы больше, только слезы слишком близко подступили к горлу, чтобы говорить. Она притянула к себе голову Филипа и поцеловала его в щеку. С легким уколом она вспомнила о его рождении. Как она была тогда взволнована, что у нее сын!

— Маленький смешной попрошайка, — сказал Иван несколько дней спустя, ткнув младенца, лежащего рядом с матерью, — интересно, что он будет играть, когда подрастет?

— Это мой сын, он не будет музыкантом, — ответила Лидия.

Ей хотелось подразнить Ивана, но она оказалась близка к истине, сама того не подозревая.

— Я ревную к нему! — Иван порывисто и властно схватил ее на руки.

Филип, словно чувствуя, что им пренебрегли, проснулся и начал плакать, но Иван отказался отпустить жену, закрыв ей рот поцелуем, когда она молила о свободе.

— Иван, наш крошка! — струдом выговорила Лидия.

— Кто для тебя важнее? — спросил он. — Быстро говори, или я не отпущу тебя.

— Ты, конечно ты, — ответила Лидия, и только тогда он выпустил ее, чтобы она могла заняться разозленным Филипом.

Да, Иван был важнее тогда и потом, тем не менее она знала, что он всегда ревновал к сыну.

Когда горничная объявила, что прибыло такси, Иван легко вскочил на ноги, чтобы проводить Филипа и Тайру, в последний момент театральным жестом опустошил вазу с розами и сложил цветы к ногам Тайры.

— Они понадобятся вам в гостинице, — сказал он. — Кроме того, номер новобрачной по традиции должен быть беседкой из роз.

Он поднес к губам руку Тайры, похлопал Филипа по плечу и махал им вслед, пока они отъезжали, высоко подняв над головой руку, и заходящее вечернее солнце вспыхивало на его огненных волосах.

«Ему хорошо это удается», — подумала Лидия, но она знала, что он рад их отъезду. С легким вздохом Лидия вернулась впереди него в гостиную. Развернув кресло, она поняла, что теперь, когда аудитория исчезла, настроение его переменится и приподнятая восторженность, которую он так умело изображал, постепенно угаснет. Она почувствовала, как вновь подступает ноющая усталость, мучившая ее до приезда домой, и, прежде чем Иван успел заговорить, произнесла:

— Если ты не возражаешь, я хотела бы прилечь. Вы с Кристин можете прийти с подносами в мою комнату или пообедать сами, как хотите. Я просто немного устала, до Эйвон-Хауса путь не близкий.

— Будь я здесь, то не отпустил бы тебя, — сказал Иван.

— Но я все равно должна была поехать, — мягко возразила Лидия. — Мне не хотелось говорить слишком много в присутствии детей, но Элизабет в самом деле плоха. Даже старшая медсестра обеспокоена. Они, конечно, поднимут ее на ноги, ведь современные средства просто чудодейственны. Но все равно всем нам придется поволноваться.

— Да, конечно, — мрачно проговорил Иван, но Лидии показалось, что он ее не слушает, а занят собственными мыслями.

«Мне сейчас не вынести сцены, — подумала она. — Мне нужно лечь, я должна отправиться в кровать». И все же не спешила оставить его. Она чувствовала, что он нуждается в ней, а чутье никогда ее не подводило. Иван прошелся по комнате и вернулся обратно.

— Ты что-нибудь знала об этом? — спросил он. Она сразу поняла, что он имеет в виду.

— О Тайре и Филипе? — спросила она. — Я знала, что они нравятся друг другу, и по этой причине Тайра захотела уехать. Ей казалось, что любовь может помешать ее карьере.

— Это была единственная причина? Лидия ответила ему не колеблясь:

— Полагаю, тебе известно, она хочет добиться успеха в музыке, чтобы обеспечить родителей. Филип возражает, чтобы его жена занималась карьерой, и поначалу казалось, что противоречивые желания заведут их в тупик. Но Тайра вспомнила, что скоро, возможно совсем скоро, Филипу придется вернуться на свой корабль на военную службу. Она сдалась, и так как они оба чувствовали, что время быстротечно, то решили пожениться немедленно и заранее никому ничего не сообщать. Ведь очевидно, что так все прошло более тихо и спокойно.

Иван не поверил ей, Лидии было ясно. У него сложилось собственное мнение, почему бракосочетание прошло в такой тайне, и, как она догадалась, он пытался вынудить ее обвинить его.

— Трудно думать о Филипе как о женатом человеке, — сказала Лидия. — Но Тайра милое дитя. Подобно многим иностранкам, она гораздо более чувствительна, чем можно было ожидать от девушки ее возраста. Она будет хорошей женой Филипу, и они будут счастливы.

Иван промолчал. Он повернулся к ней спиной и забарабанил пальцами по оконному стеклу. После длинной паузы произнес:

— Ты хотела прилечь, и скажи Розе, чтобы она позвала меня, когда ты будешь готова.

Его что-то терзало, но Лидия не могла ему помочь. Она слишком хорошо знала, что скрывается под его беспокойным метанием и нервозным движением рук.

Лидия направила кресло из комнаты и, выехав из двери, обнаружила, как и ожидала, Розу, которая беспокойно вышагивала по холлу, подстерегая хозяйку. При виде Лидии лицо Розы просветлело, но она все равно, как всегда скрипуче заворчала, пресекая возражения.

— Я уж думала, вы никогда не появитесь. Завтра вам будет так плохо, что придется вызывать доктора.

— Возможно, завтра мне снова придется съездить к Элизабет, — ответила Лидия. — Старшая медсестра обещала позвонить мне после обеда.

— Если вы задумали убить себя, то правильно взялись за дело, — едко заметила Роза, но руки ее были по-прежнему нежны, когда она помогала хозяйке раздеться.