Кровью и жизнью (СИ) - Елена Добрынина

руку. Любопытство тут же одержало верх над оскорбленной добродетелью, и я поспешила размять затекшие во время сна ноги.

Было уже темно, и много я увидеть не успела, только вереницу ярких фонарей и прямую вычищенную от снежной каши улицу. А вот здание гостиницы впечатление производило. Неоднозначное. Огромная — этажей в пять, каменно-серая коробка с абсолютно одинаковыми рядами окон с металлической отделкой. Сама вывеска (также исполненная в металле) отличалась лаконичностью : «Ровенти». Да и внутреннее убранство соответствовало. Никакого баловства и украшательств : темно-серый с белым мраморный пол, светло-серые стены, обилие металлических деталей, холодный беж тяжелых штор и обивки кресел. И, вроде бы, придраться не к чему, но и эмоций никаких эта обстановка не вызывала. Управляющий так быстро и методично нас обслужил и выдал ключи от наших комнат, что я даже засомневалась, настоящий он или хорошо замаскированный механический человек.

— Не переживай, мы здесь ненадолго, — слегка улыбнулся Эверт, увидев мое озадаченное выражение лица. — Потом найдем себе что-нибудь поуютнее.

— Было бы неплохо, — кивнула я и открыла дверь своей комнаты. Оказалась она абсолютно такой, как я себе и представляла, безо всяких сюрпризов : серо-бежевое помещение, чистое, опрятное, светлое, но совершенно бездушное. В таком только бумажной работой заниматься, чтобы ничего не отвлекало. Но кровать была удобной, белоснежное белье — свежим, а больше мне сейчас ничего не было нужно. Я быстро переоделась и легла спать, завтра посмотрим в какую такую новую жизнь мы приехали.

Глава 18

Осмотр достопримечательностей пришлось отложить. Я не нашла Эверта ни в его номере, ни в зале ресторации, куда спустилась на завтрак. Вышколенный подавальщик подал мне карту завтраков с уже готовыми наборами блюд. Я выбрала тот, что включал овсяную кашу с ягодами и тосты с кофе и принялась размышлять, что делать дальше. В итоге решила пока никуда не уходить и ждать «братца». Чтобы не терять время даром купила у управляющего карту города и свежую прессу и расположилась в общем зале в одном из кресел так, чтобы видеть входную дверь.

Диксон появился ближе к обеду, когда я уже вдоль и поперек изучила карту, прочла от первой до последней страницы новый выпуск главной газеты Бретонии (привычно вздрогнув при виде объявления о розыске со своей карточкой), ознакомилась с местными новостями, побеседовала со скучающим пожилым мастером об Обители в Спрингтоне, куда он не так давно ездил со своей супругой, и собиралась выйти хоть немного пройтись.

Он вошел в зал быстрым шагом, собранный, подтянутый, бодрый до отвращения, как морозный, но уже пахнущий весной ветер, который он принес с собой с улицы. В руках его я заметила кипу газет и ярких буклетов. Он безошибочно выцепил взглядом меня, и приземлился рядом. Ворох печатных изданий отправился на журнальный столик, и я заметила на ярких книжицах рисунок золотой короны — торговый знак фирмы «Краун».

— Доброе утро, сестрица. У меня отличные новости: я уже почти обзавелся работой.

Я удивленно на него посмотрела.

— Когда ты успел? И что значит «почти»?

— С утра побывал в отделе найма в «Краун», всем их устроил, осталось только сдать своеобразный экзамен по вот этой белиберде, — и он указал на россыпь буклетов.

Я с любопытством пролистала указанную «белиберду»: модели и устройство магикаров, история фирмы «Краун», сравнительные характеристики их моделей с моделями конкурентов, и прочая крайне полезная, должно быть, информация.

— Надо было поспорить с тобой на что-нибудь интересное, верное было дело.

— Вот жук, — буркнула себе под нос.

— Всегда приятно ощутить поддержку члена дружного семейства, — хмыкнул «братец».

Стало неловко. Чуть наклонилась и неуклюже прикоснулась к его руке.

— На самом деле ты молодец, я бы не смогла так быстро все устроить.

— О, должно быть сегодня небо падет на землю, — вскинул брови Эверт. — Ты только что меня похвалила. Но, вообще, ты недалека от истины: у мошенника и хорошего продавца очень сходные характеристики.

— Умение расположить к себе?

— Да. И вызывать доверие.

Осматривать город мы отправились вдвоем после обеда. И как-то быстро стало понятно, что осматривать толком почти и нечего, разве что здание ратуши на главной площади да храм неподалеку от нее. Зато фабрик и заводов в городе было огромное количество: помимо магикаров здесь производились ткани и шляпки, часы и хозяйственные артефакты. Также мы обнаружили обилие лавочек, прилавков, рынков и рестораций. Впечатление, что это город для работы и жизни, а не для туристических прогулок только усилилось. И везде, куда бы мы не шли, мы встречали множество металлических деталей — от оснований скамеек и выставочных павильонов «Краун», сделанных из магически закаленного стекла и металла до необычных скульптур в парке. Вернувшись, мы разбежались каждый по своим делам : Эверт — штудировать буклеты к «экзамену», а я — посматривать объявления о работе. Ибо твердо решила, что способна на большее, нежели сидение в четырех стенах.

На следующее утро Эверт снова убежал раньше, чем я собралась завтракать. А я решила, не откладывая надолго, пройтись по отмеченным мной вчера объявлениям.

— Место уже занято! — захлопнула перед моим носом дверь пожилая дама в строгом платье. А я только успела заикнуться о том, что по объявлению. Ну ладно, хорошо, что добиралась сюда не так долго.

Визит по второму объявлению ( «Требуется временный помощник для законника, занятость — три дня в неделю, включая выходные дни. Р. Д. Мун») продлился несколько дольше. По крайней мере, меня тут же проводили в просторный, но несколько мрачный кабинет. Через некоторое время туда зашел сухощавый седой мужчина в клетчатом костюме, оглядел меня с головы до ног колючим взглядом, поправил прямоугольные очки в черной оправе и сказал только одно слово:

— Нет!

— Почему? — холодно спросила, хотя внутри начала закипать злость.

— Мне нужен ассистент, а не младенец, у которого молоко на губах не обсохло, — мужчина принялся перебирать документы на столе, явно намекая на то, что наш разговор окончен. Ну уж нет!

— Даже если у младенца есть рекомендации? — а вот насмешку в голосе мне сдержать не удалось.

— Да хоть протекция всех членов Парламента. Зеленая пигалица мне не подходит! — грубиян плюхнулся в высокое кожаное кресло и с вызовом глянул на меня и. Как ни странно, это помогло взять себя в руки.

— Вам следовало бы указать это в объявлении, —