Болтушка (СИ) - Вера Чиркова

Еще она услышала жалобы, что ее спутники ничего не видят, и выдохнула с облегчением. Потерять зрение, очутившись в компании людей, которые принимают ее за ведьму, было бы равносильно смертельному приговору. Обозленная толпа обычно сначала убивает и только потом разбирается.

Ощупав твердые предметы, на которых лежала, Мальяра обнаружила, что это просто камни, причем не такие уж острые, как казалось ушибленной спине. Они были округлыми, и не очень большими, с кулак. Понемногу женщина очистила рядом с собой местечко и передвинулась туда, не переставая думать, куда могли деться ее мешки.

И вскоре сообразила, что их вполне могло разбросать так же, как и опасливо переговаривающихся людей. Значит, если светильник со мхом не найдется, ей поневоле придется доставать свечку и зажигательные палочки из тех карманов, которые рассчитаны на самый крайний случай.

Но сначала нужно попытаться понять, не полетят ли в нее камни, едва она окажется на виду.

– Эй, – негромко позвала Мальяра, – вы все живы? Я ничего не вижу.

Голоса мгновенно стихли, словно их владельцы перенеслись куда-то порталом. Но вдова чувствовала их запах и слышала робкое дыханье. И продолжила разговаривать с бывшими пленниками так, словно не подозревала об их желании остаться невидимками.

– Вы где? Никто сильно не ушибся? А мешков рядом нет? Я собрала для вас всю одежду и всю обувь, какую нашла в комнате Сегрина, а в одном мешке должен быть светильник. Пошарьте возле себя руками, я пока ничего не нахожу. Но двигайтесь осторожно, я не знаю, куда он нас перевел порталом.

– Это не было похоже на портал, – возразил мужской голос.

– Знаю, – огорченно ответила Мальяра, – но маг вбил в амулет все накопители, что у него были. От Дивных островов до Ардага не так-то близко. Уверена я только в том, что он очень хотел нас увести из дворца. Говорил, ведьма ушла и открыла все свои магические ловушки.

Вдова не знала, сколько известно этим людям про пленника, сидевшего в соседней камере, но очень надеялась, что они испытывают к нему если не дружеские чувства, то хотя бы солидарность. Однако на всякий случай старалась говорить о нем отчужденно, хотя и верила теперь, что он на самом деле не помощник Карайзии.

– А где сейчас Сегрин? – мужчина, вступивший в переговоры с Мальярой, определенно был вожаком среди сокамерников и пытался прояснить те же вопросы, что волновали и вдову.

– Так с нами же был... я только что очнулась, спиной о камни ударило. Нужно искать... без него мы отсюда никогда не выберемся.

– А как ты с ним в камере оказалась?

– Так он порталом и притащил... с соседнего острова. Я была с отрядом, который прибыл из Ардага, чтобы освободить захваченных ведьмой людей... она в последнее время совсем распоясалась. С нами прибыл придворный маг короля, он и поставил на островке амулет.

Сестра тишины тщательно следила за своим рассказом, стараясь не поминать русалок, Зоралду и еще некоторые подробности освободительной операции. Но еще бдительнее она следила за шорохами, свидетельствовавшими о том, что спутники проверяют ее слова, обшаривая все вокруг.

– Я нашел мешок с обувью, – сказал вдруг незнакомый голос, снова мужской.

– Сначала найдем светильник, потом будем разбираться с вещами, – тут же твердо откликнулся вожак, и Мальяра мысленно похвалила его за верное решение.

Сама она тоже понемногу двигалась вправо, решив, что не имеет никакого значения, куда передвигаться, как бы велика не была комната, когда-нибудь вернешься на то же место. И потому оцепенела от страшного предположения, когда не нащупала перед собой пола.

– Стойте, не двигайтесь и громко не кричите, – стараясь говорить как можно спокойнее, предупредила она спутников, – мне кажется, мы в пещере... я нашла в полу глубокую трещину.

Все мгновенно смолкли, и пару минут Мальяра слышала только шорох, отлично понимая, чем они заняты. Шарят вокруг себя в поисках трещин, мысль о том, что ты, возможно, сидишь на краю пропасти, никого не оставит равнодушным.

– Я нашла мешок, – раздался женский голос, – мягкий... наверное, одежда.

– Подожди пока, не открывай, – строго запретил тот же мужчина, и Мальяра вздохнула с огромным облегчением.

Судя по его приказам и разговорам, он не сошел с ума и не потерял способности рассуждать в той жуткой камере, где сидели узники, и значит, у нее есть шанс с ними договориться. Во всяком случае, попытаться...

– У меня есть кусок свечи и зажигательная палочка, на крайний случай, – нарочито неуверенно пробормотала Мальяра и смолкла, считая собственные удары сердца.

– Не нужно, – почти сразу запретил вожак узников, и вдова перевела дыхание, – если это действительно пещера, огонь зажигать не стоит. В пещерах бывают газы... взорвется всё, как от гномьего порошка.

– Святая Тишина, – охнула Мали и лукаво подмигнула темноте, – об этом я и не подумала...

– Ты поминаешь Тишину по привычке или... имеешь на это право? – помолчав, осторожно осведомился невидимый собеседник.

– А что от этого меняется? – так же осторожно поинтересовалась вдова.

– Многое, – усмехнулся он, – во втором случае у нас есть шанс отсюда выйти.

– Пока мы не найдем Сегрина, боюсь, мои умения не помогут, – признаваться напрямую сестра Тишины не хотела. – Наверняка ты понял по его внешности, что он полукровка?

– Я давно знаю, кто он, – отозвался мужчина и задал очередной вопрос: – Ты так и сидишь на краю трещины? Не пробовала бросить туда камень?

– Хотела... но раздумала. Если туда упал Сегрин и я попаду в него камнем, будет очень нехорошо, а если там окажется скальник или еще какая гадость, будет совсем плохо.

– Тоже верно, – разочарованно вздохнул собеседник, и в этот момент испуганно и тонко вскрикнул незнакомый женский голос. – Что ты кричишь, Лела?

– Тут, – она снова всхлипнула, – нога.

– Отзовитесь все, кто в сознании, – вожак размышлял всего пару секунд, и Мальяра снова одобрительно кивнула: он знает, что делает. – Лела, тебе не нужно.

– А мне? – с едва заметной усмешкой спросила первая женщина.

– Уже достаточно. Банвер?

– Жив, – неподалеку от вдовы коротко отозвался мужской голос, и Мальяра усмехнулась. Теперь ясно, почему он до этого момента молчал, не догадываясь, что она осведомлена о его присутствии, и приятно узнать, что этот узник тоже в своем уме.

– Сайж?

– Про меня мог бы и не вспоминать, – едко проворчал ещё один узник, и вдова облегченно перевела дыхание, значит, нога принадлежит Сегрину.

– Я иду к тебе, Лела, – сообщила она и, отвернувшись от трещины, край которую успела прощупать шага на четыре, поползла в сторону, откуда раздавался голос.