Пограничник - Виктор Кувшинов

— Так и юноши здесь тоже такие же красивые? — подначил девиц монах.

— Не совсем, — задумалась самая светловолосая подруга. — Пока мальчики маленькие, все хорошо, но потом многие из них уходят на юг за поисками приключений. Иначе они остаются какими-то мармеладными, а мужчина должен быть… ну таким, как вы двое… — она замялась, не зная, как выразить мысль словами.

— Понятно: битым! — хохотнул Иезул.

Потом они еще долго рассказывали, как тут хорошо и вольготно живется. На вопрос, «а как же пришельцы?», говоруньи признались, что им не приходилось раньше сталкиваться с нечистью — старшие всегда заботились о том, чтобы молодежь не оставалась без присмотра. Так же они признались, что поселение не выстояло бы без помощи пограничников.

Неизвестно, как долго тянулся бы еще этот разговор, если бы Влад не решил, что пора отправляться в дорогу. Вставая, он заметил, что из кармана выпала его новая лазерная указка.

— Смотри, Иезул, какую штучку я себе смастерил! Помнишь, я тебе говорил о Разведчице? Так вот решил себе такое же оружие завести, — с этими словами землянин повторил трюк со срезанием кроны стоящего вдалеке дерева. Луч, правда, не был виден так отчетливо на дневном свету, но эффект от этого был не меньший. Все зрители озадаченно уставились на дерево, которое вдруг без лишнего шума и пыли потеряло треть кроны.

Первым очнулся Иезул и, не дав девицам снова начать болтать, обратился к напарнику:

— Неплохо! Слушай, помоги-ка мне встать. Я хотел на лодку посмотреть…

Влад, немного разочарованный тем, что не заслужил похвалы инквизитора, молча подал руку и повел опирающегося на него друга к берегу. Инквизитор зачем-то прихватил свой меч, несмотря на то, что железяка явно затрудняла передвижение. Когда они добрели до лодки, и прибрежные кусты скрыли девиц из видимости, инквизитор удержал Влада за плечо и, как-то необычно серьезно взглянув в глаза, произнес:

— Постой, новичок. Не обижайся, что я не похвалил твою пулялку. Знай, что никто из людей даже здесь не сможет такой милой игрушки придумать, иначе всех пришельцев давно бы порубали в капусту. Но дело не в том…

— А в чем? — Влад не выдержал торжественного тона монаха.

— Помнишь, я тебе еще вначале нашего пути сказал, что имею свой интерес в этом походе, но не сказал, какой?

— Помню, конечно. Но каждый имеет право на свои тайны… — землянин пожал плечами, ничего не понимая.

— Так вот, настала пора сказать тебе, зачем я за тобой увязался…

— Кажется, это я за тобой…

— Помолчи и слушай, — мягко перебил Иезул, затем неловко плюхнулся на одно колено, а на другое положил свой меч, немного помолчал и торжественно произнес. — Влад, я не знаю, какие традиции должны приличествовать этому случаю… да и никто не знает, поскольку такое случается редко и совершается тайно. Но по слухам, у каждого пограничника есть в этом мире свой опорный. Так вот, я, коленопреклоненно прошу принять меня твоим опорным. Обязуюсь верно служить и никогда не предам твоих интересов, каковы бы они не были…

В воздухе повисла тишина. Влад мог представить себе что угодно, но то, что он сам с какой-то белены должен стать пограничником, не лезло ни в какие ворота.

— С чего это ты взял?.. — хотел было спросить Влад, но монах прервал его:

— Сначала выскажи свое согласие или отвергни мою просьбу, — произнес Иезул, глядя в землю. — Если согласен, то возьми меч, положи мне на голову и скажи что-нибудь, а потом я тебе расскажу об том, что знаю.

Землянин смотрел на старшего по годам и опыту инквизитора, чуть не выклянчивающего у него подачку, и понял, что краснеет от стыда.

— Хорошо, пусть будет по-твоему, — он взял меч и, положив клинок на голову монаху, сказал. — Нарекаю тебя своим опорным.

— Спасибо, — с явным облегчением шепнул Иезул и встал, опершись на руку своего нового патрона. — Давай присядем на борт лодки и поговорим.

Влад, несмотря на спешку, не возражал — уж больно неожиданной была новость, и теперь следовало узнать как можно больше о своей новой роли. Иезул начал рассказ с того момента, как первый раз встретил странного новичка на дороге. Он сразу заприметил необычную способность Влада, сумевшего ослабить пришельца. А когда монаха спросили об этом случае в монастыре, да еще и рассказали о представлении, случившемся на рыночной площади, для Иезула почти не осталось сомнений, что новичок — из ряда вон выходящий случай.

Сломанная одним взглядом гильотина только уверила монаха в своих догадках, и он решил действовать. Здесь Иезул сделал отступление, объяснив, что давно знал о пограничниках, которые, по слухам, могли свободно перемещаться по этому миру и были способны справиться с любым пришельцем. Еще одной мистической приметой этих таинственных личностей была их способность устанавливать порядок, то есть восстанавливать окружающую иллюзию, если она начинала размываться.

Прожив здесь не один десяток лет, он находил все больше косвенных доказательств, что инквизиция не является абсолютным хозяином в этом мире. Сопоставляя разрозненные сплетни, он все яснее понимал, что настоящими властителями здесь являются пограничники. Но по какой-то странной прихоти, они никогда не афишируют свое присутствие, нигде не обосновываясь на постоянное жительство. Поэтому со стороны могло казаться, что они вечные гости этой реальности. Да так, наверное, и было — всего несколько лет назад он узнал об опорных и их роли, когда первый раз путешествовал сюда, к барьеру. Это были обычные люди, на которых пограничники выходили в этот мир, как на маяк. Откуда они выходили и как — это до сих пор оставалось для монаха тайной.

У инквизиции с пограничниками были сложные отношения. С одной стороны, она ненавидела их, как оспаривающих ее власть. С другой — не так уж редко возникали ситуации, когда никаких церковных сил не хватало для обуздания нечисти, и тогда пограничники приходили сами и легко устраняли все проблемы. Особо монахов раздражало то, что эти непонятные личности напрочь игнорировали инквизицию, словно ее и не было.

Тогда, в монастыре, поняв, что монахи вот-вот догадаются, кто к ним попал, Иезул решил действовать напролом и, как ни странно, преуспел в этом. Интересно, что больше всего он нервничал, когда увидел, что Влад совершенно не умеет ездить верхом. Но и тут сыграла роль способность новичка исподволь менять под себя окружающий мир, иначе так легко освоить верховую езду было бы невозможно.

Только когда они отъехали на некоторое расстояние от городской стены, Иезул понял, что его дерзкая мечта уйти из инквизиции и связать свою судьбу с пограничником может осуществиться. Дальше по ходу путешествия он все больше убеждался в том, что на его глазах идет процесс рождения загадочного защитника этого мира.