Рандолевый катран - Сергей Буянов

После игры Паша дёрнул завхоза за шиворот.

– Кто мне подбанчил эту рухлядь? – он сунул под нос менеджеру команды порванный бутс.

Завхоз едва не задохнулся от запаха пота.

– Ты?! – продолжал наседать Паша.

– Это абсолютно новые бутсы. Я, я не понимаю, что случилось.

– У всех такие?

– Сменить нужно было только тебе, Паша. Я взял из заначки!

– Сколько лет твоей заначке?

– Да в начале сезона собрал на всякий случай.

– Вот он, случай-то и подвернулся, не так ли, козёл?! Я тя урою! – Паша, держа завхоза за воротник спортивной рубашки, ткнул его носом в стену.

Завхоз взвизгнул и тотчас захлопнул рот ладонью. Кричать себе дороже.

– Паша! Я в другой раз всё перепроверю на сто рядов! Но я не знаю, почему разошёлся шов! Не знаю!

– Ладно. Живи на этот раз. Но представь только, пораскинь своими куриными мозгами, что если бы это был решающий удар?

Завхоз промолчал, а Паша мысленно заключил: "Будь этот удар решающим, он стоил бы три штуки "бакинских рублей!"

Вечером у калитки возле самого дома его повстречал вежливый молодой человек.

– Можно автограф для сынишки?

– Что ты гонишь! Твой сынишка, ещё в твоих штанах болтается!

– Я для братишки.

– Не крути! Чего надо? От этих колобков пришёл? Я же сказал им, мне наплевать с кем они и насколько спорят! Так что, отдыхай, паренёк! – Паша отпихнул парня, прошёл к калитке.

– Вот, возьми! – парень протянул Паше конверт.

Паша машинально принял его. Осмотрев конверт: без адреса и штемпеля, Паша спохватился. Намереваясь заставить сожрать этого типа конверт, Бураков обернулся, но увидел только облачко выхлопных газов. Машина резко газанула и скрылась в цветущей улице.

– От – ыть, козлы! – выругался Паша. Конверт он вскрыл. Внутри лежала пачка сотенных американских долларов.

Как обещано: три тысячи и ни центом меньше.

Первым желанием Паши было сжечь эти деньги. Он давно бросил курить, поэтому не носил в кармане спичек. Бураков вошёл на веранду, сунул руку на притолоку над входной дверью. Коробок Тетери был на месте. Паша встряхнул его, пуст!

Он вошёл домой. Едва пересёк порог, на шею бросилась жена. Она обхватила Пашу бёдрами и прильнула губами к его к губам.

– Чего на этот раз? – спросил Павел, оторвавшись от уст жены.

– Ну почему, чего-то? Я просто соскучилась, – Лена опустила руки.

– И поэтому ты хочешь чего-то новенького! – заключил Паша. – Сама знаешь, я не на рынке торгую. Нам деньги сразу после игры не выдают!

– Знаю, Пашенька, знаю. А я ничего и не хочу! – жена отвернулась, плечи её задёргались.

Паша постоял в недоумении. Прошлые разы именно так начинались её просьбы: о новом платье, о кухонном гарнитуре.

Жена продолжала хныкать. Сын, услышав рыдания мамы, бросил игрушки и разревелся во весь голос.

Паша махнул рукой. Он позабыл о спичках. Сел за стол, налил себе кофе. Следующий официальный матч не скоро, можно принять опасный продукт. А то ни кофе, ни крепкого чая, даже кефиру нельзя! Этот идиотский допинг-контроль задолбал хуже тёщи! Хоть её нет, и то хорошо. Паша улыбнулся. Тесть, сидящий напротив у самовара, улыбнулся ему в ответ.

– Ну, ты хоть, Тетеря, скажешь, что ей надо? – Паша заговорщицки подмигнул старичку.

Дед развёл руками. Похоже, понял.

Понял его и Паша. Видать, жена ничего не просила. В самом деле, хотела поздравить с удачной игрой. Или что другое, в этом же роде. Паша сконфузился.

– Харэ хныкать там! – выкрикнул он.

– Сейчас, Пашенька, успокою! – заверила его жена, всхлипывая.

– Да понял я, что ты ничего не хотела! – сказал Паша, погладив жену по спине. Как по стиральной доске проехался – кожа и рёбра!

– Вот, сама разберёшься, куда пристроить! – Паша сунул ей в руку конверт с долларами.

– Ты где взял, Паша? – Лена отбросила конверт от себя, как раскалённую сковородку.

Двухлетний мальчуган быстро разобрался с интересным красочным конвертом, раскрыл его, вынул хрустящие бумажки и пачками, сколько можно уцепить ручонкой, побросал доллары за манеж.

– Это персональный бонус! – сказал Паша умное слово, слышанное им совсем недавно.

Лена заморгала.

– Персоналка, короче! Премия за прошлую игру! Помнишь, рассказывал, как три мяча засандалил?

Лена повернулась к манежу, быстро, но негрубо забрала у сына деньги, оставив ему на растерзание пустой конверт.

– Успокойся. Я думал, что ты знаешь о премии, поэтому хочешь что-то купить.

– Я не знала, но теперь ничего покупать не буду.

– Тогда куплю я!

Паша вручил деньги деду на хранение. Тесть со знанием дела сложил доллары в пачку и надел на неё резинку от волос.

– От ты, Тетеря! Как будто всю жизнь баксы паковал! – сказал Паша, держа руки скрещенными на груди.

Ночью он спал плохо. Множественные сны – Паша не запомнил их все – прерывались одним и тем же событием. Приходили милиционеры с ордером на обыск. Каждый раз они находили конверт с баксами. Поочерёдно, на притолоке у дверей, у деда в кармане, а под утро – в футбольном мяче, распоров его армейским штык-ножом.

Приняв утром контрастный душ, Паша взбодрился. Вскоре ему позвонили, вызвав на тренировку перед большим сбором. Занявшись своим делом, Бураков вовсе позабыл о халявных деньгах.

Возвращаясь со стадиона, он увидел того самого пацана, что сунул ему конверт с деньгами. Но пацан, не глядя в сторону Буракова, преспокойно прошагал к тренерской комнате.

– Э! Бурой! – крикнул новичок команды, прибывший из какой-то братской республики. – Сыграем в стеночку, а?!

Паша плюнул на задуманное расследование и, перескакивая через скамейки, рванулся к полю.

– Кому в стеночку, а кому в пристеночек! – сказал он новому игроку.

– Это как?

– Ладно, Абрек, ща покажу!

И Паша закрутил, зафинтил, а потом выдал такую свечку, да прямо на головку свеженькому азиату!

В ответ Абрек влепил по мячу, запустив его выше трибун.

– Силён, бродяга! – похвалил Паша.

– Сыграемся!

Через неделю "Житник" проводил встречу на чужом поле с твёрдым середнячком премьер-лиги. Игра в середине первого тура ни к чему не обязывала обе команды. Ничья вполне устраивала обоих тренеров. Она устраивала и судейскую бригаду. Главный арбитр вовсе не напрягался. Он и не пытался скрывать, что не имеет желания бегать по полю за игроками. Свистел почти с середины поля, руками махал неохотно. Как будто ворочал пудовыми гирями.

Первый тайм вяло перешёл во второй. Паша, как и все, не напрягался. Пару раз погонял мячик недалеко от центрального круга, передавая своему полузащитнику. Пускай паснёт куда-нибудь ещё.

Игроки противоположной команды, случайно получив мяч перепасовывались со своим вратарём.

До конца игры оставалось около десяти минут, и судья не горел желанием добавлять время. Ему без того изрядно надоело нарезать зигзаги от правой кромки поля до левой. К тому же, ничто не предвещало какого-нибудь взрыва, и вырисовывалась возможность прошагать игру, не вспотев.

Вдруг рыжий пацанёнок, вышедший на замену, побежал к воротам "Житника". Защитник не успевал за соперником. Он ухватил нападающего за майку. Судья, скрестив руки, молча наблюдал. Настырный футболист продолжал рваться к воротам, тогда как вратарь находился у линии штрафной площадки, он только что слушал свежий анекдот от защитника. Голкипер рассмеялся, сбил дыхание, а бежать обратно к воротам было по его разумению бессмысленно.

Защитник "Житника", уцепившись за футболку нападающего, бежал вслед за ним, а когда заметил, как тот подстраивает ногу для удара, сбил соперника, сделав подсечку в падении. Случилось это за два метра от штрафной площадки. Вратарь так и остался стоять с разинутым ртом на другом углу штрафной. Пустые ворота, и нарушение правил. К тому же, судье пришлось сделать небольшую пробежку. И боковой коллега, удружил, подняв флажок, фиксируя нарушение правил! Воле неволей пришлось назначить штрафной. Судья отыгрался, влепив "горчичник" игроку "Житника".

Пробивать намеревался сам пострадавший.

Игроки "Житника" засуетились. Тренер выбежал к кромке, подозвав капитана.

Вратарь решил установить стенку из шести игроков, наглухо закрыв дальний от себя угол.

Рыжий со зверским выражением лица установил мяч, похлопав по нему для удачи. Он разбежался издали, а перед самым мячом остановился как вкопанный, подбирая бьющую ногу. Стенка "Житника" уже рассыпалась, как после нанесённого удара. Это положение на тренировках отрабатывалось до автоматизма, теперь этот автоматизм подвёл команду.

Мяч преспокойно пролетел в дальний от вратаря угол. Не высоко и не низко, на уровне пояса вратаря. Голкипер же кинулся по низу, пропустив гол.

Рыжий в восторге запрыгал по полю, подлетая на полметра. Друзья, не ожидавшие халявной победы, окружили его, захлопали руками, после чего сбили с ног и едва не растоптали в азарте.

Нулевая ничья не удалась. За пять минут нужно было отыграться. Паша рванулся вперёд, добежать и пробить ему никто бы не дал, потому что соперники прижались к своим воротам, выставив мощный заслон. Тогда Паша, поиздевавшись над тремя полузащитниками, водя мяч между своих ног, прыгнул вперёд. Разумеется, споткнулся о ноги обоих защищавшихся и шлёпнулся на газон, подставив нос. Кровь из обеих ноздрей заставила судью дать пенальти.